Маргарита Светлова – Не отвергай босса, опасно! (страница 4)
– То есть я была под защитой Аверина? – не поверила я.
– Да.
– Зараза, это ж надо была так опростоволоситься! – вырвалось у меня непроизвольно.
Ну а как тут не вырвется? Когда осознаёшь, что босс оберегает своих сотрудников от притязаний извне. А я, как дура, всё испортила сама, теперь приходится расплачиваться за свою самодеятельность.
– Не нужно сокрушаться, всё, что ни делается, к лучшему.
Успокоил, блин!
– Может, для вас оно и к лучшему, а я что-то не в восторге от сложившейся ситуации. У меня, знаете ли, совсем другие планы были, и вы в них никак не входили. Понимаете, о чём я?
– Это твои проблемы, – процедил он сквозь зубы – злится.
Ничего, дорогой, это теперь будет твоё постоянное состояние, если не отступишься, уж я-то постараюсь держать тебя в тонусе. Ты на своей шкуре узнаешь, что русская женщина не только коней на скаку останавливает, но и виртуозно играет на нервах.
– А по-моему, ваши, – не скрывая ехидства, ответила я. – Сразу предупреждаю: характер у меня скверный, намучаетесь вы со мной…
Понимаю, что попытка слабая, но и её упускать нельзя. Хотя, что я пыжусь? Видно же, что всё бесполезно.
– Ничего страшного, справлюсь, я всего добиваюсь желаемого результата.
М-да самоуверенность наше всё!
– Кто ж спорит, может, и добьётесь, но какой ценой? – не осталась я в долгу. – Ответственно заявляю: лёгкой победы не дождётесь! Нервы я помотаю вам знатно, так что я предупредила, теперь вы знаете, чего ожидать от меня. Цените мою откровенность.
– Оценил, принял к сведению, теперь ход за мной, пять минут истекло.
– Я вся во внимании, поразите меня в очередной раз! Хотя вряд ли, больше уже некуда.
Стоит, испепеляет взглядом. Тоже мне, напугал! Меня не пробьёшь ни взглядом, ничем, моя броня крепка и танки наши быстры, правда, не совсем быстры – уйти же не успела. Но кто знал, что он так поступит? В следующий раз обязательно увеличу скоростной режим при отступлении.
– Итак, начнём. С этого дня ты больше не носишь провокационные наряды, увижу в них – оттрахаю так, что ходить не сможешь.
Ничего себе заявочки! Чуть не присвистнула от удивления. Но внешне, конечно, не показала, более того, перешла в наступление.
– Фи, – фыркнула я, беспечно пожав плечами, – тоже мне, нашли, чем пугать! Женщину? Сексом? – И так ехидненько интересуюсь, слегка прищурив глаза: – Мне это расценивать как рекламную кампанию, или вы просто хвастаетесь?
– Расценивай, как хочешь, я предупредил, – не повёлся он на провокацию. Жаль.
– Тогда я тоже выскажу, что думаю. В договоре чётко написано, что ваша власть наступает только после окончания мой работы на господина Аверина. – Смотрю – злится, а я счастлива. – Так что до этой поры я буду надевать всё, что считаю нужным.
– Стерва, – не сдерживается он.
– Спасибо за комплимент. Скажу вам по секрету…
Высвободила руку и поманила его пальчиком, чтобы наклонился. Он посмотрел на меня с подозрением, явно ожидая подвоха, но приблизился, и я ему чуть слышно на ушко:
– Я – стерва высшей категории, так что советую подумать, стоит ли нанимать такого сотрудника. Про ребёнка даже говорить не буду, бракованный будет. От осинки не рождаются апельсинки.
– Детей. – Отстраняется и смотрит на меня пронизывающим взглядом.
– И много планируете? – продолжаю издеваться.
– Очень.
У меня глаз предательски дёрнулся, а этот гад ехидненько так:
– Нервишки шалят?
– Нет, это я вам подмигиваю, пытаюсь таким образом наладить контакт. Получается? – изображаю преданность во взгляде.
– Нет, глаза выдают всю стервозность твоей натуры, – парирует он.
– Но-но, попрошу без оскорблений! На свою натуру посмотрите, тиран двадцать первого века с замашками султана!
– Вырвать бы тебе змеиное жало…
– И лишиться органа, который может вам принести неописуемое удовольствие? – перебиваю его.
– Дрянь распутная, многих таким способом удовлетворяла? – спрашивает, а у самого желваки на скулах заиграли.
– Что вы! Только вам буду хвалебные оды исполнять… Минуточку, вы сказали «распутная»? Не подскажете, что хотели сказать этим? – распахиваю глаза от удивления, хотя прекрасно понимаю, что он имел в виду.
– Всё, стерва, ты меня достала! – рычит он.
Я хотела ему сказать, что это только начало, самый смак ждёт его впереди, но меня заткнули наглым образом. Таким… ошеломляющим поцелуем, что ноги подкосились, пришлось руками вцепиться в его плечи, чтобы не упасть. Вот это я понимаю – страсть зашкаливает! Не мужик, а самый настоящий вулкан! Все поцелуи до этого показались пресными и блёклыми. Умеет Калагов целовать, да так, что теряешь связь с реальностью. Кажется, я пропала!
ГЛАВА 2
Пока я боролась со своей растерянностью и всеми силами пыталась сопротивляться влечению, а получалось, как ни прискорбно, плохо. Его страсть набирала обороты, затягивая меня в водоворот таких… греховных ощущений, что дух захватывало и сердце замирало от восторга. В объятьях такого мужчины хочется раствориться, такому, как он, нет сил сопротивляться. Никогда не думала, что я на такие вещи падка, что могу гореть только от одного лишь поцелуя и изнывать от желания, плавясь в его руках. Не было такого никогда!
Мне стало страшно. Вот оно, его оружие против меня! Поцелуй приобрёл вкус горечи, и только это помогло прийти немного в себя. Я собралась с силами и попыталась оттолкнуть его. Калагов замер, оторвался он моих губ, посмотрел на меня чёрными, как сама бездна, глазами. Я зажмурилась, не в силах выдержать этот взгляд – он проникает в душу и пленит её.
Это потом я узнаю, чем грозит такой греховный взор и что буквально смогла избежать самого настоящего изнасилования. Ведь, как оказалось, если он так смотрит – считай, тормоза у него отказали, он берёт и не спрашивает.
Хотя, если посмотреть правде в глаза, сейчас на изнасилование это как-то не тянет – я сама принимала в этой вакханалии участие. Опять противно от себя стало, что так отреагировала, поддалась соблазну. Может, я действительно развратная, как утверждает бывший муж и Калагов?
– Чтобы это было в первый и последний раз, – его злой голос прервал моё самоедство.
Распахиваю глаза и с вызовом смотрю на объект, который вывел меня из колеи, злюсь на него, но больше на себя.
– То же самое и вас касается, – говорю, а сама пытаюсь справиться с дыханием. Оно прерывисто, будто я кросс пробежала.
Да и у соучастника этого мини-эротического беспредела тоже дыхание сбилось. Ага, значит, и он остался неравнодушен к поцелую! Это немного успокаивает.
– Игры закончились, радость моя, – беря меня за шею рукой, начинает он.
– Роль Отелло репетируем или…
Что «или» не успела сказать, так как этот подлец опустил руку мне на грудь и весьма ощутимо сжал её. Я в растерянности опустила взгляд на его руку и немного опешила. Со мной никто так не поступал! Только я собираюсь призвать его к порядку ударом по лицу, мои руки перехватывают и поднимают над головой.
– И это тоже, иначе… – цедит он сквозь зубы, его взгляд стал острый, как бритва. Ты посмотри, цаца какая!
– Иначе что? Поразите сексом, как Зевс молнией? И я, не сдержав восторга, испущу дух? – не уступала я.
– Смелая? – зловеще усмехается. – Ну-ну, посмотрим, как запоёшь, когда я выполню свою угрозу. А как будешь кричать при этом…
– Я? Кричать? – не сдержала смешка. – И не подумаю! Для услады ваших ушей не издам и звука, – отвечаю и не сомневаюсь в сказанном.
– Что-то я в этом сомневаюсь. Ты, конечно, не кричишь, но стонешь довольно-таки громко.
Зависла. Пытаюсь вспомнить, когда я такое делала. Несколько секунд потратила, блуждая на задворках памяти, но так и не припомнила. Я вообще в постели лишних звуков не издавала, молчала, как партизан на допросе. Вначале из-за того, что в другой комнате постоянно мама бывшего ночевала, а когда стали жить отдельно, уже и в привычку вошло. Тем более из-за чего там горло срывать? Не понимаю.
– Сон рассказываете или делитесь мечтой? – не сдержала ехидства.
Смотрю, взгляд у мужика темнеет, он опять наклоняется, и явно не для разговора.
– Нет! – истерично вскрикнула я.
Остановился, смотрит, не мигая, уже зло как-то.
– Слова «нет» чтобы при общении со мной не было.
Ничего себе заявочки!
– Огласите, пожалуйста, весь список запретов, а то этого в «гениальном» документе нет. – Смотрю на него невинными глазами и наслаждаюсь его бессилием.