Маргарита Воронцова – Самый нежный злобный босс (страница 9)
Я выхватила сумку из багажника и устремилась в сторону осенней аллеи… Подруги не бросили, потянулись следом. Полина пыхтела с тяжёлым букетом, Мария на ходу сочувственно вздыхала.
Надо сказать, скромные размеры сумки пошатнули имидж Вадима в глазах девушек. Сейчас они были в недоумении, он их разочаровал. Да, Вадим объяснил, почему привёз так мало. Но, всё-таки, лишать девушку любимого гардероба (если даже временно) – это, по их мнению, кощунство.
Пусть Вадим подавится. Заработаю денег и куплю себе всё новое. Постепенно.
– Чувствую, у вас всё очень и очень плохо, – констатировала Полина.
– Ты же молчишь, ничего не рассказываешь! – упрекнула Маша.
– Мы-то думали, вы просто поссорились, с кем не бывает.
– А Инстаграм Вадима посмотришь, у вас там любовь навеки! Голубочки!
– Зачем тогда селфилась с ним в обнимку?
– Поля, вот ты глупая! – воскликнула Маша. – Чего тут непонятного? Они же не всегда были в ссоре. Когда всё было хорошо, тогда и фоткалась. А Вадим тут же и выкладывал.
– А, точно!
Попробовала бы я с ним не сфотографироваться! Он бы мне устроил камеру пыток.
– Думаю, Вадим работает на публику, – задумчиво произнесла Маша. – Мы-то привыкли считать его душкой. А кто он на самом деле?
– Действительно. Что он вцепился зубами в твои платья и джинсы? На Авито продать хочет? У него же и так денег куры не клюют! Какое-то сволочное поведение!
Подруги воззрились на меня, а я в ответ тяжело вздохнула, безмолвно подтверждая их слова. Но подробностей пусть даже и не ждут.
В нашей профессиональной среде все друг друга знают, круг знакомств обширен. Для одной фирмы делала перевод, с другой встречала иностранную делегацию, в третьей проводила корпоративное обучение. Не хочу, чтобы моё имя трепали. Одно слово – и меня оклеят ярлыками, как спальню обоями. С горящими глазами обсудят, приплетут небылиц, нафантазируют гадостей.
Нет, спасибо. Буду молчать до последнего.
Так обычно и происходит: все любуются идеальной парой, восторгаются их трогательными и нежными отношениями, а потом жена подаёт в суд или выпрыгивает с седьмого этажа. И все в шоке – как, почему, что случилось?
Я ничего такого не сделаю. Соберу нервные клеточки в кучку, забуду о прошлом и буду радоваться моей новой жизни…
– Девочки, а пойдёмте в кафе посидим, поболтаем? – предложила Полина.
– Я пас, – сразу отказалась я. – Настроения нет. А ещё завтра в восемь утра у меня встреча с новым временным боссом.
– «Импульс»?
– Он самый. Надо подготовиться, повторить термины и названия.
– Лучше сделай депиляцию зоны бикини, – посоветовала Маша. – Вдруг директор знатный или французы соблазнительные. Ты там ушами не хлопай. Ты же теперь девушка свободная!
– Вот ты, Маша, дура! Ты что ей предлагаешь? Человек переживает тяжёлую жизненную ситуацию, а ты бедняжке целый мужской кордебалет подсовываешь!
– А что? Пусть Катюша развеется.
– Так и репутацию недолго загубить! По городу поползут слухи, что девушки из «Аванты» не только переводами занимаются, но и ещё кое-чем.
– Ой, Полька, не занудствуй! Если Катя очарует директора или одного из французов и проведёт с ним приятный вечер, в этом нет ничего дурного. Посидят в ресторане, пообщаются. Кате это пойдёт на пользу.
– Зачем тогда издеваться над зоной бикини?
– Чтобы чувствовать себя безупречной! Это придаёт уверенности.
– Мне придадут уверенности электротехнические термины, – вставила я. – Поэтому, девочки, до свидания, я убегаю.
***
Дома, в крошечной, пустой, чужой, но уже такой любимой квартирке, бросила на диван сумку и села рядом. Боялась открыть. Что он туда положил? А если, действительно, бомбу? С него станется. Вздохнув, осторожно потянула за молнию…
В дорожную сумку Вадим утрамбовал пуховик, сапоги, одни кружевные слипы и маленькую косметичку.
Чётко придерживался списка, переданного мамой. Послушный сынок.
И вдруг… я рассмеялась. Как ни странно, мне действительно стало смешно, несмотря на все волнения прошедшего дня. Надо было перечислить Ирине Анатольевне вещей побольше. Сглупила! Но ничего, я всё равно теперь в плюсе – у меня есть пуховик и сапоги на зиму, крутая сумка, купленная в знаменитом бутике на Елисейских полях, немного косметики и запасные трусы.
Да я богачка!
Глава 7
Катя
Наверное, мне потребуется больше времени, чтобы всё забыть. Я-то думала, у меня устойчивая психика, но вот увидела сегодня гаденькую усмешку на лице мужа, и сразу накатило – внутри всё дрожит, колени подкашиваются.
А вот что у меня действительно хорошее, так это память. Для выбранной профессии она феноменальное подспорье. Чудесно, когда можешь слёту запомнить и пересказать десять страниц иностранного текста.
Теперь надо как-то извернуться, чтобы, обладая такой памятью, вытеснить из сознания мысли о Вадиме и его издевательствах. Буду стараться изо всех сил. Умение забывать плохое даже более ценно, чем способность за один вечер вызубрить кучу иностранных слов.
…Перешла по ссылке, присланной Глебом, и просмотрела сайт «Импульса». К счастью, все упоминаемые технические термины и названия были мне знакомы.
На всякий случай решила позвонить загипсованной Ларисе. Мы с жизнерадостной тридцатилетней брюнеткой из конкурирующего перевод-бюро были хорошо знакомы. Что она мне скажет? Неужели ситуация действительно угрожающая, и у владельца «Импульса» в результате общения с женой-блондинкой крыша бесповоротно уехала в Гренландию?
Что мне тогда делать? Бежать в магазин за краской и гробить волосы? Даже если не красить, а только затонировать, всё равно свой цвет испорчу и потом буду ещё долго его восстанавливать. Да ну, ерунда! Ни за что не соглашусь на такое!
– Даже не парься, – сразу успокоила коллега. – Кирилл Андреевич – отличный мужик, всё будет хорошо.
– Но ты же сама сказала Глебу, что он не переваривает блондинок!
– Ха! Но я ведь не так сказала! Он тупых не переваривает. А это, согласись, существенное дополнение. Кирилл Андреевич не выносит тупых блондинок. Но ты-то умница, каких поискать. И французский у тебя блестящий. Помнишь, мы с тобой в универе конференцию по биофизике переводили? Я плавала, а ты тарахтела, как пулемёт.
– Ещё бы! Накануне всю ночь лексику зубрила и в понятиях разбиралась.
– А меня тогда без предупреждения кинули на амбразуру. Даже вспоминать страшно.
– Это жестоко. Кстати, насчёт лексики. Достаточно, если я посмотрю описания, выложенные на сайте?
– Да, да, обязательно посмотри сайт, там все агрегаты, машины. Компания «Импульс». Дать ссылку?
– Нет, мне уже Глеб скинул.
– А, отлично. Тогда изучай. Все эти технические прибамбасы – гастрит переводчика… Эх, вот зачем я ногу сломала! Надеялась и дальше с «Импульсом» работать. А теперь, если ты Кириллу понравишься, он ко мне больше не обратится. Так мечтала с ним на постоянной основе сотрудничать. Обещал меня нанять, если у него с этими французами выгорит. Раньше другие приезжали. А эти новенькие, какие-то особо ценные, бизнесу необходимые.
– Да, Глеб предупредил. Надо постараться, чтобы им у нас понравилось.
– Что ж я такая невезучая! Завидую тебе. Но куда я теперь с гипсом… Кстати, и платит Кирилл отлично, совсем он не жадный. Всегда напоследок конвертик дарит, типа, премию, если хорошо поработала. Понимает, что девушке надо одно, пятое, десятое.
– Девушке очень много всего надо, – вздохнула я и окинула взглядом пустую комнатушку. На маленькой плите в трёх шагах от дивана стояла кастрюлька с макаронами – только что сварила, сейчас съем.
– Ты-то что вздыхаешь, ты же богатенькая, в пентхаусе живёшь, на дорогой машине ездишь! Я, можно сказать, виды на Кирилла имела. Ему тридцать пять, уже в разводе. Завидный жених. А я вот теперь сижу в четырёх стенах, нурофен горстями жру, нога болит ужасно.
– Бедняжечка! – искренне посочувствовала я коллеге.
– Мужик – стопроцентно адекватный. Это такая редкость, согласись, Кать? Сейчас легче напороться в центре города на сомалийского гиппопотама, чем встретить адекватного парня.
– Точно. И даже если встретишь нормального, он постепенно может превратиться в законченного урода, – горячо поддержала я.
– Ты сейчас о ком? – удивилась Лариса.
– Да так.
– Ты-то вся в шоколаде, у тебя муж потрясающий. Повезло же.
– Ещё как! – с горечью подтвердила я.
– Красотой Кирилл Андреевич, конечно, не блещет, с твоим херувимом не сравнить. Но тело шикарное. Подозреваю, бывший спортсмен, борец какой-нибудь или боксёр. И форму поддерживает.