Маргарита Дюжева – Привет, я влип! (страница 21)

Я проснулась, потянулась, немного поиграла в телефоне, складывая по три кристаллика в ряд, потом неспешно выпила кофе с круассаном…

Эдакая мечта наивного удаленщика.

Потом включила ноутбук и понеслось. Почта. Созвоны. Срочное ТЗ. Не менее срочные правки. Переписка с потенциальным клиентом, которому хотелось красиво, быстро и дешево. Диалог из разряда:

— Я хочу разработку под ключ, полное сопровождение и неограниченные правки.

— Вам выслать прайс на услуги?

— Зачем? У меня есть тысяча рублей, я уверен, этого более чем достаточно для оплаты такого объема работы. Тем более плюсом я сделаю пост на своей странице с указанием вашего имени, а еще порекомендую своим друзьям.

— Боюсь, я вынуждена отказаться от сотрудничества, потому что работаю исключительно по прайсу.

— Вам не нужны опыт и положительные отзывы? Какой же вы тогда профессионал?

Объяснять, что как раз по причине своего профессионализма отказываюсь от столь заманчивого предложения, нет смысла. Такая категория клиентов уверена, что они бы и сами все прекрасно сделали, просто времени нет. И вообще там дунуть-плюнуть и все готово, поэтому нормальные люди такое делают вообще за бесплатно.

Знаю. Сталкивалась. До свидания.

Кажется только глазом успела моргнуть, а полдня уже пролетело. И начался новый виток звонков.

Сначала Марина:

— Привет, ты можешь приехать немного пораньше? У меня тут форс-мажор образовался, — затараторила она в трубку с таким напором, что мне некуда было даже слово вставить, — дали поручение, которое надо сделать вот прям сейчас и никто кроме меня не может. Представляешь?

— Невероятно…

— Вот и я о том же. Все хитросделанные бессовестно отказались, а мне теперь бегай. Ты просто не представляешь, как я возмущена.

— Отчего же? Очень даже представляю, — промямлила я, как раз пребывая в том самом возмущении, о котором она говорила.

Ирония снова не удалась, потому что Марина продолжила напирать, даже не услышав мой писк.

— И вот теперь я должна все бросить, поменять свои планы и делать то, что мне не нужно. Просто взяли и скинули на меня свои проблемы. Нашли, как говориться, крайнюю.

Я только тихо пыхтела в трубку — на большее не хватило сил.

— Так что Вась, пожалуйста. На полчасика раньше приезжай. Иначе я ничего не успею. Договорились? — она даже не стала вслушиваться в мое невнятное пыхтение, — вот и славно. Жду. Пока.

Она сбросила разговор, а я завизжала от негодования, затопала от бессильной ярости, потом побила подушку в надежде, что полегчает. Потом пошла собираться. А как иначе? На меня ведь рассчитывают.

Пока одевалась, ругала себя последними словами. Да что за тряпка такая? Просто позорище.

Как еще я с такой мягкотелостью умудрилась отказаться от того наглого клиента, который хотел все и сразу, и за тысячу рублей. Надо было и его брать. Чтобы уж напрочь погрязнуть в этом болоте.

Перед выходом показала своему отражению язык буркнула:

— Так тебе и надо, — натянула поглубже шапку и от правилась в путь.

За ночь снова насыпало снега, поэтому пока машина прогревалась, пришлось изрядно попотеть, размахивая лопатой. Потом по нечищеной колее выезжать из двора и вливаться в неспешный поток автомобилей и ползти чуть ли не на другой конец города.

А могла сидеть дома. Пить чай, кормить Гошу зофобасами, заниматься своими делами, готовиться к встрече с Царевым.

Пусть у нас не свидание, а встреча по делу, но все равно волнительно.

— Дура ты, Васечка. Дура! Мягкотелая вафелька, — сокрушенно вздыхала я, накручивая баранку руля.

Когда я уже приехала на место и запарковалась возле маленького магазинчика, занимающегося продажей зоотоваров, позвонила Юля:

— Ну что, Вась, отменила свой магазин? — забыв о приветствии, спросила она, — Я тебя уже жду…

Да, блин…

Я забыла про нее. Вернее, не забыла, а понадеялась, что каким-то внутренним чутье и интуицией она уловит мое состояние, сама все поймет, сделает выводы и не станет больше спрашивать. Понадеялась, что проблема рассосется сама собой, и мне не придется напрягаться и говорить человеку неудобное «нет».

Увы. Не рассосалось. И говорить «нет» все-таки придется.

Как же я это не люблю, кто бы знал.

Внутри все сжимается, сердце замирает и хорошо знакомое чувство вины по-хозяйски расползается в груди.

Я испытывала гребаную вину за то, что не могла сделать то, что не хочу делать. И не должна делать!

Я прекрасно понимала, что меня используют, чтобы облегчить себе жизнь за мой счет, но маленькая девочка внутри меня… девочка, которую приучили быть ответственной и исполнительной и всем делиться, вся в расстройствах. Как же так?! попросили помочь, а не получается?! Это же стыд, позор.

Я осознавала, что на самом деле я просто удобная, безотказная и делюсь всем исключительно за свой счет.

Я все осознавала, все понимала, только фиг ли толку?

— Юль, понимаешь…

— Только не говори, что ты все-таки туда поперлась! — возмутилась она, даже не дослушав.

— Я обещала.

— Ты и мне обещала.

Нет. Такого обещания не было. Я сказала, что посмотрю, подумаю, попытаюсь. Никаких обещаю. Только это не важно, потому что язык в жопе, и в слух звучит бездарное:

— Извини.

— Капец, Вась… Ну я же просила, неужели так сложно было помочь? Кто вообще так делает?! Пффф, — в трубке сердито пыхтело, — По твоей вине теперь весь вечер насмарку! Мда, не ожидала я от тебя такой подставы.

Моя глупая внутренняя девочка была готова разрыдаться от стыда и искала, чтобы предложить взамен, чтобы сгладить чужое разочарование и недовольство.

— В общем, не приедешь, да? Я правильно поняла? — еще раз с нажимом перепросила она.

— Прости.

— Ну и фиг с тобой, — и бросила трубку.

А я печально шмыгнула носом, вышла из машины и, чувствуя себя самым настоящим говном, поплелась в магазин.

— Ну, наконец-таки, — Марина аж руки к потолку подняла в благодарственном жесте, — я вся извелась, пока тебя ждала

Она уже была полностью собрана. В пуховиках, уггах, и даже шапку натянула.

— Вообще-то, я приехала на пятнадцать минут раньше.

— Угу, — отмахнулась она, — так, Васечка, как тут все работает ты знаешь…

Конечно знаю, потому что уже сбилась со счета сколько раз ее подменяла.

— … поэтому оставляю тебя за главную. Рули!

— Хорошо, — я расстегнула куртку. Смахнула с волос хлопья снега, успевшие налипнуть пока шла от машины до магазина, переобулась. Да, у меня здесь даже сменная обувь имелась, настолько часто я сюда наведывалась, — во сколько вернешься?

— Сразу, как только все сделаю, — беспечно ответила Марина, копошась в своей сумочке.

— У меня в семь важная встреча, поэтому крайний срок, до которого я могу здесь находится — это восемнадцать ноль-ноль.

Она чуть сморщила свой остренький носик:

— Да-да. До шести точно вернусь. Не переживай. Я вообще быстро — одна нога там, другая здесь, — она наконец выудила из недр сумки яркий блеск для губ, обновила макияж и, махнув мне пальчиками, полетела к выходу: — Ну все, я побежала. Если что — звони.

Я осталась в магазине за главную. Середина рабочего дня, поэтому людей практически не было. За первые полчаса ко мне заглянула только одна бабушка — набрала пакетиков с влажным кошачьим кормом, да девочка с папой, чтобы купить коробочку корма для хомячка.

Больше никого. Перед новым годом людей больше волновала закупка продуктов к праздничному столу и подарков, чем товары для животных. Поэтому я скучала. Даже пожалела, что на всякий случай не взяла с собой ноутбук — могла бы поработать, пока есть время.