Маргарита Дюжева – Развод. Он влюбился (страница 4)

— Еще вкуснее? — Марина неверяще распахнула глаза.

— В сто раз.

— Подтверждаю, — авторитетно сказала Даша и потянулась за следующим куском.

Почувствовав себя на коне, Алексей развернулся. Начал рассказывать истории, шутить, так что девки хохотали до упада. Весь такой из себя душа компании…

Был уже почти одиннадцать, когда девочкам приспичило снова искупаться, а я взглядом намекнула мужу, что нам пора.

— Да ну, Лен. Ты смотри как хорошо на улице. Может, тоже искупаемся.

— Леш, у тебя завтра поездка в соседний город. Ты не забыл? Вставать в пять утра.

— Да встану, подумаешь…

— Не подумаешь. Тебе за рулем два часа сидеть. Я не хочу, чтобы где-нибудь на горном серпантине тебя накрыло.

— Ничего не накроет!

— А еще вспомни про свои головы не боли, когда у тебя случается недосып.

— Ерунда…

— Не ерунда. Вспомни, как в прошлый раз было плохо.

— Лен, да ничего не будет. Мы сейчас…

— Идем спать, а девочки пусть дальше отдыхают.

— Но…

— Не надо навязывать свое присутствие, Леш. Поверь, им и без нас есть о чем поговорить.

Он вспыхнул, сердито схватил телефон со стола и, не оборачиваясь, весь из себя такой обиженный, рванул к дому.

Я проводила его тревожным взглядом. Какая странная реакция… Будто маленького мальчика домой загнали. Совсем на него не похоже.

Пребывая в некотором смятении, я слегка прибрала на столе, крикнула Даше, что мы ушли, и тоже отправилась спать.

— Чего ты завелся? — спросила я, забираясь под одеяло, — Я все понимаю, Бог шашлыка имеет право на минуту славы, но ты же знаешь, что я права. Завтра тебе будет очень нехорошо, а день предстоит сложный…

— Ты не даешь мне нормально общаться с дочерью! — буркнул муж и повернулся на другой бок, спиной ко мне.

Глава 2

На следующий день Алексей вскочил раньше будильника. Будто специально, чтобы доказать, что я не права, и что он запросто может встать, даже поспав всего пяток часов. Причем сам встать, без моего содействия.

Обычно же как… Я ставила свой будильник, просыпалась первая, будила его, ласковой кошкой прижавшись к боку. Пока он раскачивался, тер глаза, лежа в постели, я спускалась вниз и готовила легкий завтрак. Заваривала его любимый кофе.

А тут все сам. Сам проснулся, сам встал, сам пошел вниз на кухню. Только делал это как слон в посудной лавке, так что я все равно проснулась. За ним не пошла, вместо этого осталась в постели и уныло смотрела в окно.

Погода такая хорошая. Солнечная. Птицы поют, листва шумит.

Что ж так не спокойно-то?

Через двадцать минут Леша поднялся обратно и, рывком распахнув шкаф-купе, принялся одеваться. Движение нервные, затылок упрямый.

Хоть ни слова не было сказано, но чувствовалось, что он все еще обижался на меня.

Неприятно.

Я не могла отпустить мужа в командировку в дурном расположении духа, и тем более поругавшись. Даже если эта командировка в соседний город всего на день, и к вечеру он должен был вернуться.

Как бы не спорили, как бы не обижались друг на друга и не ругались – любимых надо провожать в хорошем настроении.

Поэтому, улучив момент, когда он воевал с галстуком, я подошла и тихо сказала:

— Давай помогу?

Муж посмотрел на меня исподлобья, но руки от галстука убрал, предоставляя профессионалу заниматься этим нелегким делом.

Я завязала красивый узел, расправила невидимые складочки на рубашке, а потом, встав на цыпочки, обхватила ладонями лицо мужа и поцеловала.

Он ответил, но не сразу. С секундной задержкой, будто еще сомневался идти на встречу или не идти, менять гнев на милость или не менять.

— Не сердись, — прошептала я, обнимая его, — я заботилась о тебе.

— Знаю, — кивнул Леша, — и не сержусь. Проводишь?

— Конечно.

Мы спустились вниз. Муж взял чемодан с ноутбуком, обулся и вышел на крыльцо. Я за ним. Дождалась, пока он выгонит машину из гаража, снова обняла, поцеловала, дала обычные напутствия:

— На серпантине не гони.

— Не буду.

— Позвони, как приедешь на место.

— Позвоню.

Леша еще раз чмокнул меня в нос, прыгнул в салон и плавно выкатил со двора. А я навела порядок на месте вчерашнего пикника, потом позавтракала, выпила чашечку кофе, почитала на террасе книгу, наслаждаясь утренней тишиной, и отправилась на работу.

Надо было пересмотреть меню с нашими поварами, дозаказать кое-что из продуктов, да и так по мелочи всякое. Много времени это не заняло, к полудню я уже освободилась и отправилась домой.

Девочки снова обосновались у бассейна. Только вместо вчерашнего шума-гама царила тишина. Дашка, лениво двигая руками, плавала на надувном матрасе, а Марина сидела на шезлонге и с кем-то сосредоточенно переписывалась в телефоне.

При моем появлении обе встрепенулись.

— Как дела?

— Сегодня так лениво… отдыхаем, — вздохнула дочь и поплыла дальше, а Марина обратилась ко мне:

— Тетя Лен, сфоткайте меня пожалуйста, а то у Даши руки мокрые.

Она поднялась с шезлонга и протянула мне телефон.

— Фотограф из меня так себе, — предупредила я.

— Ничего. Я уверена, у вас все получится.

Она перекинула распущенные, вьющие волосы через плечо, встала боком, красиво отставив ножку.

Я сфотографировала.

— Еще вот так пожалуйста, — развернулась спиной, подняла руки, зарывшись ими в шевелюру.

И снова передо мной оказалась ее задница. В этот раз в черных, умопомрачительно маленьких стрингах.

Я на автомате щелкнула и вернула телефон владелице.

— Спасибо, тетя Лен. У вас здорово получилось, — поблагодарила Марина, посмотрев снимки.

— Ты кому это собралась такие развратные фоточки слать? — подозрительно спросила Дашка, подгребая к бортику.

— Светка попросила показать новый купальник, — коварно улыбнулась Марина. — надо похвастаться.

Светка – это еще одна их институтская подруга.