Марго Арнелл – Найденыш. Дракоша в академии (страница 8)
Дети трех стихий – воды, огня и воздуха – ну уж очень настороженно отнеслись к этим “странным машинам”. Шутка ли, их даже дьявольскими называли. А все потому, что не могли распознать чары, заложенные в эти странные пластиковые коробы. А в столь продвинутые технологии не верили. А чего еще ждать от мира, в котором до открытия порталов в другие миры не было технологий вовсе? Ну то есть всего того, что дедушкино поколение считало технологиями.
Так и вышло, что компьютеры прижились разве что среди людей. Да и то… Многие маги утверждали, что в непосредственной близости от гаджетов их чары слабеют, дар частенько дает сбой, а их собственная энергия словно угасают.
Я не знаю, правда ли это. Возможно, это какие-то предрассудки, подпитывающиеся богатой фантазией (а, как известно, таковой могли похвастаться почти все чародеи). Возможно, суеверный страх, невольно выдающий желаемое за действительное.
Как бы то ни было, несмотря на пересечение с Землей и мирами-близнецами вроде Терры, Ордалон продолжал идти по пути магического, а не технического развития. Было ли мне от этого грустно? Ничуть.
Госпожа Брунгильда подошла к нам. Поднеся флакончик к свету, оглядела его со всех сторон, поболтала, проверяя, будет ли осадок. Его было совсем чуть-чуть и, признаться, я не знала, хорошо это или плохо.
Что-то хмыкнув себе под нос, госпожа Брунгильда откупорила пробку и храбро глотнула зелье. Мы втроем затаили дыхание.
– Неплохая работа, – скупо похвалила она и направилась дальше по проходу.
– У нас получилось! – удивленно и восторженно воскликнула Тали.
– Эй, больше веры в себя, – задорно улыбнулась я.
Более того, мы оказались одними из немногих, у кого вообще получилось зелье. Справились лишь две группы из семи!
Четыре брюнетки горестно вздыхали. До процесса “темперирования” они даже не добрались – еще на этапе нагрева их зелье забурлило и пошло черным дымом.
Это значило лишь одно – для меня, неуклюжей когда-то дракоши, в Академии Мироходцев еще не все потеряно!
7. Тренировка Рафаэля
После пар наши с Тали пути ненадолго разошлись. Я отправилась в деканат, чтобы дозаполнить бумаги, которые более дисциплинированная Тали сдала еще на прошлой неделе. Закончив, радостная выпорхнула из корпуса для менталистов.
Мы с Тали договорились пообедать и позаниматься вместе – разобрать теоретические вопросы для практикума по общей магии. До кафе, находящегося на территории студгородка, я могла добраться несколькими путями. Однако выбрала тот, что проходил мимо тренировочной площадки для боевиков.
Я убеждала себя в том, что лишь хочу подольше побыть на свежем воздухе – особенно теперь, когда в Ордалон пришла ранняя осень, мое любимое время года. Мне всегда казалось, что у него свой, особенный запах.
И дело совсем не в Рафаэле, которого я увидела из окна своего корпуса. Не в Рафаэле, который прямо в это мгновение схлестнулся с кем-то в бою на тренировочных мечах.
Но как же он, затянутый в черную броню, был хорош! Атаковал, парировал, уклонялся и снова атаковал, и все это – с такой кажущейся легкостью и грацией опасного хищника. Не хотела бы я оказаться однажды среди его врагов…
Главное – гнать от себя мысли о том, чего бы я по-настоящему хотела в отношении него…
Ничего я не хотела! Я пришла сюда учиться!
Я проходила мимо площадки, размером с половину футбольного поля, одним глазом поглядывая в сторону тренирующихся. Увы, Рафаэля среди них не было. Он вместе со своей “шайкой” стоял неподалеку от трибун – иногда на площадке проводились своего рода состязания среди боевых чародеев.
Мой взгляд деланно равнодушно скользнул по Рафаэлю. Впрочем, старалась я напрасно – моего появления он не заметил.
Однако все мысли разом вылетели из головы, когда я увидела на площадке еще одно знакомое лицо.
– Папа! – изумленно-радостно воскликнула я, подлетая к нему. – Ты что здесь делаешь?
Он крепко меня обнял. Я и не думала отстраняться или ворчать. Как можно не гордиться тем, что у тебя такой классный отец?
– Теперь, когда у нас с твоей мамой больше нет боевого фамильяра, на мне лежит двойная ответственность за ее жизнь, – серьезно сказал он. – В общем, я решил перед новым межмировым путешествием освежить навыки. А тут ректор как раз предложил потренировать боевиков-старшекурсников.
– А что стало с их предыдущим наставником? – насторожилась я.
– Выгорел. В прямом смысле. Довел себя до такого состояния, что магия перестала ему подчиняться. Плюнул на все и отправился в Элладию.
– Даже немного ему завидую, – хмыкнула я.
Элладия была миром, превращенным в вечный курорт, этаким райским уголком.
– Кстати говоря, – обманчиво ласковым тоном продолжил папа. – Кто из парней тебе нравится, говоришь?
Ой. Кажется, он решил совместить приятное с полезным сразу по нескольким фронтам.
Увидев мое лицо, папа рассмеялся.
– Не бойся, я его не загоняю. Просто хочу посмотреть, что он из себя представляет.
– Его здесь нет, – быстро проговорила я. – Он… болеет, наверное.
– Ага, – протянул папа со смешинками в глазах. – Ну ладно. Увидимся дома, хорошо?
Не стесняясь присутствующих, я поцеловала его в щеку. Отошла, чтобы не мешать ему заниматься со студентами.
Я направилась к трибунам. Хотела было свернуть на дорожку, ведущую к студенческому кафе, но путь мне преградил… Рафаэль.
– Леон Адамс – твой отец? – удивился он. – А по тебе и не скажешь.
– Эй, я вообще-то очень даже боевая, – запротивилась я.
Хоть и не чародей-боевик, как они, но прекрасная боевая дракоша.
Рафаэль хмыкнул.
– Вижу. Мелкая, а гонору…
Ах мелкая, значит?!
Я дождалась, пока Рафаэля отвлечет один из его друзей, тот самый родовитый оборотень с неизменной жвачкой во рту. Я не знала его имени, поэтому мысленно звала Джейкобом – коллекция фильмов с Земли, принадлежащая моей бабушке, включала весьма разнообразные фильмы.
Подлетела к отцу и шепнула:
– Вот тот, черноволосый и черноглазый, который сейчас с небритым детиной говорит…
– Сын Щита королевы?
– Да. Знаешь его?
– Помню его совсем мелким, – улыбнулся папа. – Пересекались как-то с его отцом, но в какой-то момент наши дороги разошлись.
– Мелким, значит, – пробормотала я. И уже громче добавила: – Не жалей его. Три шкуры с него спусти! Загоняй до седьмого пота! Выжми из него все силы до последней капли!
Папу явно позабавил мой напор. Он подмигнул мне.
– Посмотрим, что можно сделать.
Довольная, я снова отошла. Однако отправляться напрямую в кафе передумала. Пусть Тали пока закажет нам вкусного фруктового чая и помечтает об Эйбе, а я… Я пока посмотрю на Рафаэля.
С новой, так сказать, стороны.
– Господин Торрес… Рафаэль, верно? – знакомым вкрадчивым голосом спросил папа.
Тот удивленно вскинул голову.
– То, что ты прекрасно управляешься с мечом (во всяком случае, тренировочным), мы уже поняли. А как насчет боевых заклинаний?
Кто-то из дружков хлопнул Рафаэля по плечу. Послышались подбадривания вроде: “Давай, покажи класс”. Я застыла у трибун, сложив руки на груди, и наблюдая за Рафаэлем исподлобья.
Ну давай, Рафаэль, покажи.
Справедливости ради, поначалу у него даже получалось. Он отбил первые замораживающие заклинания, уклонился от нескольких огненных, а против более обширных по площади ударных своевременно выставил щит. Его шайка одобрительно хмыкала, словно в ловкости и силе Рафаэля была и их заслуга.
Вот только я, благодаря нашим многочисленным тренировкам, знала, что папа только разогревался. Даже не так – первыми заклинаниями он разогревал своего противника по тренировочному бою. Не скажу, что он был безжалостным… Просто верил в действенность обучения на собственных ошибок. И чем их больше – тем эффективнее результат и очевидней прогресс.
Ох как я протестовала против папиной схемы обучения на том ершистом этапе взросления, который знаком всем подросткам. А если добавить к этому играющую в моих жилах огненную кровь…
Но ничего, я переросла и глупые ошибки, и неспособность постоять за себя, и протест против тяжелых нагрузок. Теперь все это на своей шкуре доведется испытать Рафаэлю.
К слову, на следующем этапе повышенной сложности он папе помог сам. Возможно, его расслабили первые успехи. Возможно, он, наследник благородного рода чародеев, привык к тому, как легко у него все получается. Как бы то ни было, неизбежно настал момент, когда он пропустил удар папы.