Маргарита Яворская – Триада. За пределами возможного. Том 2 (страница 3)
Крепкая лопатообразная ладонь хлопнула меня по плечу так, что коленки слегка подогнулись.
– Теперь понимаю, почему Троуг тебя отметил! Я Герлинд, а то недоразумение у горна – Торик.
– Пойдем, воздашь хвалу нашему богу, а потом и поговорим.
Жрец проводил меня к статуе могучего гнома в доспехах. Шлем он держал в одной руке, а огромная секира была легко закинута на плечо. Статуя была выполнена с такой точностью, словно стоит чуть отвести глаза, и она пошевелится. На постаменте в черном камне была выбита ниша, больше всего напомнившая мне… раковину. Обычную такую раковину, в которой моют руки. То есть, не обычную, конечно, а очень красивую, изящно выполненную, безусловно дорогую, но… раковину.
– Сюда кладут пожертвования, – объяснил мне Герлинд. – Если Троуг их принимает, они утекают ручейком прямо к нему, если же Троуг желает порадовать нас, оставляет что-то своим верным жрецам на пиво! Помолись, я пока оставлю тебя.
Он ушел, а я стоять в одиночестве перед статуей бога. Молиться я никогда не умела, тот единственный раз не в счёт, тогда я была не слишком адекватна, поэтому сейчас лишь молча благодарила за помощь. В какой-то момент этого медитативного занятия в душе появилось ощущение, будто кто-то незримый, но любящий погладил меня по волосам. Ничего не прося взамен, положила в нишу пять золотых монет и поклонилась, опуская глаза.
Я удивленно вскинула взгляд и заметила, что монеты расплавились и красновато-оранжевым ручейком металла стекли куда-то вглубь ниши. Затем ярко вспыхнул свет, больно ударив по глазам, а когда я проморгалась, в нише лежал небольшой предмет.
– Ого, – жрец появился рядом, как по волшебству. – Давненько такого не было. Глянь, тебе тут подарок!
– Однако! Обычно такие жрецам выдают, но ты жрецом быть не можешь, кто ж бабу жрецом сделает? И всё же!
Он достал из-за пазухи почти такой же, как и у меня, амулет. Небольшое, величиной с фалангу пальца, оголовье боевого топора, покрытого искусной резьбой, в проушину которого былавставлена длинная цепочка. Отличались они рисунками. На щеке полотна у Герлинда был нанесен символ триады, а на самом полотне – скрещенные молот и секира. У меня же сверху шел символ Троуга, а снизу – два скрещенных овала, которые пересекал равносторонний ромб, вписана эта фигура была в круг.
– Звезда Лады, – узнал символ жрец. – Жене нашего Мастера ты, похоже, тоже пришлась по душе. Пойдем-ка, поговорим.
Мы сидели в небольшом личном жреческом покое и мирно беседовали. Я рассказала Герлинду свою историю, поведала, как воззвала Троуга помочь мне в минуту отчаяния. Выслушав меня, жрец сказал:
– Знаешь, а ведь нет у Троуга для тебя никаких поручений. Может, потом появятся, кто знает, что у богов на уме.
– Вообще-то, я думала, что жрецы знают! – возмутилась я. Нет, ну, правда, кто, если не они?
В конце системного текста появилась кнопка:
Я вскочила на ноги, да так резво, что тяжеленный дубовый табурет гулко рухнул на каменный пол.
– Чего скачешь, как безумная? – заворчал Герлинд.
– У меня… у меня появилось обращение к божеству!
– И чего? У меня они тоже есть, но я же не подпрыгиваю будто из доброго дуба вылезли каменные шипы.
– Но я же пришлая, мы можем общаться с богами только посредством жрецов.
Гном посмотрел на меня почти с жалостью, как на неразумное дитя, потом вздохнул и пояснил:
– То, что ты можешь обратиться к Богу не даёт никакой гарантии, что Он тебе ответит.
– Точно?
– Точнее некуда. Каждая молитва так или иначе обращение к Богу.
– Тогда почему обращение штучное? Или мне что, и молиться теперь нельзя?
– Молиться можно и даже нужно, просто обращение, ну, скажем так, оно качественно иное, его Бог точно услышит, хотя и вряд ли ответит.
Мой шок начал проходить, Герлинд говорил так спокойно и уверенно, что заразил этим и меня. Я даже несколько смутилась своей чересчур бурной реакции и торопливо подняла табурет, водружая его на ножки.
– Ладно, Герлинд, я, пожалуй, пойду, не знаю, вернусь ли я в этот город, но храм обязательно навещу. Вот, держи, – достав из инвентаря бочонок темного пива, поставила на пол.
– Ох ты ж! – обрадовался гном. Жестом фокусника извлек откуда-то кружку, наполнил её пенным напитком и тут же опустошил. – Хорошо!
Он вытер бороду, прищурился и недоверчиво спросил:
– Сама варила?
– Сама, – кивнула я.
– Молодец. Ты это, заходи, если что!
– Обязательно, – я поправила божественный амулет, который теперь висел у меня на шее. Длина цепочки оказалась такова, что миниатюрное оголовье секиры располагалось точно в ложбинке между грудей, приятно покалывая кожу.
Выйдя из храма, я сощурилась от яркого света.
– Ну, наконец-то! – воскликнул Дейл, – ты чего там застряла-то?
– Молилась, – буркнула я.
– А это что такое? – взгляд шебутного парня уставился прямо мне в декольте. Он даже протянул было руку, но я шлепнула его по ладони.
– Мы тут закончили? – неодобрительно покосился на брата Чип. – У нас всего час до отплытия. А мы еще собирались купить ингредиентов к подходящим зельям.
– Закончили, идемте, – и первой пошла на выход из храмового комплекса. Амулет получила, квест не закрыла. Ограничений по времени нет. Значит, подумать над этой загадкой можно будет позже.
Глава 2
Искристые, как бриллианты, капли воды летели из-за борта быстро идущего корабля. Течению реки помогал воздушный маг, который, как мне уже было известно, был таким же обязательным членом команды, как кок или боцман. Я любовалась прекрасными видами за бортом. С одной стороны реки берег был обрывистым, демонстрируя слоистость осадочных образований, с другой – низким, иной раз поросший деревьям до самой воды. Когда лес заканчивался вовсе, открывался весь простор лугов и полей до самого горизонта. Наклонившись за борт, разглядывала, как пенится вода от соприкосновения с кораблем. Нас несло неспешным течением и попутным ветром.
– Смотри, не свались, – сказал Дейл, опираясь локтями на край борта, – вряд ли капитан будет тебя вылавливать.
– Капитан может и не будем, зато вы точно постараетесь, – я шутливо толкнула его плечом.
– Вот еще! – фыркнул парень.
– Вы бросите даму в беде? – картинно ужаснулась я, приложив ладонь к груди.
– Это ты-то дама? Не смеши!
– Надо было все же прикупить метлу, – я прищурилась, глядя на него, но не выдержала и рассмеялась. Настроение и впрямь было отличным.
– Эй, пришлая, – окликнул меня хриплым голосом капитан, – иди коку помогай, до завтра остановок больше не будет.
– Да, капитан, – тут же отозвалась я и пошла к лестнице, ведущей в камбуз. Я разок уже попыталась назвать его кухней, за что получила такой нагоняй от проходящего мимо кока, что на всю жизнь запомнила – на судне кухня называется камбузом!
На нижней палубе был низкий потолок, но для меня это не было проблемой.
– Здравствуйте, – жизнерадостно сказала я, – что будем готовить? Макароны по-флотски?
– Чаво? – отозвался пожилой ворчливый дедок, служивший когда-то помощником боцмана, а затем переведенный на должность корабельного кока. Он был загорелым до черноты, лицо избороздили морщины, но глаза оставались ясными и светлыми. Он смотрел на меня с недоумением, а седые кустистые брови удивленно сошлись на переносице.
Я замялась, не зная, как ответить:
– Простите, неудачная шутка…
– Да нет, шо такое макароны и почему по-флотски?
– Э-э-э… – история этого простого, известного всем блюда, мне была неизвестна. Другое дело – рецепт… Его каждый человек знает назубок. – Ну, макароны – это такие изделия из теста, а потом в них добавляют мясо, овощи или рыбу, да, в общем-то, всё что угодно. А по-флотски – потому что придумали его именно на корабле, кажется… – неуверенно добавила я.
– И ты знаешь, как их готовить? – прищурился кок.
В принципе, конечно, знаю, но не думаю, что рецепт: «взять двести грамм макарон на два литра воды» тут поможет. Затем мне в голову пришла одна интересная мысль…
– Знаю, – уверенно ответила я. – Мука и яйца найдутся?