Маргарита Дюжева – Любви больше нет (страница 20)

Если Макс думал, что это пояснение поставит точку в нашем разговоре, то глубоко ошибся. Потому что:

— Ммм…То есть это была та самая мадам, которая названивает тебе по ночам? Как ее там? Алекса, да?

Судя по всему, Кирсанов не ожидал, что свяжу эти моменты в одно целое. Аж дернулся от возмущения

— Это ра-бо-та, — цедит по слогам, — сколько можно цепляться?

— Хорошо. Больше не буду, — затыкаюсь и снова тяну кофе. Отвратительный, горький жженый вкус опаляет нёбо.

Молчу, хотя очень тяжело держать себя в руках.

Казалось бы, что проще – задавай вопросы, слушай ответы, наблюдай. Просто не особо приятный разговор жены с мужем. Бывает. Но у меня с каждым глотком воздуха все сильнее сжимаются легкие. А сердце, мое бедное сердечко, не ожидавшее такого подвоха от хозяйки, настолько взволновано, что пытается выскочить из груди.

Кирсанова явно не устраивает моя реакция. Ему не нравится мое молчание, не нравится моя задумчивость, и то, как закрываюсь. Он прекрасно читает это в моих жестах и не выдерживает.

Вскочив на ноги так проворно, что стул откатывается назад и ударяется в стену, Макс обходит стол, буквально вытаскивает меня их кресла и прижимает к своей груди.

— Тась, пожалуйста, — просит с надрывом, — не накручивай. Это просто какие-то дурацкие совпадения.

— Почему же дурацкие? — глухо спрашиваю я, — очень даже разумные. Гладкие. Стежок к стежку. Как по сценарию.

— Ну какие на фиг сценарии? — зарывается пятерней в мои волосы, — просто сложилось все в одну куду и выглядит некрасиво.

— Выглядит так, как и должно выглядеть.

Кирсанов только сильнее обнимает. Я чувствую его дыхание на макушке и закрываю глаза.

Не сопротивляюсь, но и не понимаю, что он говорит. Торопливо набирает какую-то объяснительную чушь, а у меня так сильно пульсирует кровь в ушах, что не могу разобрать ни слова.

Почему мне так плохо? Зачем? Я не хочу. Мне этого не надо.

Наше напряженное единение разрывает входящий по селекторному.

Макс нехотя отстраняется, тянет руку к кнопке, и тут же в кабинете раздается голос его помощницы:

— Максим Владимирович, звонил секретарь Миронова. Просил напомнить, что сегодня в девять тридцать у вас встреча.

— Черт, — выдыхает Кирсанов, прикрыв глаза, — я забыл.

Я дергаюсь, пытаясь высвободиться, но он удерживает, не позволяя отдалиться окончательно.

— Мне позвонить и отменить встречу?

Муж напряженно смотрит мне в глаза и качает головой:

— Нет. Скажи, что буду.

На этом их разговор заканчивается, и одновременно с этим я все-таки отпихиваю Максима от себя.

— И когда я должна была об этом узнать? Или планировал позвонить и сказал, чтобы не ждала и ложилась спать, потому что задерживаешься на совещании?

— Тась, — он виновато улыбается, — прости. Я забыл тебе предупредить.

— Ничего страшного, Кирсанов, — нервно цепляю сумочку со спинки кресла. Выдержка все-таки подводит меня, — Я уже начинаю привыкать к твоим «забыл», «не сказал» и прочим отмазкам.

— Никакая это не отмазка. Я действительно забегался.

— Что ж не в полночь-то мероприятие, а?

— Это очень важная встреча, поэтому я бы согласился на любое время. Мы долго шли к реализации проекта, и теперь появился участок, который идеально подходит. Я не могу его упустить. И если Миронов хочет обсудить детали в неформальной обстановке, то пусть так и будет, потому что кроме меня, желающих на этот кусок предостаточно.

— Раз речь идет о твоем драгоценном проекте, значит, Алекса тоже пойдет на ваши вечерние посиделки?

Максим мрачнеет и категорически мотает головой:

— Ее там не будет. Она просто занимается бумажками. Все остальное ее не касается.

Я молчу. Пытаюсь обуздать горечь, расползающуюся внутри:

— Почему я тебе не верю?

— Давно ли ты меня перекинула в категорию людей, которым нельзя доверять, — тихо спрашивает муж.

Мне нечего ему сказать. Я не могу справиться со своими внутренними демонами, не могу обуздать их и посадить на цепь. Это слабость, за которую я себя ненавижу.

Макс тем временем подходит ко мне и берет за руку:

— Я чем угодно могу поклясться, что ее там не будет.

Закрываю глаза. Выдыхаю. И обреченно понимаю, что пламя, которое полыхает внутри – это дикая потребность поверить.

Глава 10

Тася уходит, а меня рвет изнутри. Бомбит до тошноты.

Я чувствую, что жена мне не поверила, что несмотря на прощальную, вполне искреннюю улыбку, она в голове продолжала прокручивать появление Алексы и цеплять отвратительные детали

Красноволосая дрянь перешла черту. Сегодня каждое ее слово, каждое действие сегодня было нацелено на то, чтобы обозначить свои «особые позиции». И Таисия все это поняла. Не могла не понять, потому что с мозгами у нее всегда был полный порядок.

Разрываемый яростью и готовый загрызть любого, кто подвернется под руку, я выскочил из кабинета и ринулся на поиски Змеи. Единственное, чего мне хотелось – это свернуть ее тощую шею.

Уже все, выкинул ее из офиса, чтобы не мозолила глаза и не напоминала о собственном провале, и на тебе

Как она вообще оказалась здесь? Именно в то время, когда ко мне пришла жена. Какая такая зловонючая случайность привела ее в мой кабинет именно в этот момент.

Или никакая это не случайность?

Она следит за мной что ли? Караулит где-нибудь поблизости, подгадывая удобные моменты для максимально разрушительного вторжения?

Вспоминаю снисходительную улыбку и холодные змеиные глаза, и понимаю, что запросто. Алекса и не на такое способна.

А может…может, ей вообще кто-то помогает? Дает наводки, подсказывает, когда надо действовать.

От новой неприятной догадки холодеет внутри.

Нет. Это уже бред какой-то. Какой дурак будет помогать в таком? Кому вообще это надо?

И вместе с тем в солнечном сплетении колет все сильнее. Что если так и есть? И кто-то еще в курсе моего провала, и теперь смотрит со стороны, насмехаясь над моими попытками все замять и оставить в прошлом.

Галстук моментально превращается в удавку, стягивая шею так, что невозможно сделать вдох. Я дергаю его, пытаясь ослабить узел.

— Да ну на хрен, — это все, на что хватает моего словарного запаса.

Я врываюсь в малую переговорную, но Алексы там нет. И судя по всему не было. Стулья задвинуты, идеальный порядок, нет запаха чужих духов.

Где эта ведьма шляется?

Я набираю ее номер, но в ответ лишь тухлые гудки. Змея игнорирует меня, не берет трубку, но я уверен, что именно в этот момент она смотрит на экран, видит мое имя и самодовольно улыбается.

По спине пот градом. В груди пылающий разлом.

Если я ее сейчас найду – уничтожу. Лимит хороших манер и терпения закончился.

Алекса это прекрасно понимает. Поэтому ее нет ни в конференц-зале, ни у аналитиков, ни в любом другом ожидаемом месте. Она будто испарилась.

Злющий, как тысяча демонов, я возвращаюсь к себе. Паранойя уже достигла предельного уровня, поэтому устраиваю допрос своей помощнице.

— Вы знаете где сейчас Александра?