Маргарита Гришаева – Высшая правовая магическая академия. Ловушка для высшего лорда (страница 5)

Объятия стали крепче.

– Я скучаю. Насколько же мне тебя не хватает… Хотя бы знать, что ты рядом, я могу прийти в любой момент, и ты не прогонишь. Хочется вновь ловить в твоих глазах отблески радости, но никак не страха.

– Мне жаль, что так получилось, – искренне призналась я, не решившись сказать главного – что тоже скучаю.

– Объясни мне, что не так?

– Не могу, – вздохнула в ответ и, отвернувшись от манящей меня стихии, обняла его, уткнувшись носом в грудь.

– Почему ты так испугалась моего имени? – продолжал допытываться он. – Или это из-за отца? Что он наговорил тебе?

Я подняла руку и накрыла ладонью его губы, прерывая гневную тираду:

– Это все неважно. Давай просто постоим. Не будем вспоминать, что было, что будет, почему все получилось так. У нас нет прошлого и не может быть будущего. Но сейчас мне тепло и спокойно в твоих объятиях – это все, что имеет значение.

– У нас может быть будущее – достаточно просто рассказать мне, что тебя беспокоит. Я верю, что могу решить твои проблемы, – ловил он мой взгляд.

Он искал истину в моих глазах, а я – уголок спокойствия в бушующем океане. Сейчас мы ничем не могли помочь друг другу.

Опустив взгляд, я отступила, освобождаясь от теплых объятий и позволяя холоду снова сковать все мое существо, а ветру – вынести из головы бессмысленные надежды. Еще один шаг – и стужа пробирается к самому сердцу.

– Настолько боишься сказать мне правду? – с горечью вопросил он.

– Да… – И, откинув голову, я сделала последний шаг навстречу ветру и воде…

…и резко открыла глаза, вскакивая на постели.

– Что? – повернул ко мне сонную морду Хран.

– Приснилось что-то, – пробормотала я, откидываясь на подушки.

– Что? – лениво поинтересовался кот, сворачиваясь в мохнатый клубок.

– Не помню, – призналась я, тоже сворачиваясь под одеялом. – Кажется, было шумно и ветрено. А еще я падала.

– Спи, вставать скоро, – пробурчал он.

И я снова погрузилась в сонную негу.

Утром, пока я судорожно носилась по комнате, пытаясь собраться, кот допытывался, что же мне снилось. Учитывая, что в памяти не осталось ничего, допрос был странным. Что за переполох? Падала во сне, подумаешь. Не кошмары, и то радость.

Учеба вошла в привычный ритм. Я ходила на лекции, отвечала на семинарах и больше не ожидала записок с сообщением об убийстве – в общем, вела нормальную студенческую жизнь, как полгода назад. Даже запланированный ночной поход вписывался в привычный режим.

Сегодня мне предстоял первый рабочий день в лечебнице, и это было немного нервозно. Понятно, что до операций меня не допустят, но мне придется столкнуться с живыми пациентами, а опыта такой работы у меня маловато. С мертвыми привычнее.

И еще пугала мысль, что я и правда собралась подставиться. Нарисовать на спине мишень и практически заявить высшему – я получила твою библиотеку, так приди и забери ее обратно. Иногда и правда казалось, что я сошла с ума, раз решилась на это. С другой стороны – какие еще варианты у меня есть? Тихо ждать, когда однажды ночью группа наемников с татуировками появится на пороге моего дома, и надеяться, что этого никогда не случится? Боюсь, что смерть от страха в ожидании этого окажется мучительнее, чем встреча с высшим лицом к лицу. Нет, я больше не хочу трусить, я хочу быть сильной и решительной ради тех, кто умер, чтобы я жила. А значит, я перестану играть по его правилам и начну свою игру.

К вечеру я все же пришла в себя и спокойно собиралась, пока хранитель нервно зудел над ухом.

– Почему тебя вообще взяли? – внезапно задался он вопросом. – Без документов, без свидетельства об образовании?

– Хран, это бесплатная лечебница! – напомнила ему. – Причем расположенная в простом районе, да еще с отделением для неизлечимо больных. Они любого, кто пожелает устроиться в ночную смену, примут с радостью. А ради целительского дара даже документов спрашивать не станут.

– Прямо так? И даже не поинтересуются, почему ты не хочешь документы предъявлять? – продолжал допытываться он.

– А я это объяснила. Сказала, что в моем учебном заведении запрещено подрабатывать, а стипендии катастрофически не хватает на жизнь.

– И ведь ни словом не соврала, – хмыкнул он.

Дальнейшие сборы проходили в обоюдном молчании.

– Я так понимаю, сегодня ты мне сообщишь, какую жуткую неизлечимую болезнь мы будем исцелять? – наконец прервал паузу кот.

– Нет, – опровергла я его предположение. – По крайней мере, не думаю.

– Почему? – нахмурился Хран. – Я думал, ты хочешь побыстрее вычислить убийцу. Значит, чем раньше начнем провокацию, тем лучше.

– Это так, – со вздохом согласилась я и, уже готовая к выходу, устроилась на кровати. – Но мне банально страшно. Мы не знаем, правда ли работают заклинания из библиотеки – ведь почему-то же их скрыли. Получается, мы будем проводить опыты на людях? – Меня передернуло от этой мысли. – Да, они неизлечимо больны, их дни сочтены. Но вдруг мы сделаем отпущенное им время еще короче и мучительнее? Но и не пробовать нельзя, если кого-то можно спасти. В общем, не знаю, как решиться, – в отчаянии запустила я пальцы в волосы. – Сегодня я просто осмотрюсь в отделении, узнаю, кто там лежит и можно ли им помочь. Наверное, начнем с самых безнадежных, которым осталась пара дней. Боги Безмирья, как жутко звучит, – скривилась я от собственных слов.

– Тогда откажись от этой безумной идеи, – предложил внезапно Хран. – Иди к Бриару, признайся, что ты – Керридуэн, и тяжкая доля по поимке преступника ляжет на плечи профессионала. Он один из немногих, кто может тебя защитить. Или ты правда думаешь, что он может быть замешан?

– Нет. Тогда мне просто паника затмила разум, поэтому я была готова во всем его обвинить, – призналась я. – Его отец, может быть, и замешан, но это маловероятно.

– Тогда почему ты продолжаешь отталкивать его? – нахмурился кот.

– Ты забываешь, что они все равно высшие лорды, – скривилась я. – Мое нахождение рядом с Бриаром и его семьей неизбежно привлечет ко мне внимание. И я боюсь, что кто-то из других высших все же узнает меня. А я бы предпочла первой обнаружить своего врага. Но есть еще одна, куда более важная причина молчать.

– Какая? – практически прошептал хранитель.

– Разве ты сам не догадался? – грустно усмехнулась ему. – Хран, этот высший за одну ночь уничтожил целый род весьма высокого происхождения, и убийство до сих пор не раскрыто. Что помешает ему повторить? – тихо выдохнула я. – Я не хочу подставлять Бриара и его семью под такой удар.

– Боишься за него?

– Боюсь, – признала я. – Если он возьмется за дело, то доберется до сути, будет ли это опасно или нет. Ладно я! Это моя семья, моя жизнь и мои проблемы. И он не должен умирать ради моей мести.

– Значит, ты твердо решила не вмешивать его в это дело? – спросил Хран.

– Да, – уверенно кивнула я, поднимаясь с кровати. – И давай закроем эту тему. Мне пора на работу, а тебя ждет ответственное задание. Поищи в Обители знаний чертежи лечебницы – здание довольно старое, почти исторический памятник, вдруг найдется что-то.

– Ищешь способ проникнуть в кабинет главного целителя? Я понял тебя, – кивнул он. – И прослушкой сегодня займусь, не переживай. А тебе удачи!

– Спасибо, – выдохнула я и, накинув капюшон, скрылась в потайном ходе, чтобы новой тропой выскользнуть с территории академии.

Несмотря на поздний час, пусто в приемном покое не было. Медсестры сновали туда-сюда, несколько пациентов грустили на потрепанных лавочках у стены. В центре вестибюля нашелся стол, заваленный бумагами, а за ним – женщина средних лет. Стоило приблизиться, как она подняла усталые, но доброжелательные глаза:

– Чем могу вам помочь?

– Здравствуйте, – робко улыбнулась я. – Я Дия, с сегодняшнего дня начинаю у вас работать.

Взгляд сразу стал на порядок теплее.

– Еще одна новенькая? – уточнила она. – Мэтр Варлоу говорил, что ты сегодня придешь. Я Майлина, но знакомиться ближе будем попозже. У нас сегодня кошмар. Все целители заняты на серьезных травмах и операциях.

– Чем я могу помочь? – понимающе улыбнулась я, скрывая нервозность.

– Значит, так: иди по коридору до последней двери. Пятнадцатый шкафчик твой. Возьмешь в нем форменное платье, передник и шапочку, волосы убрать. Переоденешься и возвращайся, я введу тебя в курс дел.

Кивнув, я поспешила в указанную сторону. Переоделась, туго завязала волосы и вернулась в приемный покой. И мне тут же вручили стопку бумаг.

– Стандартные формуляры. Имя пациента, возраст, жалобы, какое лечение назначено. По ночам обычно больше всего травм. Ну, ты понимаешь, – закатила она глаза, – разбитые носы, переломанные руки, ноги… – И чуть приглушенно продолжила: – Мэтр говорил, ты с даром? Мой тебе совет, если видишь явные последствия пьяной драки, промывай, перевязывай и отправляй восвояси, не раскидывайся магией. Если голова у остолопов не для того, чтобы думать, тогда пусть хоть ощутят все прелести последствий. Тем более может попасться серьезный пациент, на которого понадобятся все силы.

Что же, может, это и жестоко, но я же окажу драчунам первую помощь. Да, процесс заживления будет идти дольше, зато снова в драку не полезут.

– Тебе туда, – кивнула женщина в сторону ближайшей двери. – Буду присылать пациентов по одному. Удачи.

Я надеюсь, она мне не понадобится.

За дверью обнаружилась крохотная комнатка с кушеткой и шкафчиком с инструментами, зельями и склянками. Так началась моя первая ночная смена.