Маргарита Гришаева – Высшая правовая магическая академия. Работа под прикрытием (страница 4)

– Я отвезу тебя на море, – пообещал мне Бриар, приподнимая лицо за подбородок и аккуратно вытирая слезы с моих щек. – Правда, под толщей воды далеко не так спокойно. Я же рассказывал тебе про Кэола и его зверушку?

– Ты все выдумал, – всхлипнула я ему практически в губы.

– Я никогда не вру, – обдал он горячим дыханием мои в ответ.

– Ты профессионально недоговариваешь, – успела фыркнуть я, прежде чем меня заставили замолчать нежным поцелуем, прожигая теплом до самого сердца, слегка покрывшегося инеем.

– Успокоилась? – спросил мужчина, наконец отпуская из чувственного плена. Тихо вздохнув, я кивнула и пристроила гудящую голову ему на плечо. Нет, конечно, печаль и горечь еще не ушли совсем. Но ощущение чужой поддержки сделало их немного легче, позволяя мне дышать. Уткнувшись носом Дамиану в шею и глубоко вдыхая пряный аромат, я чувствовала, как обволакивают спокойствие и умиротворение, и вновь потянуло в сон. Прикрыв глаза, я растворилась в ощущениях горячих пальцев, медленно перебирающих пряди на затылке.

– Спасибо, – прошептала я еле слышно, не став объяснять, за что благодарю.

– Не за что, – гулко отозвался мужчина, не спеша отпускать меня. Какое-то время мы так и сидели, греясь в объятиях друг друга, и лишь шум потрескивающих поленьев в камине нарушал тишину комнаты.

– Касс, – наконец тихо позвал меня Бриар.

– Хм?

– Не засыпай пока. Я принес тебе кое-что.

Новость заставила меня проснуться. Открыв глаза, я отстранилась немного, чтобы заглянуть ему в лицо.

– Что?

Ловкое движение рукой (если бы не взметнувшиеся потоки магии, я бы и не поняла, что он снова открывал портал), и вот он уже протягивает мне что-то прямоугольное, завернутое в бумагу.

– Что это? – недоуменно посмотрела на него, принимая подарок.

– Разверни, – хитро улыбнулся он.

Заинтересовавшись, я неловко сползла с его коленей (только теперь осознав, насколько это было неуместно) и, устроившись рядом, разорвала упаковочную бумагу. И с восхищенным удивлением уставилась на предмет в моих руках. Плотный темный переплет из шуршащей кожи, запах бумаги и свежей печати, золотое тиснение, поблескивающее в слабом свете камина, и все это великолепие завершал витиеватый шрифт названия – «Легенды Изначального Мира». Я подняла растерянный взгляд на Бриара:

– Зачем?

– Просто так, – пожал он плечами в ответ. – Я купил ее тогда сразу после нашей прогулки. Хотел отдать раньше, да все времени не находилось.

Снова пройдясь рукой по неожиданно теплой обложке, чувствуя пальцами каждую букву названия, я размышляла, как же поступить.

– Я не могу ее взять, – наконец вздохнула я, протягивая книгу обратно.

– Почему? – чуть нахмурившись, спросил мужчина, рассматривая меня и даже не пытаясь забрать подарок.

– Слишком дорого. Я не смогу дать ничего равного взамен.

– И не нужно, – заметил он. – Это же подарок – он ни к чему тебя не обязывает. И если уж судить о ценности, этот вечер с тобой для меня куда дороже. А если ты еще и искренне улыбнешься, то я и вовсе еще останусь тебе должен, – попытался он пошутить.

Если бы это было что-то другое, я бы отказалась. Но это была великолепная книга, и Бриар явно догадывался, что это искушение мне не перебороть.

– Спасибо, – выдохнула искренне и прижала к себе кажущийся теплым томик. И да, тепло улыбнулась мужчине.

– Ну вот, я все-таки стал твоим должником, – усмехнулся он мне и, потянувшись, приобнял за талию. – Давай еще немного просто посидим вместе?

Правильно было бы поблагодарить его за вечер, подняться на ноги и попросить оставить меня, отговорившись усталостью… Но Хран был прав: никогда я не была особенно правильной. Молча кивнув, я позволила вновь притянуть себя на колени мужчины и сама уложила голову на чужое плечо. Потому что я действительно очень устала, а рядом с ним мне почему-то становилось немножечко легче. Поэтому, оправдав про себя свое поведение неудачным смешением успокоительного с алкоголем, я пообещала с завтрашнего дня больше не позволять нам так сближаться. А пока можно и погреться в его руках. Дремота вновь довольно быстро накатила на меня, да и размеренный стук сердца под ухом был ничуть не хуже колыбельной, поэтому внезапный вопрос мужчины даже не сразу всполошил меня.

– Касс, – позвал он едва слышно, словно не хотел разбудить, – что за кошмары тебя мучают? Кого ты так боишься? Кто может тебя забрать?

Слова с трудом достигали сонного сознания, но, сложившись во фразы, они заставили сон отступить, забирая вместе с собой и остатки тепла. Я выпрямилась, попытавшись отстраниться, но меня мягко придержали, не давая этого сделать.

– Просто кошмары, – дернула я плечом, отворачиваясь, чтобы не видеть его внимательного взгляда. – Какие-то неясные образы.

– Тебе снится прошлое? Воспоминания?

– Это просто плохие сны, – ответила я твердо. – Согласись, у меня есть причины их видеть. Я практически не помню их содержания по утрам, так что мне нечего тебе сказать. – И, дернувшись решительнее, все же выбралась из его объятий и встала. – Спасибо за вечер, но я устала и хочу спать.

– Ты опять прячешься и убегаешь, – глухо заметил мужчина, поднимаясь следом. – Прости, если я пробудил плохие воспоминания. Но я всего лишь хотел узнать, чего ты боишься…

– Того же, чего боятся все люди, – ответила я ему, потерявшись взглядом в пламени камина. – Я боюсь смерти…

Своей и своих близких… И не могу с уверенностью утверждать, какой страх сильнее.

– Я не хочу говорить о своем прошлом, – встряхнув головой, решительно обернулась к нему. – Эти воспоминания слишком расплывчаты и тяжелы для меня.

– Хорошо. Пока оставим все так, – добавил он, и я лишь чуть поморщилась, понимая, что по-другому он просто не смог бы. – Я понимаю, что ты пока не готова открыться. Значит, буду ждать, когда ты начнешь доверять мне.

– Спасибо.

– Как же с тобой сложно, – вновь притянув меня в теплые объятия, с тяжелым вздохом заметили над ухом.

– Даже не представляешь насколько, – горько усмехнулась ему в плечо.

Пару минут в этой уютной тишине я пыталась привести в порядок мысли и подозрения в своей голове. Похоже, события последних дней подстегнули все мои старые страхи. Неудивительно: все предпосылки для этого были. Это еще довольно слабая истерика была, но не хотелось бы повторения. Остается надеяться, что без ночных прогулок я начну высыпаться и состояние организма хоть немного улучшится. У меня впервые появился шанс разузнать что-то важное по делу родителей – я не могу позволить эмоциям взять надо мной верх и мешать мне думать. Сегодня должен быть последний вечер подобной слабости. И пожалуй, его давно пора заканчивать…

– Я правда хотела бы уже лечь спать, – заметила тихо в мужское плечо, впрочем, в этот раз не пытаясь вырваться. Бриар отпустил меня сам, отступая.

– Хорошо, – погладив по щеке, заправил он мне за ухо выпавшую прядь волос. – Ты права, тебе следует выспаться перед первым рабочим днем…

– Каким рабочим днем? – слегка опешила я. Завтра ведь еще выходной, последний из оставшихся.

– Штрафные работы, Касс, – с улыбкой напомнил мне магистр. – Как проснешься, жду тебя в своем кабинете.

– Хорошо, – покаянно кивнула я. В конце концов, наказание я и правда заслужила, да еще и легко отделалась. И кроме того, работа в управлении – это возможность узнать больше подробностей по делу, так что… остается только порадоваться, что мне назначили именно такую отработку.

– А теперь, раз все ценные указания выданы, я оставляю тебя отдыхать. – Легкое прикосновение к губам. – До завтра.

Как-то быстро и весьма ловко магистр смахнул в портал все пустые тарелки со стола и только после этого исчез и сам. И, еще немного посмотрев на пустующее место у стола, я решительно убрала с пола покрывало, чуть притушила камин и ушла в спальню, где уже давно дремал покинувший нас в какой-то момент вечера хранитель. А после, завернувшись в плотное одеяло, помолилась всем Богам Безмирья, чтобы в эту ночь мне удалось поспать без кошмаров.

– Просыпайся, малолетняя алкоголичка, – было первым, что я услышала утром, которое, как известно, добрым быть не может.

– Я не малолетняя, – пробормотала я, зарываясь носом в подушку.

– А против алкоголички ты не возражаешь?

– Возражаю, – пробурчала я, не желая вставать.

– Ну не знаю, – насмешливо потянул кот, – вино ты вчера хлестала будь здоров.

– Так остановил бы, – заметила недовольно, вылезая из-под одеяла – кошак все равно теперь не отстанет и не даст уплыть в объятия сновидений.

– Это как? С громким мявом выбил бы у тебя из руки бокал лапой? Это уже какая-то драматическая постановка.

Я хмуро посмотрела на Храна, понимая, что весь разговор затевался, чтобы разбудить меня.

– Как самочувствие? Голова не болит?

– Нет, – буркнула, одеваясь.

– А вчерашний вечер помнишь? – оскалившись, спросил кошак.

– Помню. И позавчерашний тоже не забылся.

– Прекрасно. И какие выводы ты сделала?

– Что не стоит мешать алкоголь с лекарствами, – поморщилась я, понимая, что вела вчера себя куда свободнее, чем следовало. Одно радовало – ничего лишнего сболтнуть не успела. Правда, здесь я уже успела проколоться во время кошмара, от страха рассказав явно больше, чем следовало.

– Отлично, тогда давай собирайся. Нам еще на отработку идти. Одну я тебя что-то опасаюсь отпускать, – спрыгнул он с кровати и направился к двери.