Маргарита Климова – Полюби меня таким (страница 14)

На удивление, слёзы быстро кончаются, в груди разливается горячая злость, даже дышать тяжело стало. Кажется, пар из горла пойдёт. Лежу и строю план мести. В фантазиях на вертел уже насадила и огонь разжигаю. На сладких криках и запахе жаренного мяса уплываю в сон.

На три дня нагружаю себя делами от рассвета до заката. Размышлять некогда. Отвлекаюсь только перекусить и ответить Максу на смс. Язык за зубами еле держу. На каждый вопрос свекрови про бедного сына, работающего круглые сутки как вол, хочется матом кричать.

Третьего мая уезжаю до обеда, сославшись на неотложные дела. По дороге покупаю две бутылки вина, закуску и сигареты. Острое желание надраться толкает, не раздеваясь на кухню и через пять минут я сижу с опустевшим бокалом и сигаретой в зубах. Уговорив пол бутылки, иду в комнату проверять шкафы на наличие вражеской одежды. Вешалки пусты, с полок исчезли даже модельные машинки. Глянув на комод, не сдерживаю мат! Этот козёл прихватил мой ноутбук и Алькин планшетник! Возвращаюсь на кухню, наливаю очередную порцию вина, набираю номер мужа и… Абонент выключен… Сука!

Как проходила пьяная ночь — не помню. Но до кровати как-то добрела и в одежде заснула.

Максим

Первого улетаю в Лос-Анджелес. Накопилось много нерешённых дел, требующих личного вмешательства. Останавливаюсь в квартире подальше от семейства. Сейчас мне требуется спокойная обстановка для изучения бумаг и принятия решения.

За Дашей установил наблюдение, поручив Дмитрию надзор. Подробный отчёт утром и вечером, и переписка по смс, сглаживают последствия острых углов на переговорах. Джон привозит подготовленные документы и советует не принимать поспешных решений, но мне похрен на советы. Я принял решение и требую сделать всё быстро и с малой кровью.

Звонит мама, просит заехать в гости. Отнекиваюсь, мотивируя большой загруженностью и нехваткой времени. Мама обижается, но не спорит. Со мной вообще не принято спорить. Бесполезное занятие, и семья это усвоила давно.

Четвёртого в пять утра прилетаю в Домодедово. Гена встречает на выходе.

— Доброе утро, Максим Валерьевич! Как долетели?

— Доброе, Ген. Долго… — тело хочет завалиться в кровать и выспаться, а душа рвётся к моей кошечке.

— Домой или за Дарьей Александровной? — слышу вопрос.

— К Дарье, — отвечаю, включая телефон. На экране мигает оповещение об смс. Открываю и охреневаю.

«За мной не приезжай. Заболела». Что могло произойти у Даши за ночь? Звоню Даше, но в трубке механическая кукла сообщает о выключенном телефоне. Набираю Диму:

— Что с Дарьей? — задаю вопрос, как только слышу звук соединения.

— Да всё хорошо с ней. Вчера днём довели до подъезда, и больше она не выходила. Ребята всю ночь у дома просидели, — опешил Димон.

Сбрасываю вызов и откидываюсь на спинку. Доезжаем за двадцать минут — помогает отсутствие пробок. Вылетаю из машины. Один из бойцов службы безопасности встречает у подъезда. Вбегаю на этаж, толкаю дверь, причём не закрытую. Квартира встречает тишиной, пустыми бутылками на кухне и полной пепельницей. Продвигаюсь вглубь, захожу в комнату и нахожу спящую красавицу в одежде и с перегаром.

Пытаюсь разбудить, но в ответ получаю слабые отмахивания и попытку перевернуться на другой бок.

— Э нет, милая. Так дело не пойдёт, — поднимаю с кровати и несу в душ. Ставлю в кабину, придерживая за талию и пускаю холодную воду. О… Как она кричит… Сирена, блядь!

— Ты охренел?! — орёт, отталкиваясь от меня.

— Трезвей, алкашка! Пойду на кухне приберусь! — закрываю дверь, оставляя сирену стекать по стенке.

Пока складываю остатки пиршества в паке и вытираю столы, Даша выбирается из ванной, замотанная в халат и злющая, как мегера.

— Кофе будешь? Или лучше рассольчика? — издеваюсь над ней.

— Ничего не хочу. Только таблетку от головы, — кривится, наливая воду и запивая нурофен.

— Головка болит? — нежно интересуюсь. — Приедем ко мне, задница заболит. Одевайся. Гена у подъезда ждёт.

— Как ты попал сюда? — спрашивает, поднимаясь со стула.

— Дверь надо закрывать! — рявкаю на неё. — Проходной двор! Заходи кто хочет!

Не дожидаясь взбучки, исчезает из кухни и через двадцать минут спускаемся в машину. По дороге заказываю еду посытнее и пожирнее. Придётся лечить похмельный синдром народными средствами: пельмени с бульоном и сметаной.

Глава 12

Дарья

Состояние — сплошная жопа. Вспоминаю, почему предпочитаю не пить. Тупая боль в голове и ноющая в желудке. От запахов выворачивает, а от громких звуков мозг сморщивается. В трясовом состоянии доезжаю до Максовой крепости. Рада, что не лезет пока с расспросами, не в состоянии шевелить языком.

Проходим сразу на кухню, где меня ждёт горячая тарелка домашних пельменей, смачно сдобренная жирной сметаной. Желудок протяжно завывает и кружится голова. Под крышкой притаились пирожки и яичница с беконом.

— Оперативненько, — выдыхаю, хватая ложку и зачерпываю бульон с пельмешкой. Вкус божественный. Как раз то что надо в моём состоянии. — Спасибо, — с благодарностью смотрю на Максима.

— На здоровье, — отвечает хмуро, подхватывая пирожок и яичницу.

Едим в тишине, посматривая друг на друга. После завтрака, Максим несёт меня в спальню, раздевает и укладывает спать.

— Спи. Я в душ и присоединюсь.

Засыпаю моментально. Не чувствую прихода Макса. Просто проваливаюсь в темноту. Просыпаюсь от жары и нехватки воздуха. Оказывается, мой кошак оплёл меня руками и ногами, и подмяв под себя сладко спит. Пытаюсь вылезти из-под него, но сил столкнуть этого бегемота не хватает.

— Макс… — пищу. — Ты меня раздавишь… Я дышу через раз… Пусти…

Разбудить получилось, только не с тем эффектом, на который рассчитывала. Вместо свободы, получаю шлепок по заднице, оказываюсь на четвереньках с членом внутри и жёсткими толчками, перемежающимися с увесистыми шлепками. Закончив экзекуцию, Максим откидывается на подушки, притягивая меня.

— Рассказывай, — коротко командует, уставившись в ожидании на меня. Можно конечно дурочку построить, но с ним вряд ли прокатит.

— Что рассказывать? Муж меня бросил. Сказал, что наигрался в семью, — пробубнила в плечо, ели сдержав всплеск гнева.

— И ты решила с горя нажраться? Так сильно муж нужен? — зло сжимает, оставляя синяки.

— Не нужен! И не с горя! — пытаюсь оправдаться и успокоить ревнивца. — Дура, вот и пила. Столько лет поддерживала подобие семьи ради детей, а эта мразь в душу плюнула. Я ведь знала, что он гуляет, но никогда не закатывала скандалов. Один только раз сказала, что не позволю себя этой грязи касаться и перестала к себе подпускать. Научилась жить с этим, лишь бы не расстраивать родственников. Теперь не знаю, как до них донести информацию, чтоб избежать конфликтов и нравоучений.

— Не надо их избегать и выдумывать ничего не надо. Это он ушёл и ему это расхлёбывать, — целует в висок, обхватывая двумя руками и перекладывая на себя. — И раз ты теперь свободная, остаёшься до следующих выходных у меня.

— Хорошо. Только придётся за вещами съездить, — соглашаюсь, укладывая голову на грудь.

— Зачем? Сегодня они тебе не нужны, а завтра по магазинам пройдёмся.

Спорить не стала, бесполезное это дело. С Максимом проще согласиться. Весь день, как два ленивых колобка, перекатываемся из спальни на кухню и обратно. Еда, секс, сон — все сегодняшние развлечения. К вечеру сил не осталось ни для чего. Хочется раскинуться как звезда и пялиться в потолок. Так и лежу, выйдя из душа, пока маньячина в очередной раз с рыком моя! решает утвердиться.

Утром просыпаюсь в коконе рук и ног. Как же можно так спать? Ощущаю себя стволом, оплетённым мартышкой. Хотя Макс на мартышку совсем не тянет. Как минимум горилла. Пока выползаю из плена, стаскиваю с него одеяло.

Утренний стояк лежит на животе, притягивая взгляд и пошлые мысли. Поддаюсь им, спускаясь ниже, и прохожусь языком по всей длине ствола. От моих прикосновений, член дёргается, наливаясь кровью ещё сильнее. Как завороженная, облизываю головку и засасывая в рот.

— Чёрт… Да, милая… Так… — стонет Макс, зарываясь рукой в волосы. — Глубже соси… Чёрт… Глубже…

Он позволяет какое-то время самой выбирать темп и глубину, но через пару минут замашки доминанта берут своё. Бёдра начинают приподниматься, проталкивая член чаще и глубже, задерживаясь в гортани. Тишину спальни разрывают мат, стоны и хлюпающие звуки. Закрываю глаза, позволяя полностью руководить процессом. С очередным глубоким рывком горло орошает семенная жидкость. Глотаю, вылизывая член и наблюдая за волнами удовольствия на лице партнёра. Пока он приходит в себя, скатываюсь с кровати и несусь в ванную. Закрываю дверь. Хочу спокойно привести себя в порядок.

Минут через двадцать выхожу свежая, благоухающая, счастливая. Готова горы свернуть, только поесть сначала надо. Нахожу Макса на кухне, разливающего кофе.

— Иди в ванную, — обнимаю со спины, оставляя лёгкий поцелуй между лопатками. — Я пока завтрак приготовлю.

Оставшись одна, достаю яйца, помидоры и сыр. Увидев на столе стакан с соком хватаю промочить горло. Не донеся до рта, обращаю внимание на две таблетки, лежащие рядом.

— Чёрт! Таблетки! — выдавливаю из себя. В груди скрутило от боли, в глазах запрыгали тёмные точки, затягивая в темноту.

Максим

Сняв домашние штаны и занеся одну ногу в душевую кабину, слышу звон разбитого стекла. Открыв дверь, кричу Дарье, но в ответ тишина. Бегу на кухню и замираю в проёме. Посреди разлитого сока и осколков лежит Дарья бледная и без сознания. Я растерялся, забыл, что надо делать в таких ситуациях. В груди огнём разгорается боль. В голове ударом бьёт мысль, что я опять что-то натворил, не сдержал свою похоть, был груб.