Маргарита Дюжева – Развод. Предатели (страница 56)

— Я поймал тебя верхом на каком-то ушлепке, а ты еще смеешь права качать.

Она пожала плечами и спокойно произнесла:

— Почему бы и нет. Можно подумать что-то страшное случилось.

Он смотрел на нее во все глаза и не узнавал. На этом он женился? На потаскухе, которая после того, как ее поймали с поличным, невозмутимо говорит, что ничего страшного не случилось?

— Ты мне изменила!

Она подняла к потолку сокрушенный взгляд и со вздохом сказала:

— Подумаешь, немного развлеклась. Что такого?

Ланскому на миг показалось, что он спит. Спит и видит какой-то лютый бредовый кошмар с его молодой женой в главной роли, потому что не могла она на полном серьезе говорить такие вещи. Это что-то за гранью фантастики.

Немного развлеклась? Что такого?!

А самое главное – Николай не видел в ней ни сожаления, ни раскаяния, только досаду. Ника была смущена, сконфужена, откровенно обескуражена его внезапным появлением, но не более того. И уж точно не собиралась падать на колени и вымаливать прощение.

— Ты, словно какая-то дешевая девка, зажимаешься по вонючим раздевалкам с никчёмным молокососом, а потом спрашиваешь, а что такого? — рычал он, надвигаясь на свою молодую жену.

— Ну все, заканчивай пыхтеть, — раздраженно сказала Вероника, подбирая с лавки шелковый шарфик, — я уже поняла, что ты злишься. Давай без спецэффектов.

Николай никогда не поднимал руку на женщин, но сейчас захотелось. Схватить ее встряхнуть, так чтобы зубы клацнули, отвесить пощечину.

Внутри бурлили доселе неведомые чувства – убийственный коктейль из ревности, отвращения и непонятной боли. Оказывается, это очень неприятно, когда тебя предают.

— Дрянь!

— Нам пора. Иначе придет охранник и будут проблемы. Мы с тобой при всем желании за студентов не сойдем, — она попыталась его обойти, но Ланской схватил ее за руку и откинул обратно, так что впечалась спиной в ящички для переодевания.

— Эй! Что ты себе позволяешь?

Ему сейчас было плевать и на охранников, и на все остальное. Он кипел, и его ярость требовала выхода. Казалось, еще чуть-чуть и не удержится – схватит за тонкую шею и свернет ее ко всем чертям.

— Ты мне изменила! — рявкнул так, что Ника вздрогнула, — словно шлюха скакала на каком-то…

— Давай-ка без оскорблений.

— А ну заткнулась! Живо! Я тебя подобрал, сделал своей женой, а ты вот так мне отплатила?

Ника удивленно вскинула брови:

— Подобрал? Ты? Меня? Я тебе деревенская простушка что ли?

— А кто ты? Посредственная актрисулька второго плана? — впервые с момента знакомства Ланской прошелся по ее работе. Ему всегда было плевать, чем она там занималась. Изображала звезду и ладно, но тут захлестнуло, — может, тебе в фильмах для взрослых удачи попытать? Глядишь, хоть там добьешься чего-нибудь значимого.

Вероника моментально завелась. Но не стала орать как базарная баба, а одарила мужа холодной улыбкой и ласково произнесла:

— А чего ты хотел, милый? Старый конь, конечно, борозды не испортит, но и глубоко не вспашет. Тебе уже полтинник. Не спорю, для своих лет очень даже неплохо сохранился, но…ты старый.

Да, она тоже умела бить словами. Жестко и цель.

Он аж отпрянул, услыхав такие слова.

— Старый?!

— Ладно, не старый. Просто мужчина преклонного возраста, — примирительно сказала она, делая еще хуже. — Что ты так глазами сверкаешь? Возраст, есть возраст. Сколько бы не молодился, он все равно возьмет свое. У тебя то изжога, то давление, то кряхтишь как дед, потому что в спину вступило. У тебя одна радость – прийти домой пораньше, да спать лечь.

За считанные секунды они превращались во врагов. Их неокрепший, поначалу такой яркий союз, крошился под напором злых слов и дел. И никто не собирался останавливаться, потому что не было того самого, глубинного чувства единения.

— Сука…

— А что такого? Ты своей старой женой почему развелся? Потому что тебе вот этого захотелось, — она прошлась ладонями по своим изгибам, томительно вильнув бедрами, — на горячее потянуло. Так что должен меня понимать. Или ты думал, что только мужики грезят о новых ощущениях, а женщины всю жизнь лишь о своем Васе мечтают? Как бы не так. Я девка молодая, мне такого секса хочется, чтобы крышу сносило, чтобы до коматозного состояния. А с тобой бережно надо, а то мало ли…защемит что-нибудь.

— Да, я десяток таких как ты найду, — прорычал Ланской, — Стоит только пальцами щелкнуть!

— Конечно, найдешь. И помоложе, и покрасивее. У тебя для этого есть самое главное – деньги. Только помни, что для следующей молодки ты точно так же будешь старпером. И ложась с тобой постель, она будет закрывать глаза и представлять кого-нибудь другого. Может, известного актера, а, может, своего соседа, а, может, твоего водителя. И так будет делать каждая! Сколько бы ты их не нашел. Каждая!

— Думаешь, все вокруг такие же продажные шлюхи, как и ты?

Она рассмеялась. Звонко и зло:

— Только не говори, что ты из тех наивных пятидесятилетних дяденек, которые искренне верят, что двадцатилетние девушки их искренне любят и млеют от тонкой душевной организации, дряблого живота и волос на спине?

Да, он искренне верил, что она была с ним, потому что он – это он. Любила его, беззаветно и бескорыстно… Потому что привык к такой любви. Был уверен, что достоин такой любви. Что она полагается ему по праву, всегда, потому что он – это он. И что по-другому к нему нельзя.

— Ууу, как все запущено.

У Ланского внутри кипело. Казалось, что еще чуть-чуть и сорвет последние тормоза:

— Раз я такой, как ты говоришь, старый, — он выплюнул последнее слово, как будто оно было жёстким ругательством, — что же ты со мной связалась?

— Мне казалось, ты понимаешь правила игры. Ты обеспечиваешь статус и финансовое благополучие, а я создаю антураж, даю твоему окружению повод для зависти, даю красивую картинку и…просто даю, — равнодушно пожимая плечами, рассуждала она, — Только не делай такие глаза. Ты же не дурак, и должен понимать, как все это работает.

— И как же, по-твоему, это работает? — хмыкнул он, с каждым мигом все сильнее поражаясь, как он мог раньше считать ее приятной и милой.

— Очень просто. Все эти стремные пары, где мужик — дряхлеющий кощей или обрюзгший бородатый пузан, а девка – секс-бомба, держатся далеко не на любви. Все гораздо прозаичнее, приземленнее и пошлее. Это обычные постельно-денежные отношения, между состоявшимся мужиком и красивой самкой. Или ты думал, что тебя это не касается? Что уж ты-то лишь силой собственного обаяния и харизмой запросто можешь покорить любую молодуху? Просто такой супер-опытный мачо, который за пояс заткнет любого молокососа? Если так, то у меня для тебя плохие новости, дорогой мой, горячо любимый муж. Очень плохие.

Она скорбно улыбнулась, а Николай сжал кулаки. Очень хотелось вмазать, от души, но воспитание держало намертво – женщин бить нельзя, даже если очень хочется.

— Надо же, какие глубокие познания в области постельно-денежных отношений. Сразу видно специалист…широкого профиля. Здесь статус обеспечат, тут денежку дадут, а там роль какую-нибудь пожертвуют и актрисулькой назовут.

Упоминание ремесла неизменно цепляло Веронику. Она тут же начинала злиться:

— А тебе лишь бы обесценить то, чем занимаются другие. И, кстати, если тебе так нужна бескорыстная любовь – оставался бы с первой женой. Вот уж кто на все был готов, чтобы Коленька был счастлив. Со мной так не пройдет. Я себе цену знаю.

— Судя по тому, как ты скакала в вонючей раздевалке не понятно на ком – не слишком высока цена-то, — усмехнулся Ланской, уже прикидывая, кому позвонить и куда надавить, чтобы эту дрянь размазало. Не быть ей больше звездой ни в сериалах, ни в рекламе, ни где бы то ни было еще, — Я одного не могу. Раз тебе статус так нужен был, то почему устроила все это? Не думала же, что проглочу такую выходку?

— Почему? — якобы удивилась Вероника, — да потому что ты надоел.

У Ланского аж в зобу дыхание сперло от такой наглости.

Надоел?

Он?

Ему никто и никогда такого не говорил. Эти слова вообще никаким образом не могли относиться к нему! В принципе не могли! Потому что он уважаемый бизнесмен, серьезный человек! Да с ним наоборот контакта искали! В рот заглядывали!

— Ты случайно не охренела, девочка?

Сучка сложила руки на груди и наградила его прохладной улыбкой:

— Никак нет…дедушка.

А ведь поначалу он так гордился ей и был уверен, что поймал ту самую золотую рыбку, которой ему не хватало для полноты ощущений. А теперь эта рыбка превратилась в пиранью, и ощущений было через край. Жаль, что хреновых.

— Ты надоел, — продолжала она, — Твои отпрыски великовозрастные надоели. Что Артем, который бегает вокруг, как дурак с патефоном. Что Марина, которая с чего-то решила, что высшая цель в жизни любого человека – это подтирать ее заносчивую задницу. Дом твой старомодный надоел. Претензии твои надоели. Правила твои старперские надоели. А больше всего надоело то, что ты постоянно пытаешься сделать из меня подобие своей бывшей унылой жены. Я не она! И становиться такой в угоду тебе не собираюсь. Что-то не нравится? Подавай на развод. Я не против. Вздохну хоть свободно.

Вот так, в раздевалке, насквозь провонявшей чужим потом и носками, подошла к концу их недолгая семейная жизнь.

Наверное, даже случилось бы рукоприкладство. Ланской был на грани того, чтобы придушить сучку, но появился охранник.