Маргарита Лебедева – Неверный муж (страница 2)

— Я не это имела в виду. Просто, раз ты все равно уйдешь от Егора, то… то не могла бы ты умолчать обо мне и придумать другую причину разрыва. Ну или сослаться на другую любовницу, к примеру, его секретаршу.

Офигеть! Ну что за день! К такому потоку информации, еще и такой мерзкой, я не готова.

Мало того, что Лена смеет что-то там просить у меня, так она еще и в курсе, с кем спит мой муж!

Это что-то с чем-то!

А главное, я не могу понять, почему я ни разу не заподозрила Егора в неверности. Да, он у меня мужчина ого-го, высокий, широкоплечий, с пронзительно голубыми глазами, выделяющимися скулами и черными волосами, лишь слегка тронутыми сединой. А в общении ему нет равных. Муж умен, остроумен и знает, как завлечь людей.

Так что выходит, что я из-за своей любви была слепой, не замечая никаких знаков, которые обязаны были быть.

Я ведь была верна Егору, вот наивно полагала, что это у нас взаимно.

— А что мне еще для тебя сделать? Ты уж озвучь весь список, не мелочись.

— Лиза, тебе меня не понять. Ты вон какая… красивая. И без мужчины ты все равно не останешься. Еще и деньги есть. Даже собственная квартира в твоем распоряжении. А я полностью завишу от Егора. Но если он узнает, что мы встретились и ты все узнала по моей вине, он разозлится. И тогда может сократить мое содержание и реже приезжать к Кирюше. Пожалуйста, умолчи об этом. Не ради меня, а ради моего сына. Дай нам с ним возможность жить счастливо и… возможно, даже построить с Егором семью.

— М-да, Лена, наглость — это твое второе имя. Дай угадаю, хотя ты вряд ли ответишь честно, ты родила от моего мужа в первую очередь из-за его денег, решив оставить ребенка с целью получать алименты?

— Как я уже сказала, тебе меня не понять. Но от тебя зависит судьба моего сына.

— Не надо перекладывать на меня ответственность и давить на жалость. Не моя вина, что ты такая дура, еще и ленивая, раз зависишь от чужого мужа, даже не пытаясь содержать себя самостоятельно. Ну конечно, легче ныть и строить из себя бедную и несчастную, чем пахать на работе по десять, а то и двенадцать часов.

Не испытывая к Лене жалости и не собираясь ее понимать, я ушла.

Глава 4

У меня возникло ощущение, что словно все внутри меня выгорело дотла. Я чувствовала себя лишенной эмоций оболочкой, пустой, но еще не сломленной.

И я знаю, что вскоре прочувствую всю боль от предательства мужа, когда ночью буду лежать в кровати наедине со своими мыслями и воспоминаниями о счастливой жизни с Егором.

Но это будет чуть позже, когда я поговорю с мужем, соберу вещи, заберу доченьку и уеду из его дома, сразу же подав на развод.

Все-таки Лена хорошо меня знает, догадавшись, что я не смогу простить измену.

Да и как ее простить?

Как жить с мужчиной, в котором ты больше не уверена? Как строить с ним совместное будущее и целовать, гадая, а не целовал ли он до тебя кого-то другого.

И стоит мне закрыть глаза, как моя фантазия бьет меня по самым больным местам, вырисовывая в мыслях образ Егора, обнимающего других женщин, и сразу показывая сцены нашей любви.

Меня чуть ли на изнанку не выворачивало от подобного, но и не представлять всего этого я не могла.

Шесть лет совместной жизни, сотни обещаний, тысячи поцелуев, милая голубоглазая дочурка с пухлыми щечками и удар прямо в сердце.

Мой муж, на вид такой идеальный, оказался кобелем, которому, по сути, и не важно, кого тащить в свою кровать.

Сколько у него было интрижек и романов? Раз он так легко воспользовался телом Лены, а та в курсе, что он спит со своей секретаршей, не боясь слухов, то измены для него в порядке вещей.

А я как дура жила столько лет в розовых очках, наивно доверяя Егору, расхваливая его и ставя всем в пример.

Вернувшись домой, я ощутила легкое головокружение, видно, вызванное переутомлением, и, пошатнувшись, на несколько секунд застыла неподвижно, пытаясь прийти в чувство.

— А вот и мама пришла. Идем ее встречать, Аленушка, — прозвучал из глубин дома голос свекрови. И спустя меньше минуты она показалась в холле, ведя за руку мою принцессу.

— Мамочка! — звонко воскликнула доченька, бросившись ко мне.

Так что пришлось улыбнуться, как бы в этот момент мне ни было тяжело, и сесть на корточки, чтобы обнять свою крошку и поцеловать ее в курносый носик.

— Привет, мой солнышко. Ну как ты тут без меня?

— Хорошо. А где лошадка?

Покрутившись вокруг меня, не заметив пакетов с покупками, Алена сначала удивленно приподняла свои бровки, а потом нахмурилась, тут же надув нижнюю губу.

А я только сейчас осознала, что встреча с Леной сбила мне все планы, я так и не прошлась по магазинам и пропустила свою запись к мастеру маникюра.

Но это все такие пустяки по сравнению с тем, что мне удалось узнать.

— Лошадку ты получишь чуть позже, так что не надо дуться.

И снова через силу улыбнувшись, пытаясь не показывать доченьке, в каком ужасном состоянии я сейчас нахожусь, я притянула ее к себе и поцеловала в щечку.

Ну и пока я общалась с Аленой, я чувствовала на себе внимательный взгляд Антонины Григорьевны, заметившей, что со мной что-то не так.

Поэтому, стоило мне только завести дочурку в ее комнату, усадив посреди ее игрушечного царства, свекровь сразу же приблизилась, с тревогой во взгляде вглядываясь в мое лицо.

— Лиза, не таи, скажи уже, что произошло? Я и не помню, видела ли я тебя в таком подавленном состоянии. У тебя такой взгляд, словно умер кто-то. Ну же, говори, не томи.

Уже заранее схватившись за сердце, Антонина Григорьевна, с которой я прекрасно ладила, с искренней тревогой смотрела на меня.

Понимая, что как мать она может встать на защиту своего единственного сына и как-то его оправдать, я понадеялась на ее женскую солидарность, быстро рассказав ей обо всем в двух словах.

И нельзя было не заметить, что свекровь вздохнула с облегчением, ожидая услышать, что кто-то умер или болен. Но что-то по ее реакции нельзя было понять, что она сильно удивлена.

И тут меня осенило, новой болезненной вспышкой уколов в сердце.

— Антонина Григорьевна, вы что, знали, что у вашего сына есть ребенок на стороне?

Глава 5

Потупив взгляд, свекровь кивнула и тут же попыталась оправдаться, а заодно и попробовать обелить сына.

— Да, Лизочка, я все знала. Я же мать твоего мужа, так что он поделился со мной рождением внука. Но скажу сразу, я осудила его за измену, дав понять, что он поступил неосмотрительно, еще и допустил рождение ребенка, из-за которого его используют в качестве денежной копилки.

— И вы молчали.

— Молчала, потому что знала, что ты можешь отреагировать слишком буйно. А я бы не хотела, чтобы ты поссорилась и уж тем более рассталась с Егором. Вы же такая прекрасная пара. Прямо-таки идеально дополняете друг друга. Поэтому это было молчание во благо, ради вашей семьи. Поверь мне на слово, мой сын любит тебя, и никакие интрижки этого не изменят. Ты и Аленочка всегда будете стоять для него на первом месте. Ты же и сама прекрасно видишь, что он ради тебя готов пойти на многое и исполнит любой твой каприз.

— Скажите честно, у Егора было много любовниц?

Антонина Григорьевна решила не отвечать на этот вопрос, но я и так все поняла. Ее молчание было красноречивее любых слов. Любовниц было много, и она о них знала.

Вряд ли лично, как и вряд ли Егор с ней секретничал, обсуждая свою похотливую жизнь. Но как мать она лучше всех знала своего сына, а значит и знала, что он не отличается верностью. Знала, но молчала, боясь нашего расставания.

Вот только тот факт, что у Егора есть ребенок, говорит о том, что он пренебрежительно относится к контрацепции. И выходит, что я лишь чудом не получила от мужа, который, по ее словам, так сильно меня любит, венерический букет.

— Ладно, другой вопрос. Вы виделись со своим внуком?

— Несколько раз. Все-таки мы с мальчиком одной крови, он мой внук, хоть его мать… Ох, мать из нее никудышная. И я уже не раз говорила Егору, чтобы тот взял под контроль ее траты и требовал предоставлять чеки, чтобы точно знать, что деньги ушли на сына, а не на ее цацки. И порой я думаю, что было бы неплохо, чтобы Егор, — тут Антонина Петровна замолчала буквально на пару секунд, неуверенно взглянув на меня, — забрал мальчика себе, а ты…

— Заменила его никудышную мать. Шикарно! Егор будет заделывать детей на стороне, а я, прямо как Мать Тереза, буду принимать всех под свое крыло и ставить на ноги! А почему бы и нет!

— Лизочка, не заводись. Мне просто мальчика жалко…

— А меня вам не жалко? А Алену? Выходя замуж за вашего сына и рожая от него, я не давала согласие на одностороннюю возможность открытого брака! Я, значит, храню ему верность, а он гуляет направо и налево, заделывая детей!

Пустота в груди стала стремительно заполняться яростью, из-за которой хотелось все громить и крушить.

И только каким-то чудом я себя сдерживала. А может и просто берегла силы до прихода Егора, чтобы он столкнулся с моими разочарованием и яростью.

— Лизочка, я все понимаю, но это у мужчин в крови и…

— Нет, неправда! Даже животные могут хранить верность своему партнеру, выбирая одного на всю жизнь, а наши мужчины что, не могут⁈ Измена — это осмысленный выбор каждого. И если мужчина осознает цену верности и любит свою женщину, он никогда ее не предаст.

Антонина Григорьевна предприняла еще несколько неудачных попыток успокоить меня и обелить Егора, но это только сильнее меня раздражало. Ну а когда она стала приплетать мою дочку, с ее помощью играя на моих чувствах, якобы я не имею права лишать ее отца и рушить нашу семью, я чуть окончательно не сорвалась.