Маргарита Солоницкая – Наследники для миллиардера, или Босс, ты попал! (страница 9)

— Похвально, — сдержанно улыбнулась я.

— Станислав! — кто-то окликнул начальника аналитического отдела и тот, извинившись, отошел, оставив меня со своим наглым сынком.

— А это что, реально новый биг босс мажорчик, которого папаша тоже решил пристроить? — неожиданно поинтересовался этот Денис.

— В смысле? — сперва даже не поняла, о чем он меня спросил.

— Ну, я слышал, что он что-то там вещал, про то, что сынок бывшего, — выдал сыночек Станислава Викторовича. Ну и в принципе я поняла, что максимум он здесь задержится только один день.

— Да, — сухо ответила я. — Никита Сергеевич сын предыдущего руководителя компании.

— Фу-ты, ну-ты, — рассмеялся Денис. — Гляди-ка, Никита Сергеевич… — Потом этот придурок посмотрел на меня масляным взглядом и выдал: — А ты тоже от предыдущего осталась?

— Так, а не пошел бы ты обратно к папочке! — тихо зашипела ему.

— Вот еще, — фыркнул он. — Знаю я таких, как ты. Быстро продвигаются раздвинув ноги.

— Пошел вон! — зашипела уже чуть громче. Ну никак не хотелось затевать скандал. Вот только стажироваться этот дебил здесь больше не будет. Невероятно, у такого интеллигентного Станислава Викторовича и такой дебил сын.

— Да, конечно, цыпочка, — рассмеялся этот дебил. — А то я не знаю, как тебе надоело со старпером. Давай со мной. Не пожалеешь. — И самым наглым образом положил руку на мою талию, а потом спустил на бедра и попытался притянуть к себе. Попыталась отстраниться и услышала грозный рык:

— Руки от нее убрал!

Увидев разъяренного Никиту, чуть не улыбнулась Мой грозный лев спешил на помощь!

«Да тьфу ты», — сразу же после этого мысленно выругалась я. Этот грозный лев уже давно не был моим. Так чего же я опять растаяла, как

— А то что? — нагло спросил дебильный стажер.

— Подержи, — рыкнул Никита и быстро передал мне чашки с кофе. А потом попросил отойти. — Ну я и отошла в сторонку.

— Ой, что такое, мажорчик разбушевался? — Денис никак не унимался, словно специально дразня Никиту. Ну тот и не стал ничего отвечать. Просто нанес резкий удар в физиономию придурка. И этот самый придурок рухнул на пол.

«Мой лев», — снова возникла в голове эта фраза и я улыбнулась. Ну каким был Ник, таким и остался. Ничего не изменилось.

— Ты совсем уже, урод? — неугомонный придурок попытался подняться. Из-за чего у него из носа хлынула кровь. — Ты мне нос сломал! Я тебя засужу!

— Так, что здесь происходит? — к нам уже сквозь толпу несся Николай Сергеевич, начальник СБ.

— Я тебя засужу! — снова завопил придурок и, наконец, поднялся.

— Тебе жизнь надоела? — прорычал Никита и сделал шаг к придурку. С явным намерением добавить еще. Чтобы этот придурок больше не встал.

— СТОП! — поставив чашки на ближайший столик, кинулась к Никите и положила ему ладонь на грудь. Прекрасно знала, как на него это действует. Что собственно и произошло. Никита накрыл мою руку своей широкой ладонью и шумной вдохнул. А потом холодно поинтересовался:

— Это кто вообще?

— Никита Сергеевич, прошу прощения, это мой сын! — взволнованно сообщил Станислав Викторович и посмотрел на сына с такой яростью, что я даже разволновалась. Немножко, за этого самого сыночка. Самую капельку. Да потому что таким взглядом убивают. Видимо это было последняя капля в чашу терпения Станислава Викторовича.

— Что здесь происходит? — повторил вопрос Николай Сергеевич.

— А то и происходит, что к нам в компанию попадают невесть кто, — ледяным тоном сообщил босс и посмотрел на начальника СБ. — Между прочим, это в вашей компетенции, чтобы подобные к нам не попадали.

— Прошу прощения… — начал Николай Сергеевич.

— Минус премия! — сухо сообщил Никита. — Этот… уволен. Да и вы тоже уволены: — А вот это уже относилось к Станиславу Викторовичу.

«Ну все», — подумала я, глядя на полыхающий взгляд Станислава Викторовича. Похоже он этим самым взглядом не просто убил сыночка, но еще и расчленил на запчасти. Видимо, придется вмешаться. Не хотелось быть причастной к жестоким действиям Станислава Викторовича. Да и потом, как к работнику к нему никак нареканий не было. И кстати, отчет из аналитического отдела был идеальным.

— Нет, — тихо произнесла, чтобы услышал меня только Никита и чуть сжала пальцы, чтобы он почувствовал.

— Что? — одними губами произнес Никита.

— Не увольняй, — точно так же совершенно беззвучно произнесла я.

— Ладно, — кивнул Никита и, повернувшись к Станиславу Викторовичу, сообщил: — Не уволены. Минус премия.

— Спасибо, — кивнул мужчина.

— Увести! — потребовал Никита у Николая Сергеевича, взглядом показывая на придурков. Потом посмотрел на остальных сотрудников и произнес: — До одиннадцати можете продолжить кофепитие. Потом возвращаемся на рабочие места. Если кто-то хочет пирожные домой, сообщите об этом и вам все упакуют и отложат.

— А мы так и не попили кофе, — вздохнула я, пытаясь сменить тему.

— Бери пирожные и пойдем в приемную, — предложил Никита. — Там спокойно выпьем кофе, прежде чем приступить к работе.

Глава 14. Никита

Пока возвращались в приемную, держал Нику за руку и постепенно успокаивался. Ничего не изменилось за долгие шесть лет. Ника все так же имела власть надо мной. Всего лишь одним легким движением успокоила меня. А ведь мог бы действительно уволить Станислава Викторовича, который черт знает сколько времени проработал на отца. Прекрасно помнил его еще до отъезда в филиал. Но что у него такой ублюдочный сынок, даже и представить не мог.

— Может, хватит пыхтеть, как ежик? — ехидно поинтересовалась Ника, сбивая с мыслей.

— Что? — уточнил у нее.

— Ты пыхтишь, как ежик, — повторила моя блондиночка. Ну да, моя. НИКОМУ НЕ ОТДАМ. А с прошлым потом разберемся. Главное ведь будущее.

— Я ежик? — возмущенно рыкнул.

— О, перешел в режим льва, — хохотнула Ника.

— Вот ты зараза! — укоризненно произнес. И пока моя блондиночка хихикала, подхватил ее и перекинул через плечо.

— Аааааа, — закричала Ника. — Пирожные испортятся!

— Ничего не испортятся, — коротко хохотнул. И напомнил: — Они в коробке, если что.

— Помнутся, — резонно возразила моя разумная помощница.

— Пирожные Киры хуже от этого не станут, — ответил я и обхватил рукой упругие ягодицы Ники. Ух, как давно я за них не держался.

— Отпусти! — взвизгнула блондиночка, дернув ногами.

— Будешь думать, прежде чем говорить, — предупредил Ники и смачно хлопнул ее по ягодицам.

— Ай! Совсем уже? — возмутилась моя помощница. — А если кто увидит?

— Так все в столовой, — напомнил ей. — Никого нет.

— Вот черт, — выругалась Ника. — Ладно, а что насчет субординации?

— А что с ней? — удивленно спросил. — Если что, напоминаю, я твой начальник и эту самую субординацию должна соблюдать именно ты.

— Ага, ага, — фыркнула моя помощница. — Именно это я сейчас и делаю.

— И очень даже хорошо делаешь, — рассмеялся. — Только ногами меньше дергай. А то еще раз шлепну.

— Вот ты гад, — вздохнула Ника и затихла. Видимо, продолжала переживать за шедевры сестры. Знал, что в противном случае меня бы определенно ожидала какая-нибудь гадость. Ну не оставила бы просто так этого Ника.

Больше никто и ничего не говорил. И так мы дошли до приемной. Потом я прошел в кабинет и усадил Нику в кресло возле журнального столика. Бросив на меня недовольный взгляд, Ника поставила коробку с пирожными на столик. А я отправился за кофе. Когда вернулся с чашками, коробка уже была распакована. И Ника недовольно разглядывала помятые пирожные.

— Все Кире расскажу, — ехидно произнесла она, увидев меня. — И она больше тебе даже обрезков не даст.

— Конечно даст, — хохотнул я. Поставил чашку перед Никой. А сам уселся в кресло с другой стороны столика. Хотя с огромным удовольствием усадил бы Нику к себе на колени. Еще помнил, насколько это было удобно. Но пока еще рано. Да и нужно же придерживаться плана крестного. За две недели все должно было хоть как-то раскрыться. И если Ника нацелилась на меня из-за финансов, не удержится, начнет очаровывать. А если нет, что значит прошлое осталось в прошлом и оказалось просто ошибкой молодости. Вот только где бы на все это взять терпение.

Прекрасно осознавал, что Ника все еще имеет на меня влияние. А я? Влияю ли так же, как и тогда? Когда моя блондиночка вспыхивала огнем страсти всего лишь от одного моего прикосновения. И да, был у нее первым. Во всех смыслах.

— Никогда бы не подумал, что у Станислава Викторовича такой долбанутый сынок, — произнес, чтобы хоть как-то притушить возникшее между нами напряжение. Причем даже не напряжение, а какая-то недоговоренность. Словно произошла встреча двух весьма близких людей, которые не виделись достаточно давно. И вот из-за этого между ними пролегла пропасть, которую невозможно было преодолеть.

Возможно так с нами сыграла ситуация, когда я ринулся защищать Нику. А сама Ника быстро успокоила меня, удержав от непоправимого.