Маргарита Сысоева – Раиска, Люська, ветераны спорта и «Тишина» (страница 4)

Катя шире распахнула глаза и уставилась на доктора. Тот был в дутом камуфляжном костюме и без медицинского чемоданчика.

– Как чувствуем? Что беспокоит? – он пощупал пульс, поводил пальцем у Кати перед носом, по очереди поднял руки и ноги, осмотрел ладони. – Будет жить, грузите.

И сам же отправился выполнять свое распоряжение. Они с Александром подтащили волокуши, переложили на них Катю, сверху водрузили сноуборд, зафиксировали ремнями и покатили вверх по склону. Мы тоже пошли следом. Благо, за санями идти было легче, чем по целине.

– Она точно чокнутая, – сказала Люська, когда ближе к середине подъема мы остановились передохнуть.

– Точно, – согласилась я. – Может, и правильно, что ее из школы уволили.

– Видимо, завуч была права.

– А может, она хотела с собой покончить?

– Тогда зачем галоши с перчатками надела?

– Чокнутая, что с нее взять.

И мы потащились наверх.

Александра мы застали на рабочем месте.

– Как она? Может, чем помочь?

Александр поморщился.

– Нормально, поспит и будет, как новая. С ней сейчас Иванов занимается.

– А врач откуда взялся?

– Вчера вечером приехал. Повезло. Он всего-то пару раз за сезон здесь бывает.

– Да, повезло. Иванов, говорите?

– Иван Иваныч.

– Так бывает?

– Не знаю, – пожал плечами Александр.

– А он по какой специальности врач? – не унималась Люська.

– Понятия не имею, – Александр опять пожал плечами. – Он здесь инкогнито.

– Иван Иваныч Иванов – это псевдоним?

– Не наше дело. И не ваше, – Александр выразительно глянул на Люську.

– Откуда знаете, что он врач?

Люська опытный кадровик, и отделаться от нее не просто, практически невозможно. Видимо, Александр это понял.

– Ничего я не знаю. Прошлый раз мужчине на склоне стало плохо с сердцем, так он помощь оказывал. Лекарства у него какие-то нашлись, скорую сам вызывал. Скорая ехать не хотела, он что-то на их языке объяснял, ругался.

– А как он скорую вызывал? Здесь же связи нет.

– Мы того сердечника в деревню отвезли. Туда и вызывали. В деревне есть места, где телефон ловит. На чердаках, в основном.

– Он с женой? Она тоже врач?

– Люсь, – я дернула ее за рукав. – Мы здесь не за этим.

– Ах, да, – моментально переключилась Люська. – А чего ваша Катя хотела с собой покончить?

– С собой покончить? С чего бы? – Александр так удивился, что даже перестал пожимать плечами.

– Обычно девушки пытаются покончить с собой из-за несчастной любви, – пояснила я.

– Несчастной любви? – еще больше удивился Александр. – Несчастная любовь – это не про Катьку.

– Почему? Чем она хуже других? Девушки влюбляются.

– Катя-Апельсин в любви счастлива. Еще вчера вечером все было нормально.

– А потом?

– А потом связи не было.

– А при чем тут связь? – я глянула на Люську.

Ей тоже было не понятно, при чем тут связь.

– Жених у Кати есть. Тоже здесь работает, в прокате по выходным, иногда инструктором на склоне подрабатывает. Все у них хорошо. Ждет не дождется, когда она из своего музея уволится и они вдвоем уедут куда-нибудь на Кавказ, где горы покруче. Вчера вечером привет от него передавала. Вот, – Александр достал из-под прилавка бутылку коньяка и водрузил ее на стойку.

– Что это? – не поняла я.

– Привет.

– Александр, вы говорите загадками, – проворковала Люська.

– У нас сухой закон, – Александр убрал бутылку обратно. – Спиртное доставляется контрабандой с большой земли.

– Серьезно? – Люська забыла ворковать и вытаращила глаза.

– Нет, конечно. Что за детский сад? Просто в деревне магазина нет. А в город я не езжу.

– А закуску она не передала?

– Зачем? – Александр уже откровенно наслаждался разговором.

– Вы не закусываете? – Люськины глаза округлялись все больше.

– Люсь, – я опять дернула ее за рукав. – Мы здесь не за этим.

– Точно! Можно нам номер поменять?

– Очень шумно, – пояснила я.

– Соседи безобразничают?

– Нет, нельзя сказать, что безобразничают. Но такое впечатление, будто у них в полу микрофоны.

– Можно нам в одноэтажную гостиницу, чтобы никто по голове не ходил?

– Можно, но, думаю, вам это не подойдет.

– Почему это?

– Гостиница эконом-класса, – пояснил Александр. – Удобства в коридоре, кухня и гостиная с телевизором тоже общие. Стены, правда нормальные. Но на всю неделю заселилась компания с тремя ящиками водки и цистерной пива.

– Да, это не вариант, – согласилась я. – А как насчет коттеджа?

– Все заняты. В одном – пенсионеры, во втором – Ивановы, в третьем – сибиряки.

– Что ж так не везет-то? – чуть не плакала Люська. – Днем, что ли спать придется? Так днем еще хуже, они вообще в лыжных ботинках будут по голове ходить.

– Знаете, что, – Александр заговорщицки оглянулся на дверь и склонился к прилавку.

Мы приблизились.