Маргарита Дюжева – Развод. Он влюбился (страница 28)
На фоне всего этого было вдвойне странно то, что у нас с Максимом складывались отношения. Непростые, конечно, очень непростые. Субботину вообще надо выдать медаль за то, что он со мной возился и терпел все мои заскоки.
Я постоянно испытывала его, проверяла на прочность, порой доводила подозрениями и даже раз десять пыталась расстаться, чтобы превентивно избежать мужского предательства. Потом, перепугавшись до одури, что он действительно возьмёт и исчезнет из моей жизни, ревела, просила прощения, обнимала так, что не вдохнуть.
А он терпел. Принимал меня со всеми моими раскормленными тараканищами, умудрялся как-то гасить мои загоны и твердо повторял «люблю тебя любую».
И что самое странное, я верила ему. Просто где-то в глубине души светился теплый огонек уверенности, что его чувства настоящие. Мы оба настоящие. Потому что я тоже его любила…
А потом встречала на улицу какую-нибудь расфуфыренную девку, которая просто шла по своим делам, не обращая на меня никакого внимания, и снова накатывало. А что, если идет к нему? Что если пока я тут прохлаждаюсь, он с кем-то…
И так по кругу.
Меня терзало это. Мучило.
Вроде понимала, что все вокруг не могут быть тварями, что мир не такое плохое место, порой даже могла расслабиться, принимая свое счастье, а потом снова накатывало. И снова вместо улыбок видела коварные оскалы.
Мама пыталась отправить меня к психологу. Мягко намекала, что этот визит мог бы существенно упростить жизнь, даже предлагала сходить вместе, если мне одной никак. Но я отказывалась, потому что сама мысль поделиться чем-то сокровенным с посторонним человеком вызывала у меня если уж не панику, то неприятный мороз по коже. А все почему? Правильно! Потому что я ему не доверяла.
Замкнутый круг, из которого я пока не могла найти выхода.
Зато я точно знала, что загадаю на Новый Год. Справиться с этим безумием и снова научиться дышать полной грудью и радоваться каждому дню, не отравляя жизнь себе и окружающим.
И если для этого нужно будет переступать через себя и открыться постороннему – я сделаю это. Просто мне нужно чуть больше времени.
Вот так. Некоторые загадывают дорогие подарки и похудеть, а я просила смелости, чтобы обратиться к специалисту.
Окончание года, как всегда, выдалось суматошным. Нужно было закрывать договора, рассчитываться с поставщиками, отгружать товары клиентам, подбивать отчеты. Приходилось задерживаться на работе то на час, то на два, а пару раз и вовсе полным коллективом сидели почти до полуночи.
И если этот самый коллектив, как-то бодро справлялся с такими нагрузками, то мне было тяжело. То ли гемоглобин упал, то ли хронический недосып делал свое дело, но я каждое утро выползала из кровати в состоянии зомби и приходила на работу уже уставшей.
В обеденный перерыв мне совершенно не хотелось есть, зато я была готова заснуть на любой горизонтальной поверхности – хоть на диванчике в комнате отдыха, хоть на стуле, да хоть на подоконнике, рядом с горшками, в которых топорщились пузатые кактусы.
Это было так странно и утомительно, что я выкроила час времени и побежала к врачу на консультацию.
И одним из первых вопросов, который она задала мне не приеме, был такой:
— Беременность?
— Нет. — категорически ответила я.
А когда вышла из кабинета с кучей направлений на обследования, подумала, а так ли я права в своей категоричности? Может, надо купить тест и проверить?
Купила. И утром, закрывшись в ванной, тайком от всех сделала его. А потом весь день ходила пришибленная, не зная, что делать дальше, потому что дурацкий тест бессовестно показал две яркие полоски.
Я понятия не имела, что делать дальше.
Первый моим чувством была отнюдь не радость. И не восторг. И не все эти «ми-ми-ми, у меня будет малыш». Даже близко нет.
Самым первым на меня накинулся страх. Такой лютый и беспощадный, что кровь в жилах стыла.
Ребенок? У меня? Как?
Нет, технически понятно как. Но Как?!
Я не готова!
Моя собственная жизнь похожа на бестолковые американские горки и нет уверенности абсолютно ни в чем! Я слишком слабая, чтобы защитить его. Я не справлюсь.
Потом страх улегся, оставив после себя смятение. Но я ведь не одна.
У меня есть Субботин, который любит меня, и которого люблю я. Вместе-то справимся? Другие ведь справляются… Если только никто никого не предает…
Меня опять несло не в ту сторону.
Мать была права. Мне нужна помощь. Нужно чтобы кто-то взял меня за шкирку, хорошенько встряхнул и прочистил мозги. Сама я не справлялась.
В этот день я ничего не сказала Максу, хотя пару раз признание уже было готово сорваться с языка. Вроде надо было и момент подходящий, но слова застревали в горле. Вдруг не обрадуется? Вдруг скажет, что на фиг ему все это не сдалось, он хочет еще пожить в свое удовольствие.
В общем, не смогла, а ночью лежала в кровати без сна и прислушивалась к своим ощущениям. Аккуратно трогала еще плоский живот, пытаясь что-то нащупать. Понятно, что слишком рано, но рука сама тянулась, гладила.
Интересно, мальчик или девочка? Пацан, наверное, будет копией Субботина, а если девчонка – то, как я. А глаза будут голубые. И нос-кнопочка.
От этих мыслей становилось теплее. Я лежала в темноте и невольно улыбалась, а первоначальный страх и смятение отступали.
Утром ситуация уже не казалась такой катастрофической, как накануне. Испытывая легкий стыд за свою первую реакцию, я преисполнилась решимостью поговорить с Максимом. Он имел право обо всем знать. И все дальнейшие решения касаемые ребенка мы должны принимать вместе.
Не передать словами то волнение, которое обуяло меня по дороге на работу. Сердечко билось где-то горле, и каждый удар пульсировал в висках.
Я бесконечно перебирала в уме слова, пытаясь найти те самые. Представляла, как скажу Максу, и как он отреагирует на эту новость. Обрадуется. Я уверена.
В общем, так увлеклась, что даже свою остановку проехала. Пришлось выскакивать на следующей и бежать обратно, придерживая рюкзак за лямки, чтобы не слишком сильно шлепал по спине.
В результате опоздала. Не сильно, но неприятно.
К счастью, начальство само немного задержалось, и мне удалось юркнуть внутрь здания как раз в тот момент, когда их машина вывернула из-за угла.
На ходу стягивая куртку, я словно горная коза я проскакала по лестнице на второй этаж и ворвалась в наш кабинет.
— Дашка, давай, быстрее! — замахала руками Катя, — они уже приехали!
— Знаю! — Я жамкнула кнопку и, пока компьютер включался, принялась запихивать вещи в шкаф.
К тому времени, как начальство пожаловало, я уже сидела на своем рабочем месте в полной боевой готовности и сосредоточенно делала вид, что с головой погружена в дела.
И только когда они скрылись в своем кабинете смогла нормально выдохнуть.
Пронесло!
Чуть успокоившись, я написала Субботину.
Ответ пришел с небольшим опозданием.
Блин. Как назло. Я только настроилась на разговор, а он не может.
Но, куда деваться. Работа есть работа.
Меня и саму вскоре засосало так, что голову некогда было поднять. Бумаги, бумаги, бумаги. Цифры, таблицы, перечни, звонки.
Так погрузилась во все это, что не заметила, как пролетела половина рабочего дня. Вроде вот еще только утро, и вдруг хоп! и обед.
Аппетита не было, и я уже совсем было собралась перебиться привычной кружкой кофе и двумя пряниками, но тут проснулась совесть.
Разве можно ребенка голодом морить?! Никак нельзя.
Поэтому я решила не отбиваться от коллектива и полноценно пообедать в маминой кафешке.
Маме, кстати, тоже надо рассказать… Но сначала Субботину.
В кафе мы обосновались за сдвоенным столиком посреди зала. Заказали по бизнес-ланчу, и пока ждали заказ, обсуждали рабочий предновогодний завал.
Вернее, остальные обсуждали, я же в основном молчала, отвечая только когда ко мне обращались напрямую.
А раньше меня называли «болтушкой». К сожалению, жизнь отучила меня болтать. После ее жестоких уроков, как-то не очень хотелось лишний раз открывать рот.
Вдобавок все мысли крутились вокруг внезапной беременности, поэтому в большинстве случаев я отвечала рассеянно и невпопад.