Маргарита Южина – Ярмарка тщеславных невест (страница 4)

– Да при чем здесь я? – вытаращилась Лена. – Я – так только… Я – ваша сватья, а вот Артем… Ну ладно, что мы все говорим не о том, перейдем к главному! Итак – мне хотелось бы, чтобы вы, как отец, с ним поговорили, и прямо-таки категорически! Запретили жениться! Просто категорически! В противном случае молодые будут жить у вас.

Эта добрая весть произвела на мужчину совершенно недоброе действие – он как-то бурно запаниковал и начал бегать по огромной комнате, то и дело хватаясь за голову:

– Погодите! Но!.. Но как то есть у меня?!! Я и так все отдал! И почему какой-то Артем?! Нет, ну я могу понять – Варька, это моя дочь, а Артем?! Откуда вообще взялся этот отрок?!

– Хватит страдать, – прервала его стоны Лена. – Вам надо просто сказать, чтобы он не женился на Маринке, и все дела.

– А… так, минуточку… – остановился мужчина и постарался сосредоточиться. – Теперь объясните, не сочтите за труд – а Маринка у нас кто?

– Маринка – это не у вас! Она у меня. Это моя дочь! – пояснила Лена. – Да и вообще! Ну сколько уже можно объяснять?! Ваш сын Артем решил жениться на моей дочери – на Маринке, а я не хочу!

– Нет, ну я тоже не в восторге!! Тем более, что они отчего-то собираются жить у меня! – возмущенно замахал руками незнакомец. – И вообще! Если это ваша дочь, так и решайте сами свои проблемы!

– Это уже и ваши проблемы. В общем, так, когда домой приходит Артем?

Мужчина уставился в глаза Лене и честно признался:

– Без понятия. Но, если вы мне скажете его телефон, я позвоню и поинтересуюсь лично!

– Хватит кривляться! Я спрашиваю: когда вы сегодня его увидите? Когда он к вам придет?

Мужчина растерялся. Он смотрел на Лену и ничего не понимал. Даже ей стало ясно, что он не врет, а вот просто так – стоит и ни черта не соображает.

– Господи, ну что я непонятного спросила? – устало вперилась ему в глаза Лена. – Ну что вы на меня так вытаращились, будто я вам зубы дергать собралась – с отечественным наркозом?! Я же спросила… погодите, а вы вообще его видели, Артема?

Хозяин квартиры медленно покачал головой.

– Ни-ког-да… А может, вы меня с кем-то спутали? – с надеждой проговорил мужчина. – У нас здесь двадцать три года назад другие жильцы проживали, только я не помню кто…

– Не мелите ерунды… – неуверенно проговорила Лена. – Это же… Партизана Железняка, так ведь?

– Совершенно верно, только у меня все равно – никакого сына не было.

– Черт… ну прямо и не знаешь, что делать… – сокрушенно покачала головой Лена. – И вы тут еще… Идите хоть чаю поставьте.

– Я бы с радостью, только… только у меня нет никакого чаю, – безнадежно развел руками мужчина. – Ни кофе, ни чаю… даже компота никакого не завалялось… И, между прочим, я вас сразу же честно предупредил.

– А чего это вы так бедно живете? – насторожилась Лена. – Вы – лодырь, алкоголик, пьяница, разгильдяй, оболтус?

У мужчины вытаращились глаза:

– Это почему это? Я… я ценный кадр, замечательный специалист, ответственный работник, незаменимый коллега, гордость трудящихся! – выгнул грудь колесом незнакомец. И тут же скромно потупился и добавил: – Только… только меня… временно уволили.

– За пьянку и прогулы, да? – с пониманием дела кивнула Лена.

– Нет! Не за пьянку! Это я уже потом надрался, когда уволился, – терпеливо объяснил мужчина. – А вообще, меня – за нестыковку мнений с начальством. То есть оно говорило, что надо так, а я – эдак, ну и…

– Понятное дело, оно оказалось не право, ваше начальство, да? – скривилась Лена.

Хозяин оказался правдолюбцем:

– Не совсем. Оно как раз меня послушалось, начальство мое, сделало так, как я сказал, а там… образовалось небольшое возгорание, даже, я бы сказал, – взрыв, ну и… Они обиделись, уволили… Но я доказывал и буду доказывать, что…

– Как же вам, мужикам, хорошо, – с завистью протянула Лена. – Не понравилось что-то, брыкнулся и ушел, а тут… нравится, не нравится, а куда денешься, если тебе одной ребенка тянуть надо…

– Прошу заметить, что я тоже не совсем по доброй воле, меня уволили, если вы не поняли… А там, между прочим, была стабильная зарплата! И премия!

– Да все я поняла… Господи, вот его уволили, а он сидит дома, и у него даже чая нет! Да если бы у меня дома чаю не было, моя б Маринка загнулась бы!!! Да я бы никогда не позволила, чтобы мой ребенок!.. И это притом, что у нас такая несправедливость кругом – мужиков везде любят, платят им больше, а вот мы, женщины, каждый раз в страдалицах оказываемся!

– Да уж коне-е-ечно! – взвился гостеприимный незнакомец. – У нас вон работает одна такая – страдалица! Так вот меня под белы рученьки и за дверь, а ей только пальчиком погрозили – ай-яй-яй! Потому что она, видите ли, женщина и вообще ни в чем ни бельмеса, а за все я должен был отвечать!

– Так и правильно!

– Чего ж правильного?! А какого ж тогда хрена она начальником отдела была, если ни бельмеса?!

– Ой, да не кричите вы так, – ухватилась за уши Лена. – Не знаю, где это вы такую золотую контору нашли, что у вас женщин жалеют? Нет, есть такие коне-е-ечно, но мне не попадались! Зато у нас в школе… Вот сидит себе завуч, директриса-то у нас молоденькая девушка, славненькая такая, а вот зава! И вот она сидит, всех пилит, сидит и пилит, сидит и пилит, но только к ней наш физик зайдет – и все! Расцвела бабенка! И отчего-то часов у него больше всех, и зарплата-то у него выше всех, и еще и дополнительные-то у него, и репетиторство! А дети как не знали эту физику, так и не знают! А все почему? А потому что в нашем женском коллективе мужиков всего два, и их прямо на руках носят, просто на ру-ках!

Мужчина насторожился:

– Это в какой такой школе к мужчинам с таким восторгом относятся? Придумали, поди?

– Это я придумала? – оскорбилась Лена. – Да я!.. Записывайте! Школа номер девять, это на Песочной улице, там еще директриса Валентина Адамовна. Но она ничего не решает, я ж говорю, потому что молоденькая такая, просто ужас. А вот зава, это!.. Это Калерия Карповна. Вот она очень мужчин любит… Вы ей тоже понравитесь, потому что у нее вкус ну вообще ни к черту. Всяких пузатых, горбатых, волосатых, убогих привечает, лишь бы в штанах.

– Нет, ну отчего же я сразу и убогий! Я еще вполне… – обиделся за себя мужчина и вдруг обратился к Лене: – А вас, простите, как зовут?

– А… а вам зачем? Я-то на убогих не кидаюсь, – испугалась Лена.

– Ну… во-первых, я не убогий, а во-вторых… да и правда, какая разница, я вас, например, могу Матреной Ферапонтовной звать. А лучше – Люсинда! Вот напоминаете вы мне Люсинду, и хоть ты ором кричи. Но… Это не принципиально. Так вот вы мне скажите – а зарплата какая? Я ведь, если что, тоже запросто физику детям!

– Ой, ну какой из вас физик? Вы на себя посмотрите! – фыркнула Лена, вдруг сообразив, что этот странный мужичок может и в самом деле заявиться к ним в школу.

А что он из себя представляет, она даже и подумать не может. А вдруг он маньяк? Да еще придет и сообщит, что его Лена на работу пригласила, тогда ее точно со света сживут, этот же физик – Винилен Альбертович – и сживет. Он и так к Маринке каждый раз придирается и к Лене на каждой переменке забегает и ядовито так нудит: «Иленочка Анатолиевна, а чего эт у нас опять с дочурочкой сотряслося? Ни хрена опять не учила, ни уха ни рыла! А надо заметить – я ж физику преподаю, а не какую-то там… ботанику!» Можно подумать, Маринка без его физики с голоду помрет! А уж если Лена приволочет в школу Винилену такого конкурента… Хотя верно говорят, хрен, он редьки ни фига не слаще…

– Нет, учитель из вас никакой, позор российскому образованию, – вынесла вердикт Елена. – Я, конечно, понимаю, у нас сейчас некоторый застой, но…

– Нет уж, позвольте! – упер руки в бока хозяин квартиры. – А чего это я – застой! Да я! Да вы на себя-то посмотрите! Тоже мне – весенний бутон! – потом снова пристально вгляделся и отчего-то спросил: – Я все никак не пойму, а вы в какой школе учились? Случайно не в Кукрыкино? Деревушка тут одна есть, вы случайно не оттуда?

– А вот обзываться – это и вообще самое низкое дело! Этого вам никто не позволил! И вообще! Где у вас тут выход? Я засиделась, а… а… а было бы с кем! – Лена гордо тряхнула шевелюрой и направилась к двери.

Кажется, самое время удалиться – с каждой минутой хозяин все больше напоминал маньяка.

До самого дома Лена все пыталась разобраться – так кем все-таки приходится Артем этому странному мужику? Или мужик не врал, и Артем ему никто? Тогда получается, что врал Артем, м-да…

Правда выяснилась сразу же, как Лена пришла домой.

– Вот, ходила к твоему любимому, с родителями хотела переговорить… – скидывая сапоги, заявила Лена дочери. – Нет его дома, вот так-то. Где он у тебя шатается… Небось у него таких дурочек, как ты, – уйма! Тебе сказал, что дома, а сам…

– Ма, а как это ты к его родакам ходила, если ты адреса не знаешь? – весело скалилась доченька, топая толстенькой ножкой. – Мы ж тебе адрес неправильный сказали, потому что знали, что ты обязательно побежишь!

– Ага… – растерялась Лена. – И поэтому… неправильный адрес… Какие умненькие детки… а если вот этот твой кавалер вот так возьмет и… и украдет все из нашего дома, а тебя бросит, тогда что? И где ты его станешь искать? Тоже по неправильному адресу побежишь, а?

Маринка на минутку задумалась, а потом выкатила круглые глаза: