Маргарита Климова – Полюби меня таким (страница 23)

— Что с документами по разводу? — интересуюсь текущей ситуацией. — Без моего официального статуса разведённый, цветочно-конфетный период бесполезен.

— Дарью разведут через три недели. С тобой процесс затягивается на полтора месяца. Сарины финансисты производят оценку имущества.

— Попробуй ускорить, — морщусь, опрокидывая очередную порцию спиртного. — хочу сделать Даше предложение до того, как живот подрастёт.

— Постараюсь уложиться в месяц, — потирает переносицу и закрывает глаза. Привычка Ларра со студенческой поры, когда очки всегда сидели на переносице. Переход на линзы не изменил привычку. Лар вообще мало изменился. Всегда собранный, рассудительный. В семнадцать лет он планировал каждый выход в ночную, взрослую жизнь и заранее продумывал пути отступления в случае непредвиденных проблем.

Обсудив дальнейший план по завоеванию моей строптивицы, отправляемся спать. Проворочавшись пару часов, наконец проваливаюсь в черноту. Уверенности в плане друга немного, но я готов ползать на брюхе, лишь-бы вернуть свою женщину и ребёнка.

Глава 21

Дарья

Всю неделю Машка пытается меня раскачать. Походы в кино и кафе, пробежки по бутикам и детским магазинам. Мне кажется, она радуется моей беременности больше, чем я. Тему Макса не поднимаем, как и обсуждение в каком статусе я буду рожать. Сама не могу ответить на этот вопрос. Развод запущен и через пару месяцев я буду разведёнкой с тремя детьми и будущей матерью одиночкой с четвёртым.

Сейчас я закуталась в кокон безразличия, временно отстранилась от боли, разрывающей грудь каждую ночь. Сама беременность и токсикоз ушли на второй план. О важности момента буду думать потом, когда предательство перестанет кислотой разъедать внутренности. Но несмотря на обиды, жутко скучаю по Максу. Ощущение оторванности, потери части сердца душат каждую ночь, заставляя рыдать в подушку.

К пятнице пришлось сказать нет соплям и взять узды управления жизнью в свои руки. Позвонив Георгию Марковичу, объявила, что с понедельника выхожу на работу. Судя по заиканиям, он ещё помнит летящие в него канцелярские предметы. Но противиться не стал. Попросил только предварительно зайти к нему.

В субботу вечером возвращаюсь домой. Маришку положили в родильный дом, обещая в воскресенье — понедельник горластый киндер — сюрприз. В воскресенье заезжаю к зятю провести инспекцию на готовность принять маленького Алёшу. На Андрее нет лица. Количество кофе и сигарет зашкаливает, усиливая серо-зелёный цвет кожи.

— Прекращай, Андрейка, на сигареты налегать, — журю зятя. — Уже по цвету на Шрека стал похож.

— За Маришку боюсь. Вдруг что не так пойдёт.

— Заканчивай губы закусывать, как девка на выдане, — передёргиваю плечами. — Она не в поле рожает, а в больнице.

Попив кофе и собрав сумку в роддом, возвращаюсь к себе, заехав в магазин. У подъезда вижу машину Макса и его самого с розой и конфетами в руках, подпирающим стену. Виноватые глаза по щенячье сканируют меня, пытаясь прощупать настроение.

— Привет, Даш, — неуверенно мнётся Макс, протягивая подарки и перехватывая сумку с продуктами Первый раз могу поставить Максим и неуверенно рядом. — Я могу подняться?

— Привет. Зачем? — пытаюсь сохранить хладнокровие, беря в куку розу с конфетами. — Мне некогда, Максим. Много дел.

— Поговорить хочу и сумку с помогу донести, — продолжает уговаривать, а взгляд несчастный и просящий.

— Говорить не хочу, а сумку можешь донести до квартиры, — обрываю споры, открывая подъездную дверь

В лифте Максим придвигается вплотную, склоняясь к волосам и делая глубокий вздох. Не могу отодвинуться. Ноги словно онемели, не давая сделать шаг. Всё нутро тянется к этой нежности, к этому телу.

— Я скучаю, любимая, — шепчет Макс. — Не могу без тебя. Вернись, пожалуйста. Я всё сделаю ради тебя. На коленях ползать буду. Землю жрать. Только вернись.

Отрезвляет открывшаяся дверь лифта.

— Нет Макс. Я не готова верить тебе. Уходи, — измученно выдавливая, борясь с желанием прильнуть и не отпускать.

У квартиры беру сумку, захожу в прихожую и закрываю дверь. Слёзы снова прорывают плотину и текут по щекам. Снова боль, врезающаяся в гордость. Стекаю по стенке, напоминающей нашу единственную близость в этой квартире и наблюдая за перекошенным от рыданий лицом в зеркале, напротив.

Утром картина маслом. Максим стоит в ожидании, прислонившись к дверце машины.

— Доброе утро, любимая! Подвезти?

— Доброе утро, Максим. Я на метро, — стараюсь не грубить, но ехать два часа по пробкам не входит в мои планы.

— Хорошо, — на позитиве отвечает Макс. — На метро, так на метро. Я тебя провожу.

Перехватывает мою сумку, перекидывая через плечо и молча идёт рядом. Не разговаривая добираемся до офиса. Молчание абсолютно не напрягает. Сейчас это то что нужно. Прохожу в офис и направляюсь в кабинет к директору. Максим по пятам следует за мной.

— Спасибо. Проводил. Дальше я сама, — поворачиваюсь к нему, забирая сумку.

— А я не с тобой, — усмехается он. — Я к Георгию по делам.

— Придётся подождать, — слегка срываюсь. — Сначала с Георгием я пообщаюсь, — открываю дверь и захожу к в кабинет.

— О, Дашенька, здравствуйте! Очень рад Вас видеть! — приподнимается со стула этот лизоблюд.

— Здравствуйте, Георгий Маркович! О чём Вы хотели поговорить? — без лишних расшаркиваний сажусь в кресло.

— Я, Дашенька, хотел извиниться за лёгкое недопонимание и недоразумение, — замялся мужик. — Надеюсь мы не будем выносить сор из кабинета?

— Не будем, Георгий Маркович, — уверяю его. — Надеюсь таких недопониманий больше не произойдёт?

— Нет! Что Вы Дашенька! Всё будет кристально прозрачным. Никаких недомолвок, Дашенька, — лебезит Георгий, с опаской поглядывая на дверь.

На этой ноте заканчиваем разговор, и я просачиваюсь в основной офис. Визги, вопли, обнимашки. Пока дохожу до своего стола, все щёки в помаде, а платье в чужих волосах. Таня радостно улыбается. Как же я по всем соскучилась. Коллектив подобрался добрый, весёлый, отзывчивый. Стукачей и подхалимов выжили ещё на испытательных сроках.

— Дашка! Как нам тебя не хватало! — восклицает Викуля. — Работы завались!

— Эх. Вика, Вика. Нет чтобы порадоваться возвращению бойца. А ты сразу Работы завались! — возмущается Татьяна. — А Мишка-то как обрадуется. Он как ты ушла, так всё серый ходит. Огрызается на всех.

Улыбаясь, пытаюсь налить кофе. За спиной слышу грохот, поворачиваюсь и сталкиваюсь взглядом с замороженным Мишей.

— Дашка! — кричит он, подскакивая ко мне. Хватает на руки и кружит, до боли прижимая к себе. — Даша, Дашенька! Как-же мне тебя не хватало!

В офисе повисает тишина, прерываемая покашливанием. Пиздец! Приехали! У входа стоят Георгий, растерянно топчась, и Макс сжимая кулаки и подёргивая желваками. И я такая красивая на руках у счастливого Миши под всеобщие улыбки.

— Миша! Поставь Дарью на место! — повизгивает Георгий. А я не отрываясь смотрю Максиму в глаза и ощущение как будто я ему изменила.

— Знакомьтесь. Максим Валерьевич Орлов. Новый соучредитель нашей компании. Прошу любить и жаловать, — театрально разводит руками Георгий.

Все взгляды сосредотачиваются на моём мужчине. Весь женский коллектив жеманно поправляет причёски и стреляет глазами, а мужчины расправляют плечи и выпирают грудные клетки. Макс с интересом осматривает собравшихся и с хищной улыбкой произносит:

— Добрый день, дамы, джентльмены! Очень рад влиться в ваш коллектив.

Сукин сын! Он теперь и здесь будет мне нервы трепать! Я же не устою! Я же сдамся! Макс с каждым знакомится, мужчинам жмёт руки. Девчонки порхаю вокруг, пытаясь привлечь внимание. Я скреплю зубами от ревности. Отворачиваюсь и возвращаюсь за стол, пожирая себя от злости. Максим берёт свободный стул и ставит его рядом с моим столом.

— Татьяна. Я хочу ознакомиться с балансом, отчётами и кадровой документацией, — распоряжается он.

— Хорошо, — отвечает Таня. — Куда принести документы и отправить отчёты?

— Сюда, — указывает на поверхность моего стола. — Мне вполне удобно здесь. Вы же не будете возражать, Дарья, если я немного Вас потесню?

— Нет конечно, — разворачиваюсь к нему. — Только локти не разбрасывайте.

— Да что вы, Дарья, — улыбается он. — Я буду сидеть очень скромно.

— Позёр, — шепчу тихо только для его ушей. Голубые глаза весело искрятся, обещая незабываемые рабочие будни.

До обеда на моём столе образовывается гора папок. Макс через каждые пять минут дёргает, прося разъяснить записи в отчётах. Каждый раз наклоняясь ко мне, как-бы случайно задевает то ногу, то руку. От его касаний по телу бегают мурашки и увлажняются трусики. Грудь чувствительно трётся о бельё, раздражая невозможностью раздеться. Я как наркоманка, находящаяся длительное время без дозы, мучаюсь голодной ломкой.

Он обволакивает своей заботой, заказав обед на весь офис и вынудив меня плотно поесть. На попытки Миши перетянуть моё внимание, скрипит зубами и придумывает ему пустые задания. Вечером тенью провожает на метро домой. Не пытаясь напроситься в гости, всовывает мне розу, купленную по дороге, нежно проходит по губам в коротком поцелуе и исчезает.

Борясь с жутким возбуждением, прохожу в ванную, принимаю прохладный душ и ложусь неудовлетворённая спать.

Максим

По плану Ларри я должен ненавязчиво маячить на глазах у Дарьи, проявляя лёгкую заботу и робкую влюблённость. Еле сдерживаю желание схватить и утащить домой. Держать расстояние и делать вид, что Даша, просто моя коллега слишком сложно, особенно после того, как застал её на руках у этого похотливого козла — Миши. То, что он пытается затащить её в койку видно не вооружённым взглядом. Если-бы не промыв мозгов, проведённый другом, Миша давно-бы проходил длительное лечение в ближайшей травматологии. И каждый раз, как он подходит к моей кошечке, я сжимаю кулаки и сдерживаю рык.