Маргарита Дюжева – Зачем нам любовь. Том 1 (страница 8)

— Я…

— Давай уже, Есь. Я не кусаюсь…по крайней мере не с двух сторон.

Гад какой! Еще и глумится.

Я зажмурилась, двумя пальцами нырнула в карман и вытащила вожделенные ключи.

— Можешь же, когда захочешь, — прокомментировал муж, — теперь отпирай.

Пришлось повозиться с незнакомым замком, потом раздался щелчок, я опустила ручку и открыла дверь.

— Что встала, как неродная? Заходи! — шелестя пакетами, он напирал сзади, отрезая пути к отступлению, и мне не оставалось ничего иного, кроме как переступить порог.

— Можешь, пока осмотреться, а я на кухню.

— Я с тобой, — тут же всполошилась я, ощутив неожиданную робость.

Одно дело представлять, как придешь в дом к своему фиктивному мужу, и совсем другое – оказаться там на самом деле. Мне же теперь жить тут придется. Целый год! На правах пускай и фальшивой, но все-таки хозяйки.

Аж мороз по коже.

И в то же время волнительно. Кошачье любопытство коварно выпустило когти, и что-то остренькое в груди: тюк-тюк, тюк-тюк.

Торопиться было некуда, поэтому я отправилась за мужем на кухню, и пока мы разбирали пакеты, утрамбовывая их содержимое в ящики и холодильник, украдкой смотрела по сторонам.

Интерьер – аскетичный. Преимущественно в серых тонах, видно, что дорогой, но в то же время настолько сдержанный и лаконичный, что не на чем глазу задержаться. Сразу видно, мужик живет. Ни тебе оборок на шторах, ни полотенец красивых. Даже кружки и те ровной безликой вереницей стояли на полке.

Типичная мужская берлога.

И мне это нравилось, потому что подспудно я опасалась прийти в дом, в котором на каждом шагу будут следи пребывания другой женщины.

— Может, проведешь экскурсию, — спросила я, когда мы завершили с продуктами.

— Без проблем.

Он показал санузел размером со среднестатистическую комнату – тут стояла и душевая кабина, и большущая ванная с гидромассажем, и зеркало во всю стену, и технический шкаф, в котором притаились стиральная и сушильная машины. Потом мы прошли в такую же большую и пустоватую гостиную. Здесь не было ничего кроме огромного полукруглого дивана и телевизора во всю стену. Далее рабочий кабинет, заставленный книжными шкафами по периметру и с широким столом, на котором царил творческий беспорядок. Затем пришла очередь спальни. Тут тоже все ожидаемо – шкаф вдоль стены от пола до потолка, с зеркалами и подсветкой, и такая огромная кровать, что та, которая была в номере для молодоженов, казалась убогой кушеткой.

Больше комнат не было.

А это означало только одно. Либо мы снова будем спать вместе, либо кому-то придется переезжать в гостиную.

***

Марат по этому поводу явно не загонялся:

— Ну как тебе, хоромы?

Я тоже решила не заострять на этом внимания. Как будет, так и будет. Нам уже довелось ночевать вместе – ничего страшного в этом нет. Тем более на таком лежбище соседа и не почувствуешь – болтается где-то на другом конце матраса и ладно.

— В принципе не плохо, но…

— Но-о-о? — столько возмущения во взгляде, что я чуть не рассмеялась.

— Но-о-о-о… — протянула я, не удержавшись от того, чтобы подергать тигра за усы. — я бы добавила красок. Шторы поменяла, текстиль. Подушки бы красивые добавила, возможно поставила бы еще кресло в гостиной, или что-то еще. Так сразу и не скажу, надо еще раз неспеша все посмотреть и хорошенько обдумать.

— Ах это, — облегченно выдохнул Ремизов, явно опасаясь более разгромного комментария на свою любимую берлогу, — в этом плане можешь творить что хочешь. Я не против. Скажешь сколько денег понадобиться.

Ну просто сокровище, а не муж. Идеальный мужик! Не влюбиться бы.

— А еще мне нужно съездить домой, собрать вещи, а то даже переодеться не во что, — я указала на футболку, в которой проходила целый день, и тут же, испугавшись, что Марат подумает будто я чего-то требую или навязываюсь, добавила, — Ты не переживай, я сама сгоняю на такси.

— Какое такси? — искренне удивился он, — поехали.

Такое чувство, будто ему и правда было не лень возиться со мной и моими мышиными проблемами.

— Но у тебя, наверное, дела?

— Никаких дел, Сень. До понедельника я абсолютно свободен. Так что поехали в твою нору, соберем все, что надо и перевезем сюда. Чтобы ни у кого не возникло подозрений, относительно истинности нашего брата.

Ну да, конечно. Зачем же еще? Главное конспирация.

Я сначала расстроилась, а потом подумала, почему бы и нет? Мужик хочет помогать? Пусть помогает. Я не против. Тем более, я как никто другой заинтересовано в том, чтобы наш брак выглядел натуральным.

— Ну раз свободен, то я не откажусь от помощи.

И мы поехали на мою старую квартиру.

Если честно, то после того, как я побывала у Ремизова дома, было стыдно за свой простенький ремонт, обои в цветочек, сохранившиеся еще с давних времен, старомодный кухонный гарнитур.

После трагедии я переехала сюда и жила, как в тумане, не обращая внимания на такие мелочи. Было все рано — я приползала с двух работ только чтобы упасть на скрипучий, продавленный диван, переспать ночь, утром что-нибудь закинуть в желудок и бежать дальше. А теперь стало неудобно. Я внезапно почувствовала себя нищенкой, которую выдали замуж за принца. Нафиг ему вообще такая жена? С его-то уровнем жизни, внешностью и всем остальным?

Я бы на его месте руками и ногами отбивалась от такой невесты, будь ее покойный родитель хоть трижды другом и партнером отца.

Это как же его прижали, раз он согласился? Или ему совсем плевать, кто будет рядом на этот год, прежде чем сможет воссоединиться со своей Алечкой?

Пока я сосредоточенно паковала вещи, Марат несколько раз прошелся по квартире и в итоге выдал:

— Не понимаю. Почему ты оказалась здесь, а Матвей в том доме.

— Я уже говорила, такова воля отца.

Ремизов нахмурился, еще раз обвел комнату тяжелым взглядом, и сказал:

— Что-то здесь не так.

— Все так. Я встречалась с юристами, узнавала…

— Знаешь, я, пожалуй, тоже поспрашиваю…по своим каналам. Ты ведь не против?

Я только плечами пожала:

— Как хочешь, но вряд ли тебе удастся найти что-то новое. Завещание, которое мне показывал Матвей, настоящее.

— Вот и проверим, — все так же хмуро ответил муж.

Глава 4

Сумки мы перевезли за один присест. Оказалось, у меня так мало барахла, что даже если собрать все до самых крошек, то не наберется на полный багажник. Переезжая на эту квартиру, я бездумно покидала что-то из шкафов, а остальное осталось в прежнем доме, а потом было отправлено на помойку, о чем Матвей сообщил мне с превеликим и совершенно нескрываемым удовольствием.

Тогда, на фоне семейной трагедии, меня мало волновали какие-то шмотки, а сейчас стало стыдно. Я в очередной раз почувствовала себя бесприданницей, которую навязали сказочному принцу.

Сам сказочный принц наблюдал за моими сборами с таким лицом, будто ему все это не нравилось. Не понятно, что именно, но я по обыкновению восприняла все на свой счет.

Не повезло вам с невестой, товарищ Ремизов. Не повезло…

Вернувшись на квартиру Марата, я занялась разбором вещей. Складывала, перекладывала и в итоге заняла гордых полторы полки и четыре вешалки.

— Не густо…

— Купим, — скупо сказал Ремизов.

— Не надо. Мне и так хорошо, — отмахнулась я, на что мой муж выразительно хмыкнул:

— А я и не спрашивал. Просто ставлю тебя перед фактом.

Вот ведь нахал!

Однако возмутиться я не успела, потому что он предложил следующее развлечение: