Маргарита Серрон – Молия (страница 10)

Нужно срочно уехать из усадьбы. Скоро ее лицо распухнет и покроется сыпью. Но как убежать? Они за городом, а она даже дорогу не запомнила. Куда идти в темноте? Это все луна, ее проделки. Моля понимала, что ее тело требовало живого и любящего мужчину, а не обжорство фруктами. Сколько она еще будет бороться со своими желаниями и потребностями? На долго ли ее хватит? Моля не делала это много лет, но сейчас ее прорвало. Она залезла под стол и стала рыдать, горько, навзрыд. Сейчас она не была Молией – смелой самоуверенной авантюристкой с нескончаемыми знаниями мертвых языков в голове, она была маленькой Молей, девочкой с предопределенной родовыми знамениями судьбой, против которой она не могла пойти, но у которой могла выторговать несколько свободных лет для себя. Так она решила и не хотела отступаться. После смерти бабули ей не на кого было положиться в этой жизни, кроме себя самой. Вот и договариваться приходилось тоже с собой. Но иногда нервы сдавали.

– Я по запаху тебя нашел, зачем ты залезла под стол? Молия!– раздраженный голос Киан разорвал тишину- Ты что, ничего не слышишь? Музыка играет, все собрались уже. Что ты там делаешь?

Девушка действительно ничего не слышала, она прибывала в собственном мире, где все было не очень гладко.

–Ты мне нужна, очнись, что случилось? Ты помнишь наш договор? Два часа и ты уедешь с кольцом.

Девушка затрясла головой, она так яростно себя жалела под столом, что даже не слышала, как по дому стали разноситься звуки оркестра. Играли Вивальди, и она почувствовала себя пустым сосудом, который наполняется гармонией волшебной музыки. Все проблемы улетучились, настроение волшебным образом улучшилось за один миг и тел пронзила сладостная истома. Молю охватило возбуждение. Почему это состояние у нее возникает только тогда, когда рядом оказывается Киан? Ни Макс, ни Филя, ни другие мужчины на нее не действовали. Значит дело не просто в физиологии и это не просто похоть. Моля похолодела, только не влюбиться, бабуля, дай еще время! И тут она вспомнила про кольцо и все поняла. Это знамение. Вот и конец всему, конец ее свободной жизни. Нет, она еще съездит в экспедицию на Соловки! Предчувствия надвигающихся перемен подсказывали ей, что это будет ее последний поход.

– Я не выйду, иди один.

– То есть как не выйдешь? А наш уговор? А кольцо? – Киан не просто злился, он терял терпение. Он так и думал, что, Моля выкинет какой-нибудь фокус. У девушки точно не все были дома. Она сидела под столом в темной кухни и кажется рыдала.

– Через неделю ты сам мне мое кольцо принесешь, оно тебе руку прожжет в прямом смысле. И рана не заживет, пока кольцо не вернется к хозяйке, то есть ко мне.

– Молия, не чуди, ты должна выйти к гостям. Ты мне нужна, ты обещала.

– Пойди пугало огородное возьми, тот же эффект получишь. Сказала не выйду, значит не выйду.

Киан ничего не понимал. Что могло произойти за двадцать минут, пока он отсутствовал? Темнота в комнате не давала ему возможности залезть в голову к девушке и прочитать ее мысли, да и при свете бы у него ничего не вышло. Виной всему ее линзы. Нужно уговорить их снять, тогда он во всем разберется.

– Молия, а ты не могла бы выйти на свет и снять линзы? Здесь лампа перегорела, а я хочу на тебя посмотреть.

– Это зачем? – девушка сразу насторожилась. Что-то было неправильное в просьбе Киана, нелогичное.

– Всего лишь один раз, я хочу посмотреть какого цвета у тебя глаза.

За все годы ни один человек, кроме Фили, не просил Молю показать настоящий цвет ее глаз. Это было никому не интересно. Однажды она сама сделала глупость, сняла линзы и доверилась Фильке. Сильно он ее уговаривал. Ничего хорошего из этого не вышло. Он ходил потом месяц за ней по пятам, как кабель за сучкой с течкой. Но было это неправильно, не по-настоящему. Тогда еще была жива бабуля и она помогла снять зависимость с Фильки. Но внучку предупредила строго -не шутить больше с мужчинами, не стрелять глазами и не соблазнять заговорами ради любопытства или шутки. Только если она сама захочет кого-нибудь для себя. У бабушки дар заключался в ее руках, она могла лечить ими людей и делать много разных манипуляций. У Моли дар был в ее глазах. Снимая линзы, она могла видеть призраков, не упокоенные души, обитавшие среди живых, а еще она могла завораживать мужчин, притягивать их к себе как магнит. То ли дар, то ли проклятие. Бабуля учила помогать людям, учила управлять своими способностями. Молия могла принести людям много пользы, но не хотела этого делать, понимая, что вся ее жизнь изменится, как только она начнет практиковать магию, а с миром мертвых ей вообще не хотелось пересекаться. Страшная это энергия. Темная.

– Нет, только не так- девушка вздрогнула, представив, что ее глаза могли сделать с Кианом, она не хотела делать из него озабоченного дурака с капающей слюной изо рта.

– Молия, вылезай из-под стола или я тебя вытащу силой.

– Ага попробуй, для этого тебе придется до меня дотронуться, а ты это делать не хочешь. Брезгуешь? Я тебе неприятна? Или боишься?

Умная и хитрая, умеет манипулировать, использует любую ситуацию с выгодой для себя. Идет ва-банк, не боясь проиграть. Киан решил сменить тактику. Он действительно не хотел трогать девушку без стоящей причины. Но она его провоцировала, но зачем? И тогда он сам решил опуститься под стол для налаживания контакта. Не тянуть же ее за волосы из-под стола в самом деле? Сейчас уже поздно было искать новую девушку. Да и где искать-один лес вокруг.

– Ааа, решил белый флаг поднять, капитулировать, но я пленных не беру, в переговорах не участвую, можешь идти к гостям. Я не выйду.

– Молия, тебе не холодно под столом сидеть на голом полу?

– Холодно.

– А может ты хочешь горячий чай попить возле камина?

– Очень хочу, но не выйду.

– Ты меня просто убиваешь, как я мог положиться на такую легкомысленную глупую девушку как ты?

Молия почувствовала, что ее зубы стали клацать от холода и обиды. Она всегда держала свои обещания и не была легкомысленной. Но это был особый случай. Киан сам пожалеет, если вытащит ее к гостям. Она опять зарыдала.

– Ты что делаешь? Молия, меня не проймешь слезами, можешь не напрягаться так.

Киан уже понял, что слезы были не театральные, а самые настоящие. Какое же горе могло произойти за двадцать минут? Может кто-нибудь умер из близких и ей позвонили и сообщили трагическую новость? Помимо своей воли, мужчина притянул к себе рыдающую девушку и обнял. Он был равнодушен к людям, но горе везде было одинаковым. И он когда-то терял близких и ему было плохо. Молия замерла, перестав трястись и даже дышать. Вселенское счастье разлилось теплом по ее груди. Такого блаженства она никогда не чувствовала. В мужских руках она таяла, забыв о своем лице и о обо всех других напастях. Только бы подольше сидеть под столом в темноте с мужчиной, от которого ее тело воспламеняется точно факелом.

– Я съела много фруктов и мое лицо покрылось прыщами, – девушка выпалила слова на одном дыхании. Как потом Киан за секунду ее вытянул из-под стола, она не поняла. Но не нужно было быть ведьмой, чтобы ощутить всю ярость мужчины, который еще минуту назад был спокоен.

– Чтооо? Я тебя жалею, прикасаюсь к тебе, обнимаю, через себя переступаю, думая, что у тебя случилось горе, умер родственник, а ты плачешь из-за прыщей? – Киан думал, что лопнет от злости. Такого он не ожидал. Его, чистокровного Жреца, обвела вокруг пальца какая-то девка?

Молия сразу почуяла неладное. В походах для таких случаев был даже специальный сигнал разработан- двойной свист. Означал он одно действие- бежать сломя голову, не оглядываясь назад. Момент был именно такой. Девушка понеслась по коридорам усадьбы точно за ней гнался не один разъярённый мужчина, а как минимум стая голодных тигров. На очередном повороте она споткнулась о торчащий паркет и полетела грудью вперед, слегка приложившись головой и правым боком к стене. Сильная мужская рука в перчатке вовремя схватила ее за свитер, затормозив красочный кульбит и не позволив совсем разбиться об стену. Затем та же рука поставила ее в вертикальное положение и не спрашивая о ее самочувствии поволокла к гостям. Теперь Киан держал Молию за плечи, не давая ей даже шаг сделать в сторону. Только со стороны могло показаться, что он ее обнимает. На самом деле это были не любовные объятия, а настоящие железные тиски. Как она могла раньше восхищаться красивыми мужскими руками, длинными аристократичными пальцами? Моле казалось, что в ее плечи воткнули железные гвозди, которые впиваются в ее тело при каждом неправильном движении. Двигаться нужно было синхронно с мужчиной, который был выше на полторы головы и быстрее, так как не падал и не ударялся всеми частями тела. И вообще, оказывается он был в прекрасной физической форме, управляя телом девушки так легко, как будто она была манекеном, накаченным воздухом. Все попытки к бегству рубились на корню. По пути Моля успела высморкаться, и протереть глаза от слез. Киан лишь сморщился от вида ее лица, которое только начинало расплываться и принимать одутловатые формы, зато первые прыщи, точно солдатики на посту уже появились на лбу и на щеках.

– Киан, как мы рады увидеть тебя, здесь, в этом мире! – немногочисленны гости кинулись к мужчине. Они не пожимали его руку, не ударяли по плечу в дружеском приветствии, просто тихо стояли опустив голову и разглядывая пол. Они действительно были рады, только их радость носила оттенок злорадства, а натянутые улыбки прикрывали маску ехидства. И только страх мешал гостям высказать напрямую все свои мысли.