Маргарита Смирновская – Измена. Его две половинки (страница 10)

— Понимаю, не веришь. У вас уж пятый год пошел в ожидании. Но, как видишь, стоило тебе успокоиться…

— Я не хочу домой… — заплакала я.

И тут начались мои рыдания, сквозь которые я твердила, что хочу жить одна, что денег мне хватит. Но я не знаю, как их мне достать, ведь все у Саши.

— Подожди, подожди, — успокаивал меня врач. — Если ты готова, то у меня есть решение. Сейчас иди в ту дверь и выходи во двор. Там через дорогу будет ресторан. Подойдешь к официанту Никите и скажешь, что от Лопухина. Он тебя спрячет. А вечером я приду. Хорошо?

— Угу, — икнула я и впервые почувствовала, что дико хочу есть.

Вот оно — счастье! Я не одна! Мне помогут!

Я сделала все так, как велел мне Николай Егорович. Вот соседняя дверь. Черный выход во двор. Вот передо мной дорога.

Вдруг меня резко схватили и зажали рот, а затем тихо проговорили:

— Не кричи...

Глава 15

ГЕННАДИЙ

Я не смог смотреть на то, как эта мразь издевается над бедной Карамелькой. Вырубив видео, я долго не мог остыть, периодически порываясь бежать и спасать жену Загорского. Меня останавливало лишь осознание того, что, как только я появлюсь в комнате Ирины, Загорский меня расстреляет и закопает прямо под окнами комнаты своей жены. Тогда бедная моя мать никогда не узнает, куда пропал ее бесстыжий и загульный сын.

А успокаивал я себя еще тем, что это чужая семья. Карамелька сама выбрала себе мужа. Я мог никогда не узнать о ней, если бы не Анфиса. Конечно, я винил себя за неосторожность, повлекшую к мерзкой ссоре между Загорскими. В тот вечер я не спал, пил крепкие напитки и не пьянел, так как худшего ада еще не испытывал. Поэтому я дал себе слово вырвать эту девушку из лап Загорского любыми путями.

***

Затем я занялся поиском родни Ирины и близких ей людей. Единственная ее родственница — тетка оказалась просто неуловимой, и с телефоном, похоже, она не дружила. Когда женщина все же вышла на связь, то приняла меня за своего ухажера:

— Петечка, соскучился по мамочке?

— Э… Здравствуйте. С вами на связи Геннадий Матвеев.

— А это кто еще?! А-а-а! Тот милый толстячок из Финских бань?!

— Нет, я…

— Нет?! Все! Поняла это ты, носатый и старый матерщинник!

— Я не…

— Сказала же тебе, не звони мне больше! Та ночь была ошибкой! Мне стыдно! Фу! — и она резко повесила трубку.

С тех пор я не мог дозвониться до этой странной женщины. Зато Анфиса успела отправить мне сообщение с радостной для меня вестью, что Загорский улетел в Израиль. А это означало, что у меня есть время, чтобы разобраться в бизнесе мужа Ирины.

Легко сказать да трудно сделать. Хотя доступы к его компам я сделал, но вход в кабинет для меня остался закрытым. Пришлось воспользоваться старым способом: ловить сплетни, слухи и проверять их. На эти поиски я потратил целую неделю. Зато я выяснил, что бизнес его отца погорел. Женился Александр Загорский, будучи голым как сокол. Даже этот дом и другое имущество были заложены, а некоторые активы вообще арестованы по просроченным долгам и за неуплату налогов.

Именно женитьба на Ирине спасла Загорского. Организация ее родителей поглотила бизнес Александра — компании объединились. Теперь я знал на сто процентов причину женитьбы Загорского на столь неподходящей для него девушке. Но мне было дико больно видеть то, как он относился к ней, несмотря на то, что сам вертелся в высшем обществе только благодаря ее деньгам.

И, конечно, я захотел узнать внутреннюю кухню его бизнеса, чтобы понять все возможности развода для Ирины. Разумеется, я понимал куда влезаю, и мне очень хотелось снова поговорить с Анфисой. Ведь она думает, что Загорский крут и чертовски богат. А все его активы принадлежат как раз той зачуханной жене!

Вот пусть Фиса потом мне твердит, что я никто и звать меня никак, раз не имею миллиардов. Да я хотя бы за счет богатой бабы не живу!

И снова я вспомнил ту ночь, когда мы чуть было не стали любовниками. Эх! С ней всегда так. Приходит только, чтобы растравить мои сердечные раны, а потом исчезает с тем, кто покруче!

Когда я собрал всю информацию из открытых источников о разорении Загорского, то решил поговорить по этому поводу с его женой и предложить ей свою помощь. Но Ирина почему-то моих сообщений испугалась. Наверное, плохие воспоминания дали о себе знать. Тогда я стал искать подходящего момента, чтобы пообщаться с ней наедине.

Но вдруг ей стало плохо. В доме поползли слухи, что она чахоточная и, возможно, умирает. Но семейный врач не вызвал скорую и не увез ее в больницу. В общем, как всегда, женщины все преувеличили. Зато я понял, что у меня есть шанс попасть в личную охрану Ирины. Тем более ранее я около нее не крутился и подозрения у Загорского не вызывал. Поэтому начальник охраны мою инициативу одобрил.

Еще в доме, глядя на экраны камер видеонаблюдения, я заметил, что между врачом и пациенткой что-то назревает. Только я не был уверен в надежности Лопухина и не знал точно, чего он именно от нее добивается. Поэтому я не спускал глаз с моей подопечной. А потом сразу понял, что Ирина не выйдет из больницы обычным путем. Уж очень она с опаской смотрела на меня, словно собиралась нашкодничать.

Мой пронырливый характер плюс природное обаяние сделали свое дело. Медсестричка тут же мне все проболтала, и я стал поджидать свою Карамельку.

А она бежала сломя голову, словно за ней гналась свора дворовых собак. Но вот светофор, и я ее ловко принял в свои объятия:

— Не кричи, — от волнения мой голос дрогнул.

Уж так я долго ждал нашей встречи. Но тут Ирина просто обмякла в моих объятиях. А вот к этому я не был готов.

***

ИРИНА

Когда я открыла глаза, то не поняла, где нахожусь. Обшарпанные стены, сырость, дряхлая и вонючая раскладушка, на которой я лежала. Рядом с собой на бревне я увидела двух бомжей, и мне резко стало страшно.

—— Проснулась, — улыбнулся один из стариков. — Иди к нам. Мы даму всегда угостим, пока твой ухажер убежал.

— Кто убежал? — и тут до меня стало доходить, что меня кто-то просто похитил и оставил бомжам!

Я вскочила, как ужаленная, и рванула искать выход, на что бомжы рассмеялись:

— Да не выберешься ты тут сама! Не боись!

— Стой! Потеряешься! Здесь лабиринт же!

Но я бежала куда глаза глядят. Только когда у меня прошел страх, я осознала, что это подземные коридоры нашего города. Там, где протекает канализация, в темноте мне никогда не найти выход. А обратной дороги я тоже не знала.

Не знаю, сколько я брела по обратной дороге. Меня дико пугали мелькающие редкие лампы и шорох с писком. Я понимала, что где-то рядом за мной следят здоровенные крысы, о которых ходили городские легенды. Лишь близкий стук поездов меня успокаивал. Значит, я где-то рядом с людьми. Но вдруг я услышала мужские голоса и грохот. Почему-то мне показалось, что кто-то дико закричал. От страха я чуть было снова не свалилась. Но меня отвлекла мелькнувшая тень крысы, и я упасть не успела, а лишь завизжала. Только после этого я услышала мужской голос:

— Ирина! Это я! Не бойся! — в полутьме я увидела фигуру молодого человека с фонариком в руках. Он медленно подходил и продолжил говорить: — Меня зовут Геннадий или просто Гена. Я твой друг, хотя ты этого не знаешь.

Вдруг он вышел на свет. Синяя куртка, яркая гавайская рубашка и джинсы. Волосы взлахмочены. Легкая небритость покрывала лицо ботаника, но очки теперь уже другие. Но взгляд все тот же сверлящий, словно он считывает меня.

— Ты меня похитил! — крикнула я, удивляясь своей смелости.

— Нет. Если ты захочешь, то можешь вернуться к своему Загорскому. Давай поговорим? — предложил Геннадий и дотронулся до моей руки.

— Ты маньяк? — вдруг спросила я.

— Я журналист, — ответил он, а затем предложил: — Эх, пойдем отсюда.

***

Всю дорогу мы молчали, и я боялась этого Гену, наверное, больше, чем Сашу. Меня трясло, потому что я не представляла зачем ему понадобилась? Хочет шантажировать моего мужа? Что он со мной сделает? Куда ведет? Зачем?

Даже ноги у меня подкашивались и зубы стучали. Но я послушно шла за ним, боясь спровоцировать гнев. Вдруг он страшнее Саши?

Мы вышли на улицу. Было уже темно. Поэтому я даже не представляла, сколько времени проспала на бомжатской раскладушке. Тем временем журналист посадил меня в синий «фордик», и мы двинулись по мрачным улицам. Тогда я решилась спросить:

— Куда ты меня везешь?

— Посмотреть на твоего мужа. Ты в курсе, что он уже приехал?

Меня словно холодом обдало. Он меня везет обратно!

— Я… Я не хочу! Отвези меня к врачу! — чуть не завизжала я и вцепилась в его руки, которые лежали на руле.

— Да успокойся ты. Не увидит тебя Загорский. Но кое-что ты должна понять. Это твой козырь, понимаешь?

Зачем?! Зачем ему все это надо?! Зачем этот наглый парень влез в мою частную жизнь?! Ах да, он же журналист! Это провокация против Саши?!

— Я не пойду туда! — заявила я, когда мы остановились около гостиницы вип-класса. — Ты все подстроил! Ты хочешь его «утопить»! Ты от конкурентов Саши, да?!

— Ой, ну что у тебя в голове? Идем. Сама все увидишь.

— А я не хочу!

— Тогда я позвоню твоей охране и верну тебя мужу! — вдруг заявил Геннадий. — И живи так, как тебе нравится!