Маргарита Полякова – Принц Густав. Выжить и победить (страница 26)
Найти людей, имеющих связи со Швецией, труда не составило. Заявить им, что я — единственный законный претендент на трон — тоже. Дескать, начинаю формировать правительство в изгнании. И те благородные шведы, которые первыми прибегут под мои знамена, получат множество плюшек. Желательно, конечно, чтобы перебежчики были богатыми. Не на свои же деньги мне смуту в Швеции устраивать! Так никакого золота не напасешься!
Дополнительно, я еще и в Кокенгаузен шпионов заслал. Только на сей раз их основной целью было не смущать умы местного населения (хотя пару рекламных речей о том, какой я хороший, не помешают). А вовремя подать мне знак.
Дело в том, что не только мою армию нельзя было спрятать в карман. Других это тоже касалось. А в такой стране, как Швеция, где короля пока нет, и всем рулит риксдаг, невозможно спрятать и подготовку к походу. Так что мне уже донесли, что весной 1601 мой дядюшка Карл, герцог Сёдерманландский, собирается взять Кокенгаузен.
Ну и кто бы упустил такой шанс? Неважно, чем закончится осада города. После битвы ни одна из сторон не сможет оказать нормальное сопротивление третьей силе. Свежей и не измотанной сражениями. И тут главное — поймать удачу за хвост. Точнее — дядюшку в плен. Но здесь-то мне и пригодятся мои наемники. Это как раз для них работенка.
Ну потом — будем действовать по обстоятельствам. Попробуем перевербовать часть дядюшкиного окружения (вот не верю я, что не найдется ни одного желающего поменять сторону). Не то, что бы я всерьез рассчитывал занять шведский трон (тот еще геморрой, особенно с моим характером), но обменять его на кое-какие территории вполне может получиться.
Особенно, если отторгнутые земли не отойдут ни России, ни Польше, а будут числиться за независимым Ливонским королевством. Во главе которого встанет шведский принц. Вполне вероятно, к тому моменту, признанный даже Швецией.
Годунов планировал, что я двинусь строить королевство, оттяпав земли Курляндии (прямо по самую Семигалию), но учитывая мои претензии на шведский трон, разумнее было следовать советам венецианцев, и двигаться по другому пути. Рига-Венден-Дерпт-Пернов-Ревель-Нарва.
Единственный нюанс… то, что мой дядюшка пока не король, было хорошо для меня, как для претендента на трон, но не как для владельца ценного пленника. Поскольку большой вопрос — насколько он ценен для своих подданных? Что скажут риксдаг и риксрот (хотя последний, вроде бы, Карл успел проредить от нелояльных личностей)? У них там, вроде бы, еще один кандидат в короли имеется, причем стоящий по праву ближе к трону.
Впрочем, до сих пор мой кузен Юхан, герцог Эстергётландский, к власти не рвался. И, как сообщали шпионы, готов был отказаться от притязаний на корону в пользу дядюшки. Но за таких бесхребетных типов, обычно, принимает решение их окружение. Так что Юхан вполне может (совершенно неожиданно для себя) стать королем и спасителем отечества. Тут уж как Фортуна благоволить будет.
Что ж… Посмотрим, каким местом повернется эта дама ко мне в Кокенгаузене.
Витр
Март выдался сырым и промозглым. Ветер продувал до костей, невзирая на теплую одежду. Не мешало бы подвигаться, чтобы согреться, но такой роскоши Витр позволить себе не мог. Он должен был оставаться незамеченным. И он, и его люди. Принц Густав, со свойственной ему фантазией, приложил к этому максимум усилий.
Для всего отряда были пошиты просторные наряды, которые надевались прямиком на верхнюю одежду. Белый цвет ткани нарушали темные пятна и полосы, в результате чего фигура человека буквально растворялась в лесу, где черное и белое чередовалось в самых немыслимых сочетаниях — стволы, кусты, не опавшие до конца листья, сугробы…
Витр жалел, что такая идея ему самому не пришла в голову. В его прошлых нелегких делах подобная помощь скрытностью была бы бесценной. А ведь Густав не воевал! И уж точно не промышлял на больших дорогах. Как он додумался до подобного?
Похоже, его высочество смыслит не только в алхимии. Когда поход только начался, Витр вообще не верил, что из этого выйдет что-нибудь путное. Но пока удача была на их стороне. Неужели возможно такое, что они служат будущему шведскому принцу? Прав на корону Густав явно имел больше, чем его дядюшка, пришедший с войсками к Кокенгаузену. А когда право подкреплено силой…
Впрочем, силу пока еще было демонстрировать рано. По донесениям разведчиков, начали шведы хорошо — с помощью осадной артиллерии они взяли город, но небольшой польско-литовский отряд сумел закрепиться в замке и сдаваться не собирался. Как несложно догадаться, герцог Сёдерманландский тратить на них время не захотел. Не до мелочей, когда идешь расширять свою империю!
Карл оставил двухтысячный отряд, который продолжил осаду замка по всем канонам военного искусства, а сам двинул по направлению к Эргле. Однако Витр за ним не последовал. У него был точный указ — оставаться на месте и ждать удобного случая. И Густав, в очередной раз, оказался прав.
Грамотные действия поляков привели к тому, что теперь шведы сами оказались в окружении. Так что Карлу, чтобы спасти своих подданных от капитуляции, пришлось направить туда пятитысячный отряд, усиленный 11-ю пушками.
— Не хотел бы я оказаться среди атакующих, — пробормотал Витр, глядя на то, как польско-литовскими войска провоцируют атаку прикрывавших левый фланг шведов финских рейтар. Провокация получилась успешной. Рейтары были разбиты, и польско-литовское войско атаковало шведскую пехоту. От полного уничтожения эту самую пехоту спасло только чудо. Точнее, установленные перед строем рогатки.
Ну, на что надеялись шведы — это понятно. Они хотели выманить поляков на свою якобы беззащитную пехоту, а затем расстрелять их из артиллерии. Но задумка не удалась.
Хотя был у них шанс, был. Уж на что Витр не великий дока в военных делах, но даже он понял, что надо действовать, когда атака крылатых гусар была остановлена шведскими рогатками. Но… не срослось. Не получилось. Было полное ощущение, что шведские подразделения вообще друг с другом не взаимодействуют.
А вот гусары не подвели. Действовали нахрапом. Выиграли время на то, чтобы подошло подкрепление и подтянулась артиллерия. Ну, а с таким усилением уже проще было прорвать шведские боевые порядки. Так что посланный Карлом деблокирующий отряд был уничтожен. А там и осажденные в Кокенгаузене шведы сдались. Куда им деваться-то?
Не задался у Карла поход. Не удержал он город. А всего-то не надо было торопиться. Начал дело — доведи до конца. Крылатые гусары — сила, с которой стоит считаться. И командующий польско-литовскими войсками Ян Кароль Ходкевич — весьма опытен. Ученик иезуитов, посещавший Италию И Мальту для изучения военного искусства, он участвовал и в подавлении восстаний, и в походах в Молдавию.
Но даже самый великий полководец не сможет удержать войско, которому нечем платить. А денег у Ходкевича не было. Витру просто нужно было подождать — когда в польско-литовском войске начнется неразбериха. Ну а там… действовать по обстоятельствам. Густав никогда не ограничивался только одним планом…
Густав
Взять в плен дядюшку не получилось. Слишком уж у него охрана была хорошая. А гробить своих людей я не хотел. И специально уточнил им задачу — схватить Карла только если появится благоприятная возможность. Как можно тише и незаметнее. Не получилось? Будем ждать другого удобного момента.
Плюсом было то, что удалось практически бескровно захватить Кокенгаузен. Во-первых, у Ходкевича не было денег, и заплатить своему войску он не мог. А во-вторых, наше войско, благодаря моему флагу, приняли за шведскую помощь Карлу. Учитывая, что недавняя победа обошлась крылатым гусарам слишком дорого, нового сражения (со свежими, явно превосходящими в численности) силами противника никто не хотел.
Получилось так, что сначала отступили шведы, а затем Ходкевич просто не сумел удержать свое войско и, соответственно, город. Так что Кокенгаузен нам достался без предательства, подкупа, длительной осады и многочисленных жертв. Хотя с некоторым сопротивлением столкнуться все-таки пришлось.
Дядюшка, тоже не готовый сходу ввязываться в бой, отступил к Риге. Да еще и послание мне прислал. Типа, шведы не признают моего права на трон, и вообще я сам хотел отказаться от короны.
Ха! Да мало ли, кто что хотел. Из Падуи шведская корона выглядела такой же доступной, как луна в небесах. А вот из Кокенгаузена она уже смотрелась куда реальнее. И пусть я по-прежнему не горел желанием становиться монархом, спускать такое поведение дядюшки было нельзя.
Для ответных действий понадобились мое отсутствие пиетета перед старшим родственником и навыки Густава в написании писем в различных ситуациях. Имелись определенные шаблоны, которым необходимо было следовать, если желаешь считаться образованным, воспитанным и благородным человеком.
Удивительно, но такие шаблоны существовали даже для писем недоброжелателям и непослушным подданным. Густав штук двадцать таких писем настрочил. Начиная с Карла, которого призывал устыдиться и вернуть корону законному владельцу, заканчивая его доверенными лицами, которых обвиняли в предательстве. Дескать — поддержите законного короля — получите плюшки. А пойдете против — пеняйте на себя.