Маргарита Климова – Бестселлер на троих (страница 4)
— Марат, — дёргает подбородком Артём, указывая на объект возле Нади. — Университетский друг. Он и вытащил сюда.
— Надежда, — смеюсь от абсурдного диалога, совсем не похожего на мои придыхательные речи в книгах. — Подруга детства. Благодаря ей я здесь.
Надюша уже забыла о страданиях по Егору и переключилась на красавчика Марата, отсвечивающего белозубой улыбкой. Вот так и по жизни. Поплачет после неудачного свидания, утопит горе в вине, а утром с лёгкостью порхает, улыбаясь следующему претенденту на отзывчивое сердце блондинки.
Ничего не говоря, плыву в сторону берега и чувствую, что Артём следует за мной. Стараюсь, как можно незаметнее, проскользнуть мимо занятой подруги и походкой от бедра выхожу из воды. Не рассчитываю на какое-либо продолжение, но… Я ведь девочка, и у меня в крови продемонстрировать себя с лучшей стороны.
Оборачиваюсь и вижу, что попала в цель. Артём замирает, ведёт пульсирующей похотью по линии бедра, по выпуклости груди, упирается в глаза и кривит уголки губ в мимолётной ухмылке. Поворачивается боком, напрягает живот, демонстрируя не очень резкий рельеф мышц вполне подтянутого тела. Сразу вспоминается знаменитая фраза: «мальчики, такие мальчики», точно раскрывающая повадки мужского пола.
— Водичка потрясающая, — вылетает Надя, бурно делясь с окружающими восторгом. — Марат приглашает нас вечером к их костру. Я обещала, что мы придём.
По касательной прохожусь по Марату и вижу те же всполохи похоти, что и у Артёма, только направлены они не на Надюшу, а на меня.
Глава 5
Забыл, насколько приятно взвалить на себя физический труд. Нарубить дрова, отфильтровать воду, помочь залить котлы. Постепенно знакомлюсь с соседями, в основной массе которых женщины, и с сожалением понимаю, что в лежачей плоскости они меня не привлекают. Замечаю игривые взгляды, намекающие на продолжение, но сталкиваюсь с внутренним стопором, отвергающим все фривольные мысли.
Стойкое понимание, что не моё. Видно, за десять лет брака тело привыкло к постоянству и отказывается реагировать на девичью близость. Смешно. Свободен, обманут, ветвистые рога подпирают небо, а верность как будто прибита гвоздями.
— Не перетрудись, Тём, — отвешивает хлопок по спине Марат, отрывая от разделки мяса на плов. — Пойдём, искупнёмся.
Следую за его взглядом и натыкаюсь на двух девчонок, идущих к озеру. Тёмненькая со спины не отличается чем-то примечательным, а вот блондинка взрывает стандарты своими формами. Настолько чёткие линии песочных часов, что руки чешутся схватить карандаш и разложить совершенство строками на лист бумаги.
В этом плане я всегда был нездоров, что поначалу нравилось жене, а потом переросло в раздражение. Ксю была права. Мне не важно, где писать свербящие слова, а валяющиеся везде ручки и карандаши позволяли накладывать мысли на обои и попадающиеся под руку документы.
— Твоя задача отвлечь подругу в синем купальнике, — заговорщическим голосом торопливо бубнит Марат, похотливо пожирая глазами слишком округлые бёдра нимфы в розовом. — А я пока обработаю пышечку. Сегодня ночью она будет стонать подо мной.
Усмехаюсь от его самоуверенности, с раздражением, шумно втягивая хвойный кислород ноздрями. Не в восторге от попыток друга насильно втянуть меня в знакомство, но всё равно иду к озеру, чтобы как-то уменьшить его давление. Пусть займётся окучиванием девчонки и отстанет от меня, перенеся свою активность на охоту.
Невольно засматриваюсь, как плавно шатенка рассекает воду, и следом блондинка врезается в гладь, визжа и поднимая брызги. Импульсивность красотки зашкаливает, вызывая желание улыбнуться. Марат сбоку старательно пыхтит, стягивая майку и шорты. Предвкушение прямо прёт из него, заряжая нетерпением воздух.
— Не тормози, Тёма, — толкает в плечо Башар. — Остынут же.
— И что я скажу? — теряюсь от приближающегося знакомства.
Никогда не подкатывал к девушкам, даже будучи юнцом. Чувствовал себя слишком неуверенно, стеснялся первым заговорить. Если бы Ксюха не подошла первой и не проявила инициативу, я бы до сих пор ходил холостым.
— Восхитись красотой природы, представься, поинтересуйся, нравится ли ей здесь, — наставляет товарищ, следя за блондинкой, как хищник за будущим обедом. — Потом можешь стихи прочесть, что-нибудь о любви. Девочки любят такое.
Мнусь, собираюсь с духом, не спеша бросаться грудью на амбразуру. Грудь-то выдержит, а самооценка рухнет ещё ниже, стоит шатенке вежливо послать меня.
— Может, обойдёшься без меня? Уверен, ты справишься сам. Даже с двумя, — тяну наверх футболку, замирая и с надеждой смотря на Башарова.
— Нет, мой друг, — отсвечивает отбеленными зубами. — На тройничок тёмненькая не согласится, даже если влить в неё бутылку водки. По ней же видно, что она сторонница миссионерской позы, и обязательно под одеялом.
— Озабоченное ты животное, — отвешиваю «комплемент» и раздражённо избавляюсь от одежды.
Подхожу к кромке воды, глубоко вдыхаю, считая до десяти. Помогло? Ни капельки. Волнение накатывает, затапливая по темечко. Хочется и пить, и почесаться, и свалить в туалет. Это как у кабинета стоматолога. Вроде, плановый осмотр, а сердце прыгает с такой силой, что умудряется пройти весь круг от паха до глотки.
— Смелее, Артёмка. Смелее, — подталкивает вперёд Марат, пресекая возможность сбежать.
Беру прямой курс к зависшей звездой русалке, повторяя про себя последовательность вопросов. За пару метров начинает придумано сводить ноги, першить в горле, рябить в глазах. Умиротворённость на лице девушки совсем не успокаивает, а наоборот, добавляет паники.
— Красиво здесь, правда? — выдавливаю с хрипотцой, мечтая развернуться и дать дёру, — Артём, — добавляю, чувствуя себе полным дебилом.
— Правда, — переворачивается, открывая глаза, в которых можно утонуть. Молочный шоколад с вкраплениями солнечного янтаря. За такую тёплую бездонность разжигались войны. — Анита.
Анита… Последнее, что усваиваю из её уст. В голове поют скрипки, в ушах разливается перезвон, в груди гулко долбят барабаны. Она что-то говорит, я киваю и отвечаю, ведя руками под водой и двигаясь ближе к ней.
Вижу, что девушка берёт направление к берегу, послушно, словно на верёвочке, плыву за ней, не замечая, как Марат рисуется, заманивая блондинку в сеть. Я весь отдаюсь импульсу, притягивающему к янтарю в шоколаде.
Заворожённо слежу за плавной амплитудой бёдер, за выверенными движениями плеч, за мягким колыханием груди, и… Делаю стойку, напрягая пресс, демонстрируя себя со всех сторон. Поведение юнца, переполненного тестостероном, что так несвойственно для меня. Плевать. Был бы павлиний хвост, распустил бы и его.
— Водичка потрясающая, — врезается в процесс молчаливого флирта задорный крик блондинки, — Марат приглашает нас вечером к их костру. Я обещала, что мы придём.
В нетерпении жду ответа Аниты, впитывая эмоции на красивом лице. Она улыбается, кивает в согласии и как-то застывает, переведя взгляд на Марата. Поворачиваю голову в сторону друга и подвисаю в непонимание. Весь его интерес к Надежде, совсем недавно пульсирующий желанием, моментально перекинулся на девушку, которая понравилась мне.
Вспоминаю университетские годы и то, как Башар без зазрения совести отбивал девчонок у парней. Достаточно было ему захотеть, и он открывал изощрённую охоту. Никто не мог устоять против него, поддаваясь на речи, пропитанные медовым ядом.
— Увидимся вечером, — хватаю одежду и подталкиваю друга к лагерю, вкладывая злость и силу. Не вежливо, но сейчас мне всё равно.
— Охренел? — выворачивается он, останавливаясь и складывая руки на груди. — Чего на тебя нашло?
— Не смей лезть к Аните, — цежу сквозь зубы. — Она моя.
Глава 6
Радует, что вокруг много привлекательных и не очень девиц, балующихся пером. Если отсеять всех дам старше сорока, разделить оставшихся на каждого мужика, то получается неплохой выбор, и не один. Глаза разбегаются, внутренний кобель рвётся в бой, реагируя на формы, скрытые тонкими сарафанами и купальниками.
Замечаю, что моя пампушка нацепила розовые клочки тряпки и идёт с подружкой плескаться в озере. Спешно организовываю Тёмку, натравляя на тёмненькую девчонку, а сам гребу к фигуристой нимфе, к сисястой мечте любого мужика, навесив на лицо обезоруживающую улыбку.
Столько часов провёл перед зеркалом, доводя её до автомата. Столько денег оставил в кабинете стоматолога. Всё только ради того, чтобы сходу сносить с ног тёлочек. Ни одна ещё не ушла, стоит поиграть ямочками на щеках. Природный магнетизм, хороший парикмахер, спортзал, каждодневная работа над собой, и такой красавчик на расхват.
Ещё не открыв рот, не заведя медовые речи, сразу вижу неподдельный интерес в глазах блондинки. Лесть про русалку и внеземную красоту разжигает интерес ещё сильнее. Через две минуты уже знаю, что девушку зовут Надежда, что работает она в типографии, а сюда приехала с подругой-писательницей, потерявшей вдохновение после развода. Так банально и так знакомо.
Порезвившись и настроившись на одну волну, возвращаемся на берег. Иду сзади и бесстыже пялюсь на мясистую попу. Она крепкая, большая, перекатывается при каждом шаге. Самый кайф — не обвисшие, но мягкие булочки. Представляю, как вминаюсь в них пальцами, раздвигаю, сжимаю, притягиваю к себе… Пока в поле зрения не попадает подруга пампушечки, вытирающая полотенцем длинные волосы.