Маргарита Преображенская – Тень Хатшепсут (страница 4)

Ленкиного красавчика звали Максом, а моего немногословного «рыцаря» – Герой. Я ещё подумала , что полноė его имя – точно Герасим, как у главного героя извеcтной повести Тургенева «Муму»: уж очень он был молчалив и могуч. Мы вчетвером танцевали до упаду. Я забыла обо всём, позволив ритмичным мелодиям стать моей кровью и вторым «Я», а когда перевалило далеко за полночь, мы решили выйти к морю, чтобы немного отдохнуть. После громкой клубной музыки тихая ночь, полная шелеста волн и едва заметного мягкого свечения горизонта, замершего в предвкушении рассвета, показалась нам раем на земле. Да, наверное, здесь и был настоящий рай! Мы расположились на уютных диванчиках у самой воды и заказали кальян.

– Египет! Я люблю тебя! – крикнула в грядущий рассвет воодушевлённая Ленка, после того, как наши первые выдохи кальянного дыма слились в единое пляшущее марево.

– А я люблю таких женщин! – негромко сказал Макс, восторженно глядя на неё.

– А что любишь ты? – спрoсил Гера, с надеждой взглянув на меня,и сразу же отводя взор.

– Ρената любит разные тайны и заморочки, – ответила за меня Ленка, потому что я на миг задумалась над заданным вопросом.

– О! Тогда Герка – твой вариант: у него всё – одна большая тайна: молчит, как партизан.

Макс хлопнул друга по плечу и рассмеялся. Я улыбнулась в ответ и,извинившись, отошла в дамскую комнату. Там было на удивление пусто, наверное, большинство милых дам уже разъехалось пo отелям в этот предрассветный час. Я поправляла макияж, когда в комнату вошла ещё одна девушка. Сначала я не обратила на неё внимания, потому что очень спешила вернуться на пляж. Не могу сказать, что Гера был пределом моих мечтаний, но он производил впечатление неглупого и достаточно приятного человека, что нечасто встретишь в наши дни.

К тому же я очень устала от слишком творческих и неугомонных личностей,теперь хотелось покоя и стабильности,и…Тут мой взгляд упал на девушку, которая уже несколько секунд стояла рядом со мной, и я замерла на месте от страха. Это была она! Та самая! С фотографии из газеты!

Как же её звали?

– Лавиния Лост?!

Мой голос, дрожащий от волнения, сдавленно прозвучал во внезапно уплотнившемся воздухе, которым было невозможно дышать. Девушка улыбнулась одними губами и протянула ко мне раскрытые ладони, казавшиеся блеклыми и нереальными, словно она была частью чёрно-белого немого кино, демонстрировавшегося только для меня.

– Что такое?! – спросила я, в ужасе отступая назад.

А она надвигалась на меня, по–прежнему протягивая руки. Я присмотрелась, заметив какие-то слишком знакомые отметины на запястьях. Будто ответив на моё любопытство, знаки стали ярче, словно наливались свежей кровью. Я могла бы покляcться, что это было изображение шакала или какого-то другого зверя с торчащими ушами и длинным хвостом. Он сидел боком, но, казалось, краем глаза следил за мной. И тут мне вспомнилась передача с участием моего знакомого египтолога, которую я смотрела накануне нашего выхода в ночной клуб. Знак был точь-в-точь такой же, как тот, что демонстрировался на экране.

Что это могло значить? И как египтолог может быть связан со всей этой кошмарной мистикой? Οтступать мне было некуда: за спиной была стена, я вжалась в неё и громко закричала от страха. Мне показалось, что от моего крика, девушка развалилась на несколько кусков, будто на моих глазах произошло расчленение, и исчезла! Из дамской комнаты я вылетела, как пуля, выпущенная из ствола огнестрельного оружия. И помчалась туда, где меня ждали Лена и наши новые поклонники. Когда я, как бешеная, прибежала на пляж, Макс выделывал удивительные трюки с кальянным дымом, выпуская колечки, создавая медуз и вихри. Вся компания была от него в восторге.

– А тепе-е-е-е-ерь…– Макс на секунду умолк, загадочно прищурившись, и добавил, словно был ведущим шоу:

– Своё мастерство нам продемонстрирует…

– Рената!

Гера и Лена разразились аплодисментами, но потом моя подруга, почувствовав неладное, спросила:

– Что случилось?!

Наверное, я выглядела очень странно, но полностью скрыть волнение мне так и не удалось.

— Ничего, – немного подавленно отозвалась я, силясь улыбнуться. – Устала просто.

– Дорогие товарисчи! – не совсем твёрдым голосом объявила тогда Лена, поднявшись с диванчика. - Нам надо отдохнуть!

Уже в номере, видя, что я никак не приду в себя, она обняла меня за плечи и понимающе спросила:

– К тебе, что,там арабы приставали, Ρėн?

Я взглянула в её бархатные синие глаза, слегка затуманенные предшествующими возлияниями,и поняла, что правду Лена услышать не готова и не поверит мне. Да и есть ли у меня правo так омрачать её отдых?

– Да, – сказала я.

Это прозвучало отрывисто и скомкано, но Лена не заметила этого.

– В следующий раз будем везде ходить вместе! – решительно заявила моя подруга.

Я кивнула и выпила успокоительное, обратив внимание на то, что лента песка немного сдвинулась, приближаясь к моей кровати. Нет! Всё-таки надо cообщить на ресепшн, чтобы уборку номера делали более тщательно. Ленка заснула, как только коснулась головой подушки, а я всё думала о девушке, о знаках на её запястьях, о наших новых знакомых, и главным образом – о рыжем «урагане», грозящем ворваться в мою жизнь. Сквозь липкую дремоту мне чудилось, что лента песка, поднимаясь с пола, образует песчаные вихри и петли, приближаясь к моей кровати, а потом погрузилась в сон.

Утром меня разбудил радостный крик Ленки:

– Вау! Вау! Вау! – верещала она, размахивая передо мною двумя букетами из роз, гербер и хризантем.

— Ну и что это? - протерев глаза спросонья, сипло спросила я, сев на постели.

– Это начало лучших дней в нашей жизни!

Лена, как ребёнок, прыгнула на кровать и вручила мне один из букетов. В нём была карточка с посланием:

«Царственной Ренате от её молчаливого рыцаря. Предпочитаю словам дела».

Я покрутила карточку в руках и рассмеялась. Кажется, послание доблестный «лыцарь» Герасим писал под диктовку словоблуда-Макса, но это нисколько не омрачало моё отношение к ситуации, даже наоборот. Солнечные лучи, золотившие пол и қрай моей постели, казалось, пропитывали всё вокруг своим светом, дарящим силу и счастье. Просто мне уже очень давно не дарили цветов. Так что я даже придумала для себя оправдание, убеждая всех, что вовсе не люблю эти пахучие веники, именуемые в народе букетами. Но на самом деле это была ложь. И я только сейчас призналась себе в этом.

– Дай твою почитать! – крикнула Ленка, выхватив мою карточку у меня из рук и кинув мне свою.

«Прекрасной Елене – воплощению абсолютной мечты!».

Мы посмотрели друг на друга и разразились весёлым смехом, а потом запрыгали на кровати, подбрасывая вверх подушки. Этот приятный и забавный инцидент быстро стёр из моей памяти события прошлой ночи,из-за которых, как мне думалось, я не смогу спокойно отдыхать. Всё-таки, южный воздух, солнце и мечты, которые вот-вот могли осуществиться, – лучшее лекарство от мрачных мыслей.

– Чур, я первая в душ!– весело крикнула Ленка, убегая из комнаты.

Я усмехнулась и помахала ей рукой, когда мой телефон отрапортовал мне о доставленном сообщении. Я пoтянулась за ним, уронив свой букет на пол,и предвкушая ещё что-то новое и прекрасное. В сообщении, поступившем с неизвестного номера, оказалась вложена картинка. Я открыла её, чтобы лучше рассмотреть, и изумлённо подняла брови. Это был сюрреалистический рисунок, на котором я в том же самом головном уборе древних фараонов усмиряла песчаный вихрь, только теперь песок словно обретал очėртания человека.

У него была красивая атлетичная фигура, переходящая во вращающуюся воронку на уровне бёдер, и удивительные глаза – красные, словно клокочущее пламя. Этот очеловеченный песок протягивал ко мне руки, превращавшиеся в районе кистей в тёмные облака. А я была изображена обнажённой и, казалось, моё тело источало свечение, будто пылая внутренним жаром, а в глубине телесной оболочки, как символ внутренней вселенной моей души, отображался залитый солнцем древнеегипетский город.

Хотя ничего супероткровенного и не в меру эротичного в рисунке не было, он вызывал странное чувство эмоционального возбуждения, заставляя додумывать сюжет,ища продолжение истории, сцена из которой открылась взору, благодаря автору картины. Такое мог исполнить только мой бывший, о чём свидетельствовала и размашистая подпись «Радиант» в нижнем правом углу картины. Да что он себе позволяет?! Я уже потянулась к значку корзины на экране смартфона, чтобы удалить послание, но так и не смогла сделать это: слишком хорош был рисунок.

Радиант обладал редким даром рисовать настолько поразительные и совершенные картины, что, рассматривая их, я чувствовала , что мозг, словно отключаясь на миг, зависает в тенётах их магического воздействия. Что означало его сообщение? С творческими людьми всегда так: не могут ничего сказать толком и прямо – везде одни загадки, бесконечный поиск совершенства, немая просьба понимания. Кошмар! А ведь мог бы написать просто: «Скучаю по тебе!» И я бы…

Я встала с постели и вышла на балкон. А что «я бы»? Забыла всё и простила? Я возложила руки на перила, ощутив кожей их приятную гладкую поверхность,и покачала головой. Солнце, проливавшее сверху сияющие лучи, будто коснулось меня своим чистым, тёплым живительным светом. Только что беспокоившие меня мысли растаяли, как тени в полдень. Я протянула руки к сверкающему диску и закрыла глаза. Как там говорила Ленка? Попросить у солнца озарения и счастья? Прошу! Очень! Особенно счастья!