Маргарита Неверовская – Хранитель ключей (страница 10)
— Я тебе принёс сиротку.
Кошка зашипела на подкидыша.
— Не шипи, Марго! Я тебя отправлю на улицу, если не приютишь его!
Кошка фыркнула, но стала неистово вылизывать котёнка и кормить своим молоком.
— Марго, ты такая же вредная, как Марго! Надо обязательно голос поднять! — Феликс нежно погладил окотившуюся кошку и почесал за ухом.
Он выгрузил на большой стол всё, что сегодня незаконно взял на рынке и в торговом центре. Одежду парень бросил на большой диван, где вальяжно дремали жирные коты. Он лёг на скрипучую кровать, и с балдахина посыпались хлопья пыли. В комнате очень давно не делали уборку, поэтому пыль покоилась везде, кроме шерсти кошек и котов: их шёрстки блестели лучше, чем кудрявая шевелюра Феликса.
— Надо опять краситься, — заметил он, разглядывая свою медную кудряшку.
Феликс громко зевнул и завернулся в одеяло. Кошки окружили его кровать, а некоторые запрыгнули на грудь или улеглись над кудрявой головой. Он был покрыт огромным количеством кошек, словно накрылся разноцветным пледом из кошачьей шерсти.
Пока Феликс засыпал в компании пушистых друзей, Марго аккуратно ставила на полку приобретённые на рынке книги. Она уверенно стояла на высокой деревянной стремянке и с особым трепетом расставляла книги по разделам. Две книги оказались на полке с надписью, выгравированной серебряными буквами: «Алхимия», три книги — в разделе «Травники», и одна — «Медицина».
Марго аккуратно спускалась со скрипучей стремянки с помощью Романа Родионовича. Он легко подхватил её, словно на пару секунд стал высоким и сильным, чтобы помочь благородной леди спуститься с высоты.
— Вы превзошли своих предков, Маргарита Николаевна, по количеству книг. У вас самая большая библиотека с самыми ценными экземплярами, — заметил домовой, оглядывая книжные полки Марго.
— Это не предел, Роман Родионович. Я хочу открыть свою библиотеку, чтобы каждый мог найти ответы на свои вопросы.
— Вы хотите найти ответ на вопрос, жив ли Станислав?
Марго погрустнела и, скрестив руки, подошла к арочному окну, откуда можно было увидеть ночной Петербург. Она тяжело вздохнула и грустно взглянула на домового, который смахивал пыль с корешков старинных книг.
— Я хочу верить в то, что мой брат жив. Что этот пожар — его фокус, чтобы я приглядела за его детьми. Но, кажется, все мои надежды пусты, и мой брат ушёл навсегда…
— Я тоже верю, что ваш брат оставил вам своих детей и отправился в путешествие, о котором неоднократно писал в письмах. Он просил вас приглядеть за детьми два года назад, но вы отказали, потому что были очень заняты. Возможно, он знал, что вы не сможете отказаться от детей, если он «погибнет»?
— Хочется в это верить, Роман Родионович. Очень хочется…
Марго снова обратила свой взор на ночной Петербург и вздохнула. Как бы сильно ни злил её младший брат, она всё равно его любила. Она бы отдала свою огромную библиотеку тому, кто найдёт её брата живым и здоровым. Но все вокруг были уверены, что Станислав погиб, оставив после себя только детей. Теперь Софья и Артём обрели новую семью, о которой обычным детям можно было только мечтать.
Глава 3
«Пахнет гарью», — с этими мыслями Артём проснулся. Он поднял свою светлую голову с подушки и огляделся. Странный запах ему не причудился. Дом был задымлён.
— Софа! Проснись!
Он начал будить крепко спящую сестру.
— Что случилось, Артём?
— Мы горим!
— ГОРИМ?!
Софья вскочила с постели, и они с братом выбежали из комнаты. Когда детишки забежали в гостиную, она вся клубилась дымом и копотью. Посреди комнаты стоял отец. Это он поджёг стенку, на которой висел большой телевизор и стояли книги.
— Папа, туши огонь! — крикнул Артём и побежал в ванную, чтобы набрать воды в ведро.
Софья оцепенело смотрела на отца, который, стоя близко к огню, бросал фотографии в языки пламени. Его пепельно-русые волосы колыхались от сквозняка — окна квартиры были открыты настежь, и от этого огонь разрастался всё сильнее.
— Хотя… я не жалею ни о чём, — промолвил отец. — У меня очень красивые дети.
Он посмотрел серо-зелёными глазами на дочь, которая была очень похожа на мать. Артём унаследовал черты матери, но получил от отца огромные миндалевидные глаза и длинные ресницы.
— Пап, зачем ты сжигаешь наши фото? — спросила Софья и тут же разрыдалась: отец в этот момент казался очень странным.
— Я навсегда прощаюсь с вашей матерью. Я хочу начать всё с чистого листа…
Отец бросил в огонь оставшиеся фото и пару вещей, связанных с бывшей женой.
— Я никогда не сожгу память о вас. Вы — мои дети, и я вас очень люблю…
В этот момент в комнату ворвался Артём и выплеснул ведро воды в центр пламени. Но вода, зашипев, превратилась в пар, так и не потушив ни малейшего язычка огня.
— Это не простой огонь. Его невозможно потушить водой. Огонь поглотит эту квартиру, и больше ничего, а потом исчезнет сам, словно его и не было…
— Ты странный, пап! — крикнул Артём, толкнув отца. — Теперь я понял, что ты ненормальный! Понятно, почему от тебя мама ушла! Ты постоянно говоришь о том, чего не может быть на самом деле! И на драконах ты никогда не летал! Ты — дурак!
Артём был зол на отца и его проделку. Он даже не заметил, с какой болью на него посмотрел отец. Но потом Станислав иронично улыбнулся и ответил сыну:
— Я — дурак. Но моя сестра будет поумнее. Надо было её слушать и становиться хранителем, но тогда бы не родились вы.
Отец взмахнул рукой, и языки пламени поднялись выше, принявшись поглощать шторы и обои.
— А-а! — закричала от страха Софья и закрыла глаза.
— Закрой глаза, Артём, — попросил отец.
— Нет! — крикнул Артём, топнув ногой.
— Закрой! — впервые отец повысил голос на сына.
Артём впал в ступор и медленно закрыл глаза руками, как и Софья. Девочка в этот момент рыдала от страха.
— Софья, подойди к нам!
Она медленно подошла к родным. Отец обнял детей и шёпотом сказал им:
— Мир, откуда я, — очень удивительный. Я думал, что люди захотят снова соприкоснуться с ним. Но сейчас людям нужны только богатства. Их больше не интересует искренняя любовь… — он всхлипнул и сильнее прижал к себе детей. — Я не могу жить, как все! Не хочу быть хранителем или бизнесменом! Я хочу просто выращивать моих ящерок…
— Пап!.. — крикнул Артём. — Сейчас не время для сказок!..
— Я вас люблю, детки… Прощайте!..
Мальчик и девочка не заметили, как оказались на улице, где уже собрались пожарные, скорая помощь и зеваки из соседних домов. Сильный пожар не задел соседей: огонь жадно пожирал только квартиру семьи Камских.
— Там наш папа! — кричала Софья, показывая на окна, откуда вырывались языки пламени.
— Спасите папу! — кричал Артём пожарным, которые и без него знали, что им делать.
Пожарные пытались потушить огонь, но вода тут же испарялась в виде больших облаков горячего пара. Неподалёку собралась толпа людей. Кто-то позаботился о детях, завернув их в одеяла. Все ждали подвига пожарных, которые никак не могли справиться с огнём. Соседи не могли понять, почему их квартиры не трогает пламя, которое сметало и уничтожало всё на своём пути.
Спустя час огонь исчез сам по себе. Пожарные разводили руками — в их практике такого случая не было. Они обошли всю, дотла выгоревшую квартиру, но главу семейства так и не нашли. Он сгорел. Когда пожарные вышли из подъезда без Станислава, дети впали в истерику и зарыдали горькими слезами. Артём так сильно ругал себя за то, что наговорил отцу плохих слов, что готов был задохнуться от терзающей боли и сожаления! Он так сильно замкнулся, что поклялся себе не проронить ни слова, которое могло бы кого-нибудь обидеть.
— Папа! Папа! — громко кричала Софья, глядя в выгоревшее окно квартиры. — Папа! Папа!..
Она проснулась от собственного плача. Её мягкая подушка, пахнущая морским бризом, впитала горькие слёзы, которые девочка проронила во сне. Это был не просто сон, а тяжёлые воспоминания, которые сильно отпечатались в её памяти. Это была вторая тяжёлая травма в жизни детей. Первой стал уход матери из семьи, которая бросила трёхлетних детей на доброго мужа.
Софья медленно сползла с постели, собирая рукавом пижамы падающие грозди слезинок. Девочка скучала по папе и всё не могла остановить слёз. Шаги её босых ножек не разбудили спящего брата. Софья бесшумно взяла полотенце, чистое бельё и собралась принять ванну. Когда девочка оказалась в паре сантиметров от входной двери, которую обычно закрывали на ночь, она обернулась на брата и бесшумно повернула ручку. Та распахнулась.
«Открыто!» — обрадовалась Софья и покинула комнату, оказавшись в мрачном коридоре, где тут же вспыхнули бра со свечами. Девочка позабыла о грусти — в ней проснулась маленькая авантюристка, которая хотела искупаться в красивой ванной с вкусно пахнущими шампунями. Маленькие ножки тихонько несли хозяйку к заветной двери — у девочки была хорошая память. Софья была очень лёгкой, поэтому под её шагами не скрипнула ни одна половица.
Ещё немного — и ванная комната для цариц, иначе и не назовёшь, была достигнута. Девочка приоткрыла дверь и осторожно заглянула в ванную: пусто или нет?
В стенах, украшенных лепниной, агрессивно грохотала музыка. Возможно, тётя слушает такую музыку? Но в голове Софьи не мог уложиться образ культурной дамы и тяжёлый рок. Девочка бесшумно прокралась в комнату и спряталась за мраморными колоннами, поддерживающими высокий потолок. Софья чуть не ахнула от окружившей её красоты, но быстро закрыла ротик ладошкой, потому что тот, кто слушал музыку, запел: