Маргарита Климова – Клуб «tenebris» (страница 11)
- Я немного не в форме, Марк, - пробубнил в трубку, представляя себя под горячими струями воды после прогулки Даниша. – Тяжёлый день. Устал.
- Ты что, друг? Не проводишь меня в новую жизнь? Не выпьешь за моё счастливое будущее? Не помацаешь готовых на всё девочек? – осуждающе прокричал Марк, а затем шёпотом добавил: - Витёк привёз потрясающих шлюх. Все, как на подбор, модели с огромными буферами.
- Ну раз потрясающие, да ещё с огромными буферами, то я в деле. Только пса выгуляю.
Даниш радостно поскуливал, прыгал на трёх лапах, выпячивал глаза и рвался на улицу справить нужду. Он, бедняжка, даже не обратил внимание на мешок корма, стоящий у двери. Вместо этого подпрыгивал, пытаясь содрать поводок с полки и ускорить сборы на улицу.
- Прости, малыш, но долго погулять не удастся, - виновато потрепал его за ухом и надел ошейник. – Меня ждут мужики и доступные девочки.
Даниш довольствовался получасовым лазанием по кустам и газонам, а я представлял на своих коленях хорошенькую профессионалку. Честно надеялся переломить ненормальную тягу и вернуться встрой уравновешенных мужиков, управляющих мозгами и яйцами.
В VIP зал вошёл под громкие крики, свисты и протянутый штрафной стакан водки, который сразу вдарил по мозгам, пробежавшись по кишкам обжигающей струёй. Парни были уже на рогах, шлюхи действительно хороши, а за занавеской, отделяющей мини-бар, раздавались вполне понятные, чавкающие звуки. У Витька всегда был отменный вкус в выборе девиц для оргий, а у мужиков слабый передок, с ходу соблазняющийся на их формы.
- А это наш сбежавший и опоздавший Глеб, - отсалютовал бокалом Марк, стараясь собрать разбегающиеся глаза в кучу. – Уделите ему повышенное внимание, девочки.
И девочки уделили. Толкнули меня на диван, сели с двух сторон, а третья расположилась на коленях, елозя крепкой задницей по моему паху, ещё не осознавшему своё счастье. Его сегодня ждало много секса. Много жёсткого! животного! безграничного! траха!
- Да, девчонки. Вам сегодня придётся очень сильно постараться, чтобы утолить мой многомесячный, зверский голод, - обнял девок двумя руками и притянул их к себе ближе, впиваясь рыжей в губы, а брюнетке подставляя шею для ласк.
А дальше произошло то, чего никогда не случалось. То ли палёная водка, хотя для такого заведения это исключено, то ли накопившаяся усталость за всё это время, то ли предвкушающее ожидание, переросшее в ленивую апатию. Вот бывает так – безумно хочешь спать, боишься моргнуть и исчезнуть для окружающих на время, рулишь домой, вяло крутя баранку, уговариваешь себя чуть-чуть продержаться, а потом приезжаешь, запрыгиваешь в кровать, а сна не в одном глазу, и ворочаешься полночи, приманивая сон и с раздражением вспоминая недавнее состояние.
Сейчас всё происходило по тому же принципу. Ласки девочек вместо возбуждения приносили только отвращение, от поцелуев накатывала тошнота, а младший Глебушка предательски молчал, безжизненно свернувшись в штанах. Вот тварь. Самый родной, самый близкий с рождения, всю жизнь такой отзывчивый к ласкам, а тут… Коварно предал в самый ответственный момент, хотя ещё пару-тройку часов безотказно стоял топором и просился к Лере, точнее в неё.
Лера – ведьма. Стоило подумать о ней, и член сразу дёрнулся и потянулся в сторону выхода, но как только моя лапа накрыла и сжала ягодицу наездницы, болезненно опал. Нерадостные выводы вертелись в голове, отвечая на все предыдущие вопросы. Если бы я был оборотнем, то Валерия, скорее всего, являлась бы моей парой, единственной самочкой в мире, но я не оборотень. Оборотней, вообще, не бывает.
Что за хрень происходит со мной? Я этого не просил и не хотел. Мне не нужна какая-то тяга, особенно к той, которая представляет интересы второй стороны конфликта. Бракоразводные процессы и так слишком грязные, сотканные из лжи, жестокости, выворота всей подноготной, а здесь ещё сложности с неконтролируемыми слюноотделением и стояком. Так и представлял, как я, во время заседания поправляю опухшую дубину в штанах и, с невозмутимым лицом, давлю на чувства судье.
Остаток вечера был скучен до тошноты. Лапать девок я отказался, так как без толку, накачиваться спиртным – всё равно, что оплакивать свою несостоятельность, а разговоры с обожравшимися парнями не клеились. Через пару часов я всё-таки махнул всем рукой, вызвал такси и вернулся домой, туда, где преданный, всегда ждущий пёс, туда, где можно вспомнить жаркий эпизод у двери в Лериной квартире и подрочить. Да да. Именно так я собирался закончить сложный день, насыщенный приятными ощущениями и плачевными выводами.
Глава 15
Две недели я не видела и не сталкивалась с Глебом, и, как не странно, мои мозги прояснялись. Мысли становились чище, память чётче. Я даже вспомнила, где первый раз услышала фразу «Молодец. Хорошая куколка». В ту ночь, в клубе «Tenebris», когда моё тело отдалось неизвестному любовнику. Вечерами вскрывала ячейки памяти, воскресая встречу с незнакомцем в маске, пыталась подставить на его место Казарцева, но сил моего развитого воображения не хватало.
Хоть Глеб и открылся для меня в более человечном свете, но его надменность и высокомерие совсем не вязались с чёрной маской и откровенным, горячим сексом. С галстуком на перевес через плечо, в полной тишине – это да, это про Глеба, а накрывающий меня обнажённым телом, рычащий от мощного трения, кончающий яростно, вгрызаясь зубами в моё плечо – это не про него, не про Казарцева.
Даже все его похотливые вспышки происходили с каким-то отстранением, как будто под стеклянным колпаком, сдерживаемые толстыми стенками. Трахнул, застегнул ширинку и смылся. Никакой романтики, страсти и нежности, никакого проявления чувств. Как у животных – потёрся, кончил и в кусты, досыпать, или доедать, смотря от чего отвлёкся.
Скорее всего, многих мальчиков в пубертатном периоде старшие товарище учат фразкам на подобие «Молодец. Хорошая куколка», или «Вылежи его до конца», или «Кончи для меня, детка». Таких слов сотни, и все они служат для разгона крови и раззадоривание возбуждения. Для придания животной пикантности.
Не удивительно, что мальчик Глебушка впитал в себя несколько вздорных словечек, как и большинство других. Однако, странно было слышать их от безэмоционального робота, выполнившего минуту назад механические действия. Чем больше я думала о рискованных выкрутасах в жизни, тем сильнее радовалась отсутствию встреч с Казарцевым.
Правда, у меня и без него были очень насыщены дни. Взятый на воспитание котёнок, оказался не только лысый и страшный, но ещё и порядочный говнюк. Несмотря на четыре лотка с различным наполнителем, расставленные по всей квартире, этот гадёныш справлял нужду во всех углах, а в местах, приспособленных под это грязное дело, спал, свернувшись в калачик в течении дня.
Но ночью лысый нахал спал только со мной, нагло разоряясь на весь дом, если я не откину вовремя одеяло и не пущу королевскую особу под бочок, в который он с удовольствием втыкал когти, урча от удовольствия. Со сном в обнимку с котом пришлось смириться, а с хулиганством сживаться не собиралась, боролась изо всех сил.
Ничто не помогало справится с напастью. Спреи, антигадины, русская раздача пиздюлей тапками и макание мордой. Этот мразёныш просто менял место дислокации, скрывая грязные делишки под диваном, кроватью, между холодильником и стеной. Последней каплей стала попытка спрятать «добро» в моей сумочке. Выражение его морды в момент моего появления сложно описать словами, но эти огромные, стеклянные глаза ещё долго стояли перед глазами.
Лысый гад отправился в путешествие к мусоропроводу вместе с сумочкой, обошедшейся мне год назад в очень неприличную сумму. Я стойко слушала истеричную серенаду с лестницы, разбавленную раздражёнными хлопками соседских дверей, полночи, но судя по повышающейся тональности, забрать столь прекрасный образец кошачьей особи никто не спешил.
После утомительных нескольких часов, моё сердце оттаяло, а сумочка уже не казалась такой важной и дорогой. Говнястый террорист был допущен до квартиры, а следом и до кровати. Бедняжка всю ночь икал, трясся и жался ко мне, а утром с виноватым видом прошёл мимо дивана и сходил в лоток, после чего, долго, тщательно и с гордым видом закапывал следы жизнедеятельности.
С этого дня мои сумки и обувь оказались в безопасности, а моя душа и сила воли нет. В одиннадцать часов меня ждало очередное заседание по делу Клоди, а значит встреча с Глебом была неминуема. Позволить себе плохо выглядеть я не могла, поэтому сборы заняли много времени. К зданию суда пришлось добираться на метро и выстукивать быстрым шагом по плиткам. Да, да. Всё по тем же чёртовым плиткам, которые непригодны для шпилек и торопливой ходьбы.
В зал влетела снова взмыленная, с выбившимися прядями из объёмного пучка, скорее всего, с расплавленной тушью после тридцатиградусной жары под глазами, и тягучем томлением между ног. Возбуждение и желание получить очередную порцию грязного секса оказались сильнее меня, в очередной раз подтвердив истину - «слаба на передок».
Ну а Казарцев был как всегда хорош. Костюм с иголочки, причёска, как после салона, гладковыбритое лицо, сладкий аромат L’Homme Ideal и высокомерная холодность в глазах. Кажется, он совсем не страдал от отсутствия наших встреч, скорее всего, ему вообще было всё равно. Конечно. Таких как я, у него скорее всего несколько десятков, что подпитывает только его уверенность и надменность.