Маргерит Кэй – Обретенная надежда (страница 5)
– Вам не в чем себя винить, – возразил он с хмурой улыбкой.
– Но Буркан мог серьезно пострадать из-за моей глупости…
Кэролайн почувствовала, как развязалась лента, которой были стянуты ее волосы. Ее роскошные кудри рассыпались по плечам и спине. Внезапно ей захотелось, чтобы Себастьян ее поцеловал. При этой мысли она покраснела от стыда. Но ее странное желание усиливалось с каждой минутой. Она никогда не целовалась с мужчиной. И ей никогда этого не хотелось. Мысль о поцелуе казалась ей отвратительной. А теперь… Почему он так на нее смотрит? Может быть, его обуревает то же желание? Нет, этого не может быть.
– Мне пора идти, – пробормотала Кэролайн и опустила голову, чтобы Себастьян не заметил румянца, залившего ее щеки.
Себастьян кивнул и выпустил ее руку. Довольно неохотно. Но нет, наверное, она ошибается. Скорее всего, она кажется ему ребенком. В сущности, это действительно так.
– Я провожу вас, – предложил Себастьян.
– Нет, спасибо, – отказалась Кэролайн. – Я и сама прекрасно дойду.
– Это было не предложение, а приказ, – сказал Себастьян.
Кэролайн подчинилась. Она не знала, под каким предлогом отказать Себастьяну. Кроме того, она боялась, что он догадается о ее неприличных, отвратительных мыслях, если она поспешит уйти. И потому Кэролайн решила сделать вид, что его предложение не произвело на нее ровным счетом никакого впечатления.
Себастьян и Кэролайн молча шли по лесной тропинке. Между ними появилась какая-то неловкость. И все же ей хотелось, чтобы эта совместная прогулка продлилась как можно дольше. Но к сожалению, очень скоро они дошли до стены, отделявшей усадьбу графа от имения ее отца. Пора было прощаться.
– Ну, вот я и дома, – сказала она и застыла в ожидании, не понимая, почему медлит.
Себастьян выпустил ее руку. У нее больше не было повода здесь оставаться.
– До свидания, Каро.
– До свидания, Себастьян, – коротко ответила она и, ни слова не говоря, взобралась на каменную изгородь. Потом она быстро пошла по лесу, ни разу не обернувшись.
Глава 2
Каро постепенно приходила в себя. Она чувствовала страшную усталость. Все ее кости болели. У нее было такое чувство, как будто она не спала, а находилась в темном глубоком колодце. Голова просто раскалывалась. Глаза ее болели, а веки были тяжелыми, словно засыпанные песком. Что с ней произошло? С огромным трудом ей удалось сесть на постели. Кэролайн огляделась. Ей казалось, что комната качается, словно корабль во время шторма. Преодолев приступ дурноты, Кэролайн оглядела комнату. Потолок, расписанный в стиле рококо, кровать, задрапированная зеленой парчой, на окнах – шторы из той же материи, мебель красного дерева. На мраморной каминной доске – часы с купидонами. Комната была дорого обставлена, но повсюду царило запустение. Мебель покрывал слой пыли, драпировки нуждались в чистке.
Постепенно к Кэролайн возвращалась способность чувствовать и рассуждать. Она совершенно не помнила, как оказалась здесь. У Кэролайн перехватило дыхание. С огромным трудом ей удалось справиться с волнением. Она встала с постели, подошла к окну и открыла окно. Воздух был свежим и чистым. Таким он бывает лишь в сельской местности. Значит, она не в Лондоне. Но что это за место? И как все-таки она попала сюда? За окном было темно и практически ничего не видно. Когда глаза привыкли к темноте, Кэролайн заметила в отдалении загон для лошадей, сад, а дальше лес. Вдали виднелась труба на крыше соседнего дома. Точно такая же труба была в поместье Киллеллан. Неужели она находится в…
В ужасе Кэролайн еще раз огляделась вокруг. Неужели она находится в Крэг-Холле? Шатаясь от слабости, Кэролайн отошла от окна и села на краешек кровати, стараясь вспомнить, как она здесь оказалась. Перед глазами ее замелькали картинки из ее жизни. Вот отец разговаривает с ней холодно, словно с чужой, кричит на нее… По щекам ее потекли слезы. Нет, лучше забыть об этом. И никогда не вспоминать весь этот кошмар.
Кто рассказал ей о комнате в доме поэта Аугустуса Сент-Джона Марне, где курили опиум? Сейчас это не имело никакого значения. Она вспомнила удушливый воздух, напоенный сладким ароматом, горький вкус опиума и навеянные им сны. Ей снился огромный медведь с желтыми зубами и злобным взглядом, рыба с кровоточащей чешуей, длинный коридор, в конце которого была дверь. Кэролайн помнила, как открыла ее и упала в пропасть. Она падала и падала в бездну, а потом проснулась. Приятные сновидения сменялись кошмарами. Все это объяснялось действием опиума. Но как она здесь оказалась?
В дверь постучали. Кэролайн поспешно завернулась в покрывало, так как на ней ничего не было, кроме ночной рубашки. С удивлением она поняла, что ночная рубашка – ее собственная. Как такое может быть? Неужели кто-то собрал ее вещи перед тем, как привезти сюда? И кто переодел ее в ночную рубашку? Ее охватили ужас и смущение. Сердце бешено забилось.
Дверь открылась. На пороге стоял Себастьян и почему-то не решался войти.
– Наконец вы проснулись, – сказал он.
Сердце Кэролайн замерло на мгновение. Она боялась пошевелиться, боялась, что не сможет справиться со смятением, охватившим ее. Она не должна показать ему своего волнения. Превозмогая боль и озноб, с трудом сдерживая слезы, она всмотрелась в его лицо. Себастьян стал еще более хмурым, его взгляд – еще более печальным. Под глазами залегли тени. Он заметно постарел. Конечно, все эти перемены произошли в нем не из-за их разрыва. Когда они виделись в последний раз, он был так холоден и жесток с ней. Его злые, несправедливые слова больно ранили Кэролайн. В тот раз она окончательно в нем разочаровалась.
– В нашу последнюю встречу вы говорили, что не желаете меня больше видеть, – проговорила Кэролайн. Она решила с самого начала перейти в наступление, чтобы скрыть свое волнение. – Почему же вы привезли меня к себе домой?
Он вздрогнул от ее слов, как от удара. Впрочем, понять его было можно. Кэролайн все это проговорила резко, даже жестоко, это помогло справиться с собой и не показать своего волнения.
– Я абсолютно не помню, как здесь оказалась, – уже мягче добавила она. – Последнее, что я помню, – это вечеринка в доме Аугустуса Сент-Джона Марне.
Себастьян приблизился к кровати и склонился над Кэролайн. Он был одет в бриджи для верховой езды, высокие сапоги и рубашку, ворот которой был, как всегда, расстегнут. Было видно его загорелую шею. Он смотрел на нее как-то странно. Кэролайн не понравился этот взгляд. За годы разлуки с Себастьяном она успела забыть, каким суровым может быть его взгляд. Каждый раз, когда Себастьян так на нее смотрел, Кэролайн казалось, что он читает ее мысли.
– Если бы я случайно не оказался в этой комнате и не увез вас оттуда, вы наверняка бы умерли. И вечеринка в доме Аугустуса Сент-Джона Марне стала бы последним событием в вашей жизни. Хотя, возможно, вы этого и добивались, – проговорил Себастьян.
– Конечно нет! Почему вы так решили? – с досадой спросила она.
– Вы чуть было не погибли. Неужели вы не понимали, что такая огромная доза опиума способна убить вас? Как можно относиться к жизни с таким легкомыслием? – укоризненно покачав головой, проговорил Себастьян.
– Вы преувеличиваете! – в нетерпении перебила Кэролайн, но тут же покраснела, неожиданно вспомнив, как ее рвало.
– Если бы доктор не сделал вам промывание желудка, то мы бы с вами сейчас не разговаривали, – сурово возразил Себастьян.
– А сколько я уже здесь нахожусь? – поспешила перевести разговор на другую тему Кэролайн. – И почему я оказалась здесь? В любом случае спасибо за то, что спасли меня. Хотя меня вовсе и не нужно было спасать. Моей жизни и так ничто не угрожало. Как бы там ни было, сейчас я прекрасно себя чувствую. Я избавлю вас от своего присутствия, которое, очевидно, вам в тягость. Где моя одежда?
Она встала с постели и сразу почувствовала сильное головокружение. Себастьян подбежал к ней и подхватил ее. Если бы он этого не сделал, то Кэролайн упала бы.
– Черт возьми, Кэролайн! Вы еще совсем недавно находились между жизнью и смертью. Вам нельзя делать резких движений! – воскликнул Себастьян.
В очередной раз Кэролайн поразило, какой он высокий и сильный и как быстры и ловки его движения. За четыре года она уже успела обо всем этом забыть. От него пахло чистой одеждой, сеном и дорожной пылью. Слезы опять навернулись на глаза, но, собрав все свои силы, Кэролайн высвободила руку. Впрочем, Себастьян и сам отпустил бы ее. Может быть, ему неприятно было прикасаться к ней? Эта мысль словно обожгла Кэролайн. Она опустила голову.
– Неужели я чуть было не погибла… – пробормотала она.
Себастьян, грустно вздохнув, кивнул.
– Я не собиралась… Вы, наверное, решили, что я сделала это специально, чтобы убить себя, но… Все это совершенно не так. Я просто хотела… – превозмогая рыдания, проговорила Кэролайн, – хотела обо всем забыть хотя бы на несколько часов и…
– Вы просто хотели обрести забвение. Я прекрасно вас понимаю. Вы, наверное, знаете почему, – проговорил Себастьян.
Обрести забвение. Кэролайн вздрогнула.
– Мне пора, – коротко сказала она.
– Глупости! Вы еще слишком слабы, – возразил он.
– Это не имеет значения. Я прекрасно понимаю, что мое присутствие для вас невыносимо, Себастьян. И потому не буду вас стеснять.