Маргарита Серрон – Веянка. Часть 1 (страница 8)

– Diavolo! Черти, балбесы, скучно им паразитам, решили развлечься за чужой счет, а девушка должна страдать голодная, сами-то небось набили свои утробы, не понимают, бестии, что человек ослаб, что забота нужна и понимание.

Мариано Трезоне решив, что молодые матросы забавляются, хотел потом пойти и дать им нагоняй. Для поиска ключа нужно было время, а времени у него не было. Обед остывал на подносе, да и дел было невпроворот. Старый итальянец решил вспомнить свою бурную молодость. Ему понадобилось лишь одно ловкое движение рук и карманный нож стал прекрасным инструментом для отмыкания запертых дверей.

– Bravo, Мариано! Сколько лет прошло, а навык не потерял, что значит римская школа! – Повар аж крякнул от удовольствия. Подняв с пола поднос, он пнул дверь ногой и довольный вошел в каюту. Веянка стояла возле иллюминатора, готовая к нападению. Девушка приготовилась к самому худшему, живой она не дастся. Несмотря на слабость, она решила бороться до конца. Но когда дверь с шумом открылась, и она увидела лицо, широко улыбающееся, пожилого мужчины, несущего поднос, наполненный тарелками, что-то в душе перевернулось. Агрессия прошла, уступив место любопытству и симпатии. Отвечая на искреннюю улыбку, веянка сама улыбнулась. Каюта вмиг наполнилась приятными запахами свежеприготовленной еды. О существовании таких ароматов девушка и не подозревала, у нее тут же заныл пустой желудок.

– Buongiorno, сеньорита, меня зовут Мариано, я кок, как вы уже догадались.

Мужчина начал смешно играть длинными, слегка закручивающимися на концах, усами, продолжая улыбаться. Этот фокус никого не оставлял равнодушным, обычно помогая наладить отношения с маленькими детьми. Но девушки – они же как дети, такие же ранимые и восприимчивые к шуткам. Тут по неволе озлобишься, если тебя заперли в каюте и не кормят. Доброму итальянцу было стыдно за свою нерадивую команду.

Не задавая лишних вопросов, которые могли напомнить девушке о пережитом стрессе, повар стал быстро накрывать на стол, весело распевая мелодичные итальянские песни. Айлана просканировала ауру мужчины и успокоилась, увидев теплые цвета, которые передавали всю гамму его щедрой души. Девушка просто купалась в теплых флюидах, исходящих от землянина. Хотелось расслабиться и довериться этому странному поющему человеку. Его накрахмаленный поварской колпак слегка съехал набок, открывая взору густую шевелюру, завязанную в тугой хвост. Хотя, главным достоинством и непомерной гордостью итальянца были большие, не поседевшие от безжалостного времени, черные усы. Они молодили хозяина, вызывая неподдельный интерес у женщин и зависть у мужчин. По несколько раз в день, Мариано любовно расчесывал свое достоинство, не забывая, правда, и о копне длинных седых волос.

– Ну вот, сеньорита, прошу за стол. Buen appetito! Не стесняйтесь. Как видите, я здесь единственный кормилец. Есть у меня, правда, помощник, но слишком бестолковый, чтобы зваться поваренком, от него одни неприятности.

Мариано Трезоне плавал на разных пароходах уже двадцать лет и прекрасно знал, как вести себя с людьми, пережившими сильный стресс. Нужно переключить их внимание на чужие проблемы и обязательно заставить поесть. Это главный путь к выздоровлению.

– А ты, дочка, не стесняйся, садись и ешь. Я – дед противный, пока не накормлю тебя – не уйду. Вот так. Все просто.

Девушка подошла к столу. Она не умела пользоваться столовыми приборами. Она не знала, как люди едят пищу. На Вее все питались концентрированными капсулами. Доза и состав менялись в зависимости от возраста. Она была страшно голодна, поэтому стала с жадностью хватать еду руками, запихивая в рот. Мужчина продолжал жаловаться на своего бестолкового помощника, искоса наблюдая за своей подопечной. Его густые седые брови поползли вверх от удивления, когда он увидел, как девушка напихивает рот едой. Но тут же его лицо осветила по-отечески добрая, широкая улыбка. Главное, что она ест, а этикетом он займется с ней позже.

– Вот и молодец, ешь, дочка. Не спеши, я так старался. Как тебя зовут? Ну да ладно, не мое это дело. Знаешь, а ты очень похожа на мою дочь, – видя, что гостья откусила большой кусок сладкого яблочного пирога, он очень обрадовался, он любил людей с хорошим аппетитом.

– Знаешь, милая, вот так в жизни бывает, дети вырастают и улетают из родного гнезда. Я в одном океане плаваю, а Анжела моя далеко отсюда живет, на побережье другого океана. Представляешь, она вышла замуж и улетела в Австралию, как будто ближе не могла найти себе мужа, я ее много лет не видел, тоскую… – Мариано тяжело вздохнул.

– Может, вспомнит отца когда-нибудь, а ты ешь, ешь, со всем исхудала, моя Анжела пофигуристей будет, вся в меня.

Айлана внимательно смотрела на мужчину, стараясь уловить по интонации голоса его настроение. Сначала веселое, бодрое, потом оно изменилось, грустные нотки прокрались в речь, взгляд увлажнился.

Какие же эмоциональные эти земляне, – подумала девушка, – только пел, радовался жизни и вот уже грустит и пускает слезу, ну как это возможно? Климат такой, что ли?

У повара был низкий приятный бас. Говорил он громко, растягивая слова, это придавало каждой фразе певучесть и выразительность. Не то, что доктор, у которого был сиплый колючий голос. Он мерзко выплевывал слова в собеседника, если только не притворялся добрым и радушным. Веянке уже не было страшно. Ей хотелось слушать старика, разглядывать его удивительное лицо, а еще хотелось есть, не переставая, все вкусности, которые он принес. Она никогда не испытывала такого голода. Уносимый воспоминаниями о дочери в счастливое прошлое, итальянец отвернулся и посмотрел в иллюминатор. Он не хотел выглядеть, как глупый сентиментальный старик, но слезы появились самопроизвольно на его лице. Воспользовавшись задумчивым состоянием мужчины, Айлана мысленно поблагодарила его за еду и добрые намерения, а затем бесшумно выскользнула из каюты. Она не понимала, что хотят от нее земляне, но четко знала, что ей нужно покинуть судно. В океане у нее было больше шансов спастись, чем рядом с безумным доктором. Чувствовала она себя хорошо и могла провести в воде не один день. Через несколько минут, повар вернулся в реальность. Оглянувшись вокруг, он увидел, что девушка исчезла.

– Дочка, где ты? Куда ты делась? – в недоумении он выбежал из каюты, но коридор был пуст. – Старый я осел, что же я скажу капитану?

И тут моряку, умудренному жизненным опытом, пришла спасительная мысль. Он решил скрыть от всех свой визит. Он выполнил свой человеческий долг – накормил несчастную девушку. Мариано собрал на поднос все остатки еды, не забыв даже о хлебных крошках, затем открыл иллюминатор и спокойно вышел из каюты, заперев ее на замок тем же способом, каким и отпирал. Пусть сами гадают, куда пропала девушка, это не его дело. Она- не пленница, а свободная пассажирка. Напустив на себя притворное веселье, он направился по коридору на камбуз, насвистывая какую-то мелодию, хотя на душе у него было паршиво. Всю жизнь его чрезмерная доброта и человечность шли вразрез с законами общества, втягивая Мариано в неприятные истории. Но он не собирался меняться и всегда поступал так, как считал нужным. И даже сейчас ни о чем не жалел. Никто не имеет права держать под замком беззащитную девушку. Он еще разберется, что это за шутки такие. Это проведение направило его к несчастной, ну а за последствия он не отвечает. Все в руках Божьих. Главное помалкивать и делать вид, что ничего не произошло. А если девушка решила свести счеты с жизнью, то никакие замки ее не остановят. Но зачем она тогда ела, жадно накидываясь на еду? Может это была ее последняя радость? И его лицо будет последним, кого она видела перед смертью. Это было Божие проведение. Мужчина перекрестился и незамеченным вернулся на камбуз. Ни в его характере были долгие терзания и совестливые монологи. Нужно было готовить ужин для команды.

Исчезновение девушки обнаружилось через десять минут после того, как взволнованный и запыхавшийся доктор, открыл своим ключом дверь запертой каюты и никого там не нашел. За спиной он прятал шприц с наркотиком. Не обнаружив девушки, он пришел в бешенство и спрятав шприц, побежал жаловаться капитану. Он был уверен, что это происки команды, которая не считалась с его мнением. Кто-то открыл каюту и выпустил его добычу. Какая досада, нужно было поставить охрану. Док устроил настоящий скандал, с пеной у рта упрашивая капитана обыскать судно. Команду подняли на уши. Последующие поиски пропавшей девушки не дали результата, она просто испарилась. Узнав о том, что окошко иллюминатора было открыто, а дверь заперта – все пришли к неутешительному выводу, что корабль посетила нечистая сила, приняв образ красивой девушки, а может это Нептун послал свою дочь, чтобы проверить доброту людей? Вместо работы, матросы дружно обсуждали произошедшее. Никому и в голову не пришло, что незнакомка просто решила броситься за борт и утонуть. Гипотезы обрастали мистическими деталями. Было решено в ближайшем порту пригласить священника, чтобы освятить судно.

Следствие продолжалось. Сначала под подозрение попал доктор. Все предположили, что это он выкинул несчастную за борт, побоявшись распространения вируса. Но тот клялся, что он не при чем. Запершись в своей каюте, он объявил бойкот команде, заодно обезопасив себя от мстительных мерзких мужиков, которые давно точили на него зуб. Потом капитан опросил тех членов экипажа, кто дежурил в это время. Никто ничего подозрительного не заметил. В разборках участвовали все, кроме, повара, который спокойно колдовал в своем царстве кастрюль и сковородок. Спустя время, Мариано Трезоне совсем успокоился и стал видеть только мистической подоплеку в случившейся истории. Чем чаще он вспоминал похожие таинственные случаи, красноречиво пересказывая морякам старые байки, тем больше и сам он начинал верить в Божественное проведение. Загадочная девушка, сначала вышла из воды, а потом опять попала в свою стихию. Со временем. эта история, как и многие другие, обросла множеством домыслов. Ее рассказывали в портах болтливые моряки, хотя капитан категорически запретил команде трепаться. Временами, старого итальянца посещали сомнения. Не открой он тогда дверь, может девушка была бы еще жива. И некому было ему рассказать правду и успокоить его, уберечь от ненужных угрызений совести. Итальянец и не подозревал, что случайно спасенная им девушка, впоследствии изменит ход жизни многих людей.