Маргарита Климова – Твой шанс (страница 23)

    На третий день пустота и тишина оглушили до такой степени, что готова была сама лезть на стену и прикидываться абстрактным пятном, привнося в интерьер немного пастельных красок, потому что оттенок моей кожи варьировался от молочно-белого до нежно-мятного.

    Были бы у мня подруги, одиночество, возможно, не угнетало с такой силой, а тут, спасибо дяде, некому даже позвонить и поныть в жилетку, размазывая кусок торта по белоснежной тарелке. Можно, конечно, выйти на работу, но к такому активному контакту я была ещё не готова, да и там всё напоминало о Строгове.

    Четвёртый день посвятила самоедству и осознанию своей никчёмности, как женщины, в полной мере. Как можно соблазниться таким чудом в мешковатом комбинезоне с неприглядной гулькой на макушке? Я же так похожа на маму, а она всегда могла себя преподнести так, что партнёры отца пускали по ней слюни. Что же я с собой сделала, раз позариться на меня можно только за деньги? И в подтверждение моих мыслей Стас не пытался со мной связаться все эти дни. Пустые слова о любви, о бессмысленности жизни без меня. Живёт же и радуется, наверное, что избавился от проблемной мыши, не поддающейся дрессировке.

    Пятый день прошёл под лозунгом «Опустоши дядькины запасы спиртного», хотя все нормальные люди делают это в первые два дня, но я, как оказалось, не отношусь к нормальным, раз меня так воспринимают окружающие. После третьей стопки чего-то жутко огненного, пошла стадия выяснения отношений. Собиралась позвонить Стасу и высказать всё, что думаю о нём, просветить твердолобого сухаря в том, что он конченный мудак, но произошла небольшая оказия, как всегда со мной бывает, - только сейчас, спустя пять дней, обнаружила отсутствие телефона, который держала в руках последний раз до приезда на море.

    Поговорив с умным человеком, отражающимся в зеркале, рассказав ему о своих бедах и запрокинув ещё пару стопок, уснула на ковре, обнимая ножку стула. Говорят, сон алкоголика короток и чуток. Насчет чуткости не знаю, но то, что он ещё наполнен вязкими кошмарами, могу заверить точно. Адская ночь, разорванная на множество сегментов, перемешанных с болезненными пробуждениями и картинками прошлого, растасованными в хаотичном порядке. А самое главное, столько мои ноги не бегали в жизни.

    Утро запомнилось страшным сушняком, тошнотой и стаей дятлов, поселившихся в голове. Не слышала, чтобы дятлы собирались в стаи, но мою черепную коробку проверяла на прочность именно она.

    Шестой день ничем примечательным больше не выделился, а вот на седьмой пришло переосмысление. Хватит жалеть себя, консервировать в четырёх стенах и засаливать в собственных слезах. Никто не оценит моё гнобление и самовольное заточение в башне. Пора менять жизнь, меняться самой и прогибать окружающий мир под себя. Слишком смело, амбициозно, но, хотя бы, первых два пункта надо выполнить.

    Личного водителя я лишилась, поэтому пришлось просить охрану вызвать такси, чтобы начать притворять свой план, расписанный в ежедневнике. Покупка телефона, восстановление сим-карты, занесения Стаса в чёрный список и поиск стилиста по рекомендациям в социальных сетях.

    И вот, я стою на каблуках, на которых не ходила и не представляю, как это делать, любуюсь узкой юбкой брусничного цвета, красиво очерчивающей линию бёдер и округлость ягодиц, небрежно поправляю персиковую блузку с прозрачными рукавами и кошусь на чёткую линию тёмных бровей.

-Не я, но, похоже, это то, что надо, - удовлетворённо произношу и набираю дяде. – Буду в офисе через полчаса. Пригласи на встречу юриста.

   На первом же шаге подворачивается нога, раздаётся вскрик Алины, нанятого стилиста, и приходит понимание, что войти в офис ковыляющей в раскоряку уткой, вот совсем не гордо.

- Алина, обувь придётся поменять на что-то такое же элегантное, но более удобное, - поворачиваюсь к девушке, подгибая колени для лучшего удержания равновесия. – Мои ноги не приспособлены для ходьбы на каблуках.

    В холл здания компании вхожу с высоко поднятой головой, с прямой спиной и в удобных лодочках в цвет юбки. На ресепшене стоят две девушки модельной внешности, отвечают на звонки и провожают надменным взглядом простых смертных.

- Таисия Звёздная, - кладу на стойку паспорт, заставляя звучать свой голос холодно и твёрдо, хотя хочется втянуть шею в плечи, ссутулиться и пропищать. – Проводите меня к Борису Алексеевичу Звёздному.

    Рыжая красотка открывает мой паспорт, и у неё вытягивается от любопытства лицо. Я здесь впервые, и рядовые сотрудники вряд ли в курсе, кому принадлежит контрольный пакет акций, но фамилию Звёздные знают все. Рыжая, с бейджиком Варвара, подтягивает челюсть, расплывается в приторной улыбке, возвращает паспорт и указывает в сторону лифта.

- Пятый этаж, Таисия Ароновна. Вас там встретят.

    На нужном этаже встречает клон Варвары, навесив на лицо такую же улыбку. Либо они проходят общие курсы по владению мышцами лица, либо созданны из одного генетического материала

    Дядя, увидев меня на пороге кабинета, застывает, теряет дар речи и замедленно машет руками в воздухе. Чего так реагирует, если сам заказывал такой апгрейд для своей племянницы? Вотана я. Что просил, то и получил.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Тая? – выдавливает, оттягивая галстук и ослабляя узел.

- Да, дядя. Пришло время обговорить условия передачи компании. Не вижу юриста.

Глава 34

Таисия

    Мы составляем договор, дядя довольно потягивается в кресле, но юрист, просмотрев условия завещания, сбивает с Бориса сонное удовольствие.

- Передача акций возможна через шесть месяцев по достижении двадцати двух лет и вступлении в права, или после заключения брака. Так что сегодня мы можем составить только предварительное соглашение и обсудить пункты договора.

    У дяди вытягивается лицо, но он сразу навешивает надменную маску спокойствия. Что-то не учёл, или неправильно доложили, или услышал то, что захотел?

- Что ж, начать в доме ремонт это не помешает, - посылаю ему улыбку. Удивительно, но ощущение, словно с узкой юбкой мне выдали новую Таисию. Дерзкую, наглую и высокомерную, знающую себе цену и видящую подгнившую ауру окружающих.

- Какой ремонт? Там и так всё шикарно, - напрягается он, подаваясь слегка вперёд.

- Мне никогда не нравилась обстановка в доме. Слишком давит своей роскошью, - откидываюсь на спинку и закидываю ногу на ногу, не отстраняя взгляда. – Предпочитаю светлые тона, как раньше… у мамы.

- Надо же, а Строгову всё-таки удалось, - брезгливо кривит рот. – Ты очень изменилась, Таисия.

- Просто повзрослела, дядя, - возвращаю ему его подобие оскала, и с каждым разом делать это оказывается легче. – Я отправлю к тебе дизайнера с оплатой.

    Поднимаюсь со стула и уверенно направляюсь на выход, оглушая стены просторного кабинета звоном набоек, отстукивающих каждый мой шаг. Зачем делать такие большие помещения, способные вместить до пятидесяти человек? До двери остаётся пара метров, когда она открывается, и в офис вплывает двое мужчин слишком похожих друг на друга.

- Боря, рад ещё раз представить тебе… - расплывается радостно тот, что постарше, лет пятидесяти, запинается и рассматривает меня. – Я не вовремя? Секретарши нет на месте, вот мы и зашли.

- Всё хорошо, Витя, не помешали, - подрывается дядя, меняя высокомерное выражение на что-то доброе и дружеское. – Моя племянница, Таисия.

- Александр Рохтер, - сразу собирается тот, что помладше, сокращает расстояние между нами, подхватывает руку и оставляет на тыльной стороне ладони сухой поцелуй, невесомо касаясь губами и сразу выпрямляясь.

    В его глазах яркая заинтересованность, блуждающая по лицу, спускающаяся по шее и останавливающаяся на уровне груди. Хочется сложить на ней руки, спрятать линию белья, выделяющуюся через тонкую ткать кружевными узорами, но я только поднимаю повыше подбородок и выгибаю бровь. Стеснительная, неуверенная в себе Тая осталась на полу, обожранная запасами дяди, а сейчас я, вроде как, дерзкая, высокомерная женщина, защищающая свои права.

- Не знал, что у тебя такая взрослая и красивая племянница, Борис - переводит на дядю задумчивый взгляд Александр. – Мне казалось, она у тебя ещё маленькая и увлекается рисованием.

- Свои дети всегда растут незаметно. Маленькая, маленькая, а потом просыпаешься, а она уже невеста.

    Дядя подходит к мужчинам и обменивается с ними рукопожатиями. Виктор подмигивает Борису, а Александр не отпускает меня из плена своих морозных глаз. Вроде, симпатичный молодой человек, но холодность, сквозящая в светло-серых глазах, действует отталкивающе.

- Таисия, могу я пригласить вас на ужин? – сверлит меня ледяной принц, уверенный в своей неотразимости. Если смотреть на него профессиональным взглядом художника, то он действительно хорош. Среднего роста с подтянутой, жилистой фигурой, с гордым разворотом плеч и с арматурой в позвонке. Светлая чёлка небрежно падает на высокий лоб, брови в разлёт оттеняют алюминий глаз, острые скулы подчёркивают мужскую резкость, а тонкие губы совсем не портят общую картинку.

- Не уверена, что вам будет со мной интересно, - приподнимаю уголки рта, пытаясь изобразить вежливость.