Маргарита Дюжева – Зачем нам любовь. Том 1 (страница 22)

Ко мне пожаловал Арсений с тарелкой, полной кусочков сладкого сочного арбуза.

— Отдыхаю, — я беспечно пожала плечами и приняла угощение, — спасибо.

Было вкусно, но грустно. Однако я уже привыкла держать эмоции под замком. Сначала, когда после аварии рядом остался только Матвей, не терпящий женских…вернее только моих слез. Потом долгое время как робот в режиме работа-дом-работа. Потом Марат. В общем, у меня было предостаточно времени и поводов, чтобы научиться сдержанности.

— Как дела у матери? — спросил он, устраиваясь на соседнем шезлонге.

Хотелось ответить «в плену у чудовища», но вместо этого покачала ладонью, мол и то ни се и скупо ответила:

— Без изменений.

— Может, вам поменять лечащего врача?

Если бы я только могла.

Нет, к самому врачу и клинике у меня не было ни вопросов, ни претензий. Они делали все, что могли, обеспечивали такое лечение, что о лучшем даже стыдно было мечтать. Но тот факт, что Матвей и его люди крутились поблизости и могли в любой момент добраться до матери, делали меня уязвимой.

Конечно же, я не посмела об этом сказать. Вместо этого поддерживала разговор, отвечала на вопросы, улыбалась.

Постепенно к нам подтянулись остальные братья, включая Марата. Который бесцеремонно уселся рядом со мной на шезлонге, еще и ноги мои к себе на колени положил, не догадываясь, какого труда мне стоило не вздрагивать от его прикосновений и пытаться удерживать стаи бешеных мурашек, готовый носиться по моему телу вдоль и поперек.

Это просто отдельный вид пыток, иначе и не скажешь!

И хотя братья не задавали каверзных вопросов, не пытались нас на чем-то подловить, просто интересовались как наши дела, как живем, все ли у нас в порядке, я все равно чувствовала себя так, словно вышла на тонкий лед. Зато Марат вел себя настолько естественно, будто для него в порядке вещей вот так вот прикасаться ко мне.

Пряма куда деваться, настоящий муж.

Если так и дальше будет продолжаться, то я точно чокнусь за этот год.

Разговор плавно перетекал с одного на другое, а потом кто-то спросил неожиданное:

— Вы еще о детях уже задумывались?

— Что? — я растерялась, — нет!

А Марат безмятежно сказал:

— Не переживайте, как только у нас получится – вы узнаете об этом первыми.

***

Кажется, его в этой ситуации ничего не волновало, а вот я покраснела до кончиков волос и очень надеялась, что стая Ремизовых решит, что это от смущения. Что я сижу тут одна такая девочка-девочка среди толпы самцов и изо всех сил смущаюсь.

На самом деле мне было стыдно за то, что всех обманываем. Так стыдно, что готова провалиться сквозь землю. Как смотреть им в глаза, если знаю, что в нашем случае никаких детей нет и быть и может? И что через год наше знакомство останется в прошлом?

— Дети – это хорошо, — глубокомысленно выдал Марк.

— Так заводи.

— Я бы завел, но не с кем, — он развел руками, — не с мимолетными же… богинями вить семейное гнездо.

— Пфф, — усмехнулся Марат, — это теперь так называется? Мимолётные богини? Я бы назвал немного иначе.

Марк даже не подумал смущаться:

— У нас тут вообще-то юная леди, если вы забыли. Поэтому я просто пытался подобрать приличный эквивалент.

— Такой себе эквивалент, — хмыкнул Ярослав, — но ты прав. Леди знать о твоих похождения совершенно не обязательно.

От меня не укрылось, как многозначительно переглянулись между собой братья Ремизовы. Видать, все совсем плохо было. Даже любопытно стало, но спрашивать постеснялась. Не так давно и хорошо я их всех знаю, чтобы задавать такие бестактные вопросы.

— А вообще вам не кажется это несправедливым, что младший брат завел семью раньше нас всех? — подал голос Арсений.

— Так кто же вам мешает? Женитесь, размножайтесь, — пожал плечами мой беспечный и самоуверенный муж.

— Где бы еще взять ТУ самую. Это тебе повезло. Только познакомился и сразу не разлей вода.

Черт, я сейчас точно сквозь землю провалюсь.

Ну какая из меня «та самая»? Какое «не разлей вода»?

К той самой он вечерами ходит, скрываясь от посторонних глаз. И ждет не дождётся, когда она отучится, выпорхнет из-под крыла жесткого, строго отца, и они смогут воссоединиться в открытую.

А пока место для нее берегу я. То САМОЕ прикрытие. Только и всего.

Ремизов почувствовал перемену моего настроения. Его рука на моей щиколотке напряглась и мягко придавила. Мол расслабься и не дергайся, я сам разберусь.

Если бы он только знал, как мне хотелось его оттолкнуть! Как я страшилась таких вот прикосновений – ничего не значащих для него и убийственных для меня.

Меня будто кипятком обварило в том месте, где его ладонь соприкасалась с моей кожей. Будто медленно и мучительно выжигали клеймо.

Конечно, я не оттолкнула Марата. Я же жена. А где вы видели жен, которые шарахаются от невинных прикосновений своих дорогих мужей?

Поэтому продолжила спокойно лежать, улыбаться и кое-как участвовать в разговоре.

— Не переживайте. Перевернется и на твоей улице фургон с пряниками. — Безмятежно сказал Марат, обращаясь к Марку, — встретишь ЕЕ. Ту самую, которая отучит тебя на всяких богинь засматриваться. Будешь как примерный семьянин бежать после работы домой и звонить ей каждые пять минут, чтобы отчитаться, где ты и с кем. Начнешь ходить по струнке и прыгать по команде.

— Было бы не плохо, — хмыкнул старший, — глядишь, уму разуму бы научился и перестал ввязываться во всякие авантюры.

— А тебе непременно достанется коза-дереза, — тут же отбил Марк. — Такая чтобы всю твою выдержку в хлам порвала, нервы на кулак намотала и жить научила по-настоящему, а не только нескончаемым планам.

— Планы – это прекрасно. И меня, в отличие от некоторых, не надо ничему учить. Я и так все умею. И точно знаю, какой будет моя избранница – степенной, мудрой, с непререкаемым чувством стиля. С достоинством.

— С тремя образованиями, собственный благотворительным фондом, и чтобы носки по цвету сортировала и делала все строго по времени, — хохотнул Марат.

— Разве пунктуальность — это плохо?

— Это отлично, но можешь даже не мечтать. Я тебе точно говорю. Достанется тебе Козища. И будешь бегать с полыхающим хвостом, не зная, что с ней делать. То ли задушить, то ли обнять покрепче.

Пока старший бухтел, они переключились на третьего.

— А этому какая нужна? — подозрительно прищурившись спросил Марат.

— Этому? — Марк потер подбородок, — этому сильная нужна. Такая чтобы быстрее него по скалам карабкалась, да по рекам спускалась. Чтобы для нее прыгнуть с парашютом — раз плюнуть.

— И чтобы за рулем себя чувствовала уверено. Хоть на спорткаре, хоть на снегоходе, хоть на грузовике.

— И чтобы дома, вместо котиков, хомячков и маленьких тявкающих шавок, держала какого-нибудь кане корсо, или добермана. Ну или на крайний случай трех птицеедов, питона и попугая, ругающегося забористым матом.

— И что бы татуха в половину ляжки. И единоборствами занималась.

— А что… я не против, — хмыкнул Арсений, — если встретите такую – дайте знать. Я сразу примчусь.

Они беззлобно прикалывались друг над другом, а я вдруг поймала себя на мысли, что мне нравится в их компании. Она такая…уютная что ли. Надежная.

Братья продолжали рассуждать о том, кому какая избранница подойдет, кто сколько внуков подкинет Денису Алексеевичу и Ольге Степановне.

Было забавно слушать, как четверо взрослых мужчин болтают словно мальчишки. Однако у меня закралось подозрение, будто они были не в курсе того, что у деда Ремизова есть завещание относительно первого внука.

Если они не знали, то как же Матвей пронюхал об этом завещании?

***

Хотя возможно все они прекрасно знали, просто не считали нужным затрагивать эту тему в разговорах. И имели на это полное право! Я же постеснялась спрашивать, потому что мое любопытство могло породить ответные вопросы. Откуда я об этом узнала, какое мне до этого дело? Ответить что-то вразумительное, не затронув тему о шантаже со стороны Матвея, я бы не могла. Чего доброго, еще подумают, что я заинтересована в наследстве и уже считаю выгоду от рождения будущего первенца.

Потом были шашлыки.

Братья Ремизовы хором назвали его «коронным блюдом бати», а сам батя гордо надувал грудь, когда мы уплетали мясо за обе щеки.