Маргарита Серрон – Анежка (страница 2)

– Можно просто, Анежка.

Девушка с трудом оторвалась от приветливого взгляда директора и оглядевшись, заметила в просторном кабинете Светлану Львовну. Пышногрудая полная женщина смотрела на девушку исподлобья, не желая расставаться с очками в толстой немодной оправе. Она сидела за отдельным столом и наблюдала за происходящим.

– Здравствуйте барышня. Вот так сюрприз, – Светлана Львовна скептически поджала губы- Ефремыч, а ты не кипятись. Объясни девушке, только так, чтобы я лично слышала, что здесь не курорт для столичных дамочек. Вон, посмотри на ее руки. Пальчики то- музыкальные, что ей у нас делать? Здесь пахать надо, а не по клавишам стучать. Может сразу ее назад в Москву отправим?

– Цыц, Светлана Львовна, сиди и складывай свои цифры, дай людям науки пообщаться, твое дело – оформить сотрудника на работу, оказать моральную поддержку, все. Распоясались тут, забыли уже, кто здесь директор. Львовна, не дуйся, а принеси-ка ты нам тортик вчерашний из холодильника и конфетки.

– Да, разогналась. Ну, ну, не таких видали. На одни и те же грабли, Ефремыч, наступаешь.

Олег Ефремович Живин был кандидатом биологических наук и занимался популяционной генетикой, также он являлся автором более пятидесяти научных работ. Анежка сразу поняла, что Живин был абсолютно не на своем месте. В кресле директора ему было неуютно. Каждодневные административно-хозяйственные вопросы забирали у него драгоценное время, которое он мог бы тратить на научную деятельность. Это раздражало Олега Ефремовича, удавкой сжимало шею, но деваться было некуда. Отец всегда говорил Анежке, что руководителем нужно родиться, это в генотипе человека уже с рождения заложено. У Олега Ефремовича командный ген явно отсутствовал. Светлана Львововна даже не тронулась с места, чтобы выполнить распоряжение директора.

– И где ты ее Ефремыч селить будешь? Нам специалист на передовой нужен, на кордоне, чтобы в курсе всего происходящего был. Неужели ты москвичку с Михеем поселишь в одном доме?

– А если и так. Что? Выходы разные, у каждого своя половина дома, я по телефону все подробно рассказал. Правда, биолог Олова? Вас ведь все устроило? И удаленность от поселка и проживание в лесу?

– Да, Олег Ефремович, все правильно, я согласна с условиями, меня в Москве ничего не держит. В свою квартиру я уже пустила жильцов. На полгода вперед. Поэтому мне некуда возвращаться. – Анежка была готова уже выть от досады. Не ожидала она встретить такие подводные камни. Но Светлана Львововна свои позиции не сдавала, она решила испытать терпение новой сотрудницы, докопаться до правды, которая никого не интересовала.

– А известно ли вам, дамочка, что наш главный и единственный инспектор-эколог, Михей, с которым вам предстоит жить под одной крышей, так вот, он у нас с приветом. Ну странный немного. Поделился ли Олег Ефремович с вами такой важной информацией? – это был шаг и мат, Жилин покраснел и уткнулся в документы, не желая больше вступать в диалог с кем бы то не было.

Анежка почти физически почувствовала, как он отгородился от нее невидимой стеной. Теперь ей предстояло общаться только с нелюбезной Светланой Львовной, которая была настоящим генералом в юбке и в свои пятьдесят пять, могла дать фору любому молодому остряку. Вот кто на самом деле заправлял всеми делами в заповеднике, вот чье согласие и расположение ей требовалось получить. Светлана Львововна сняла свои устрашающего вида очки и стала медленно разглядывать молодую москвичку с верху вниз, точно та была ее личным подопытным кроликом. Анежка не сконфузилась под строгим взглядом бухгалтера. Пусть смотрит. Просто Светлана Львововна не знала, что таким заявлением ее не смутить. Где проходит граница той нормы, по которой люди судят о других? Кто ее устанавливает? А что делать тем, кто не попадает по каким –то параметрам своего тела или характера в заветный коридор? Анежка и так знала ответ- таким «нестандартным» всю жизнь придется жить с ярлыком на лбу и желательно подальше от правильного общества. Другим она и не представляла своего соседа по дому. Сто процентный отшельник с кучей тараканов в голове. Наверно со временем она и сама станет такой же свихнувшейся по меркам обычных людей.

– Михей ваш, он природу любит? Животных защищает? – Анежку интересовал лишь один вопрос, садиста рядом с собой она не потерпит. Хватит, насмотрелась она в университете на детей асфальта.

Олег Ефремович радостно подпрыгнул на своем директорском кресле, выразительно посмотрев на Светлану Львовну.

– А как же, без любви к природе в заповеднике работать не получится. Михей поэтому и выгонял всех дармоедов. Они только гадили в лесу, никакой пользы от них не было, один вред. Правда все наши научные сотрудники мужчинами были, вы вот первая-женщина. Поэтому мы и переживаем. Вернее, Светлана Львовна, как женщина за вас еще больше переживает. Характер у Михея неуживчивый, тяжелый. Он одиночка по жизни. Не любит никого рядом с собой видеть. Но он не ученый, к сожалению, а нам научные данные нужны. Вы со всем, Анежка Сергеевна на месте разберетесь. Там в доме у вас кабинет свой будет. С компьютером и документацией. Ваше дело – все данные фиксировать, в компьютер заносить и мне раз в месяц привозить в офис. Будем совещания ежемесячные устраивать и аналитику проводить.

– А интернет? Неужели нет связи в лесу?

– Интернета нет, мобильной связи тоже. Только рация. Да, дороги тоже нет. Добираться будете по речке на лодке. Ну а там по просеке два часа пешком, совсем рядом, не заблудитесь. Карту я вам выдам и все метки отмечу. Вы же биолог, значит научены на местности работать, в поле, так сказать.

До Анежке медленно, но четко стало доходить на что она подписалась. Она вдруг растерялась. Не сумев скрыть своего состояния, она вздохнула.

– А зимой, когда река замерзнет? Как тогда до поселка добираться?

– Так снегоход у вас на кордоне есть. А соляркой мы вас обеспечим на всю зиму. Да вы не переживайте! Мы своих не бросаем! Вертолет на кордон раз в сезон прилетает. Это когда холодно. Зимой вы будете обеспечены продуктами и всем необходимым. А летом так вообще каждый месяц вам посылки будут прилетать. Михей охотится, с голоду не пропадете. Да вы даже и не сомневайтесь, все будет хорошо! – видя предобморочное состояние молодого биолога, Олег Ефремович и сам разнервничался. Может и правда он поспешил? Только желающих на это место больше не было.

– Да, между прочим, вот вам голые факты, – Светлана Львовна пошла во-банк – Вы, госпожа Орлова будет десятым сотрудником, которого мы берем на кордон. Десять за 2 года! Задумайтесь!

– И у кого из десяти был красный диплом столичного вуза? – Анежка всегда отличалась упрямством.

– М-да, мне больше сказать нечего. Предупреждаю тебя, Ефремыч, ты нечестную игру затеял. Вот что нам теперь с ней делать? Куда ее определять? Здесь у нас штат укомплектован, фонд не резиновый, нам даже уборщице нечем платить. Вы, дамочка, наверно думаете, что здесь зарплаты столичные? И премии на голову падают квартальные? Я же вижу ваше разочарование на лице. Может вас что-то не устраивает?

– Все нормально, Светлана Львовна, я просто устала, столько дней в дороге. Меня все устраивает, я согласна жить на кордоне с любым вашим сотрудником. Это все мелочи, я привыкну, я не конфликтная. Мне главное ахтинаров найти, а про остальное вы не переживайте. Я сильная, я вам волнений не доставлю.

Теперь со стула готова была упасть Светлана Львовна. Слова москвички её ошарашили. И где таких наивных глупышек выращивают? Но она сдержалась от неуместных комментариев. Она тихонько встала, обошла кабинет и, спрятавшись за спиной Анежки так, чтобы ее видел только директор, выразительно покрутила пальцем у своего виска, затем показала на москвичку. Светлана Львовна сделала всё, что могла. Больше она никого отговаривать не будет. Новая работница сама подписала себе приговор. Головой нужно думать, куда едешь. Не маленькая поди.

Светлана Львовна вышла из комнаты. В ее голове кружились невеселые мысли. Сколько можно быть всеобщей нянькой и разруливать сложные ситуации в жизни коллектива?

Олег Ефремович не хотел ни во что вникать. Он постоянно прибывал в научной нирване, из которой его приходилось вытаскивать. А потом с силой встраивать в реальную жизнь. Да и вообще, она не железная, как все думают. Если со всеми ненормальными сотрудниками общаться, то скоро здоровья совсем не останется. Один Михей чего стоит. Нужно пораньше с работы уйти, чтобы не пересечься с ним в офисе.

Генерал в юбке неслышно покинула офис. Светлана Львовна здраво рассудила, что у нее и своих дел выше крыши. Пусть Ефремыч сам возится с молодой сотрудницей. Выманил девку из Москвы, наобещал в три короба, вот пусть теперь и расхлебывает кашу, что заварил. Хоть бы, гадёныш, посоветовался, так нет, все за спиной у нее провернул. Ну ничего, она с работы уедет пораньше и спать будет сегодня спокойно. И только завтра узнает, как Михей лютовал в офисе. А скандал будет нешуточный. Проходили это и не один раз. Лесничий и так не подарок, а когда новенького ученого-биолога ему на кордон подбрасывают, то он совсем с ума сходит. Все знают, как он не любит людей. Раз за разом всех научных сотрудников выживает из своей берлоги. Ни один биолог больше месяца не задерживался. Особо пострадавшие писали заявление в полицию. Кому-то он лицо разбил не по-детски, а кого-то из кордона выгнал пинками. Только Михею все по барабану, не один местный участковый с ним связываться не хочет. А тем более арестовывать. Себе дороже.