Маргарита Блинова – Ведьма ищет любовь (страница 42)
— Да уж… — скептически глянула я на подругу, припоминая собственную череду «везений», начавшуюся с
— Куда залезешь в первую очередь? — нетерпеливо заерзала Хильда, наклоняясь так близко к зеркальной поверхности, словно хотела протиснуться сквозь маленький кругляш пудреницы.
Я покрутила головой, вспомнила, что и действительно за весь день так ничего и не съела, кроме принесенных утром круассанов и решительно двинулась в сторону кухни.
— Первым делом, первым делом холодильник… — мурлыкала я, вторгаясь в вотчину поварешек и приправ.
— Как там чистенько! — ахнула впечатленная порядком Хильда.
— Почему в раковине нет грязной посуды? — поразилась Зельда.
— Где еда?! — возмутилась я, разглядывая абсолютно пустое нутро холодильного шкафа.
И говоря «пустое» я действительно имела в виду совершенно чистые недавно вымытые полки без всякого намека на продукты. Даже ячейки в дверце, где я сама обычно хранила соусы, банки с молоком, лоток с яйцами и просроченные лекарства оказался девственно пуст!
Еще не веря в случившееся, я переместилась к ящичкам кухонного гарнитура и заглянула в каждый по отдельности.
Итог проверки потряс нас с Зельдой и только Хильда, как опытная мать семейства ничего не удивилась.
— А что, собственно, вас удивляет? — сказала она. — В доме два голодных мужика, один из которых юный растущий организм, а другой — регенерирующий. Очевидно, что есть они будут за семерых.
— Ну нельзя же СТОЛЬКО сожрать! — воскликнула я и тут же вспомнила, как Николас поглощал все, в чем было замечено хотя бы парочку калорий.
Да уж! Следовало признать, что если уж тщедушный ученик смог сожрать, надкусить относительно съедобное и не подавиться, то взрослый колдун был способен и не на такое. Боюсь даже представить, какой жор открылся у Корвуса Кея после его фееричного возвращения и плена.
Но мой желудок это не утешило.
— Гребаные мужики! — в сердцах воскликнула я, еще раз обвела кухню голодным взглядом и, глубоко обиженная на гостеприимство отсутствующих хозяев, вышла из комнаты.
— Что обшарим в первую очередь? — спросила Зельда.
— А давай тогда сходим и поищем светлый схрон, — предложила Хильда.
— Ты про кладовку с вещами? — уточнила я, шагая по коридору.
— В тебе нет ни капли черной романтики, Саманта! — укорила подруга.
Я пожала плечами, внутреннее согласная с тем, что да, романтики во мне мышонок наплакал. Видимо поэтому вредный гримуар и решил проучить подопечную таким изощренным способом, как влюбленность.
Планировка домов совпадала, поэтому я достаточно быстро нашла искомое. Распахнула дверь кладовки, оценила взглядом открывшиеся богатства и присвистнула.
— Нет, вы только полюбуйтесь на это! — сказала я, разворачивая пудреницу так, чтобы подругам тоже стало видно содержимое кладовки.
— Мама дорогая, — ужаснулась Хильда. — Да кто этот парень!
— Саманта, а он точно светлый?
— А вот теперь и не знаю…
Дело в том, что в кладовой светлого было: всевозможные капканы на крупную нежить, множество мелких бутылей со святой водой, связка осиновых кольев, сундучок с серебряными кинжалами, трафарет для рисунка пентаграммы, мешочек с пеплом высшего демона, метла с переломанным древком, походный котел для варки зелий и… две маленькие розовые гантельки.
— Саманта, ты бы присмотрелась к этому колдуну, — посоветовала Зельда. — Чую, он не так прост, как всем нам кажется.
Зельдину чуйка поддержала и моя собственная, а память подкинула кучу странных нестыковок, которые я замечала в поведении Корвуса Кея и раньше.
Когда Николас устроил в доме пожар, колдун смог без напряга пробить темную защиту не самой слабой ведьмы и войти на ее территорию. А еще он ранее тесно общался с ведьмой, которая выболтала ему про особенности туфелек мгновенного перемещения.
И восстановился он как-то подозрительно быстро. Еще вчера подыхал у моей калитки, а сегодня даже следов на спине не осталось!
Да и само появление Корвуса Кея в Доротивилле вызывало у меня множество вопросов и недомолвок.
Вот почему я постаралась обыскать весь дом, сунуть нос в каждый ящик, заглянуть в каждый пыльный тайник и постараться выведать как можно больше страшных тайн про господина Кея.
Но, за исключением странного инвентаря в кладовке, единственным постыдным секретом светлого колдуна стала надкушенная шоколадка, спрятанная за подушкой дивана в гостиной. И то мы с девчонками не были до конца уверены, что это дело рук, точнее зубов, Кея и больше склонялись в сторону того, что обнаруженная нычка принадлежит маленькому и запасливому Николасу.
— Все, девчонки, отбой. Мне пора возвращаться, — сказала я, полностью обойдя дом и вновь оказавшись в спальне Корвуса.
— Пока! — махнула рукой Хильда.
— Держи нас в курсе событий! — успела крикнуть Зельда.
— Обязательно, — пообещала я и захлопнула крышку с зеркальцами, обрывая связь.
Сунула пудреницу в карман, еще раз обвела взглядом спальню и задержала взгляд на заправленной постели светлого. Кровать была явно новая, купленной Корвусом только-только, ибо старый прижимистый пер… колдун, что обитал здесь раньше, никогда бы не раскошелился на такое удобное ложе с мягким изголовьем.
Из чистого любопытства я подошла ближе, села на матрас, немного попрыгала, проверяя скрытые внутри пружины на упругость и, как — то так само вышло, что голова упала на подушку. Стряхнув с ног обувь, я вытянулась на покрывале во весь свой рост, вспомнила о матрасе в сарае, на котором коротала прошлую ночь, и внезапно поняла, что не хочу никуда уходить.
— А что! Это идея, — вслух подумала я, схватила метлу и вылетела в окно.
На контрасте со свежим ночным воздухом в моем доме отчаянно воняло свежим лаком. Тут и там валялись разбросанные рабочими инструменты, полупустые алюминиевые банки с краской и поддоны с навеки присохшими к ним кистями.
Тихо матерясь и обещая проклятья куда серьезнее, чем неспособность растрепать всему городу про демона в моем подвале, я поднялась в спальню, схватила первую попавшуюся сумку и покидала туда необходимые для ночевки вещи. На обратном пути завернула в кухню, на скорую руку сделала себе двухэтажный бутерброд, взяла вещи и вернулась в спальню Корвуса.
Будучи от природы девушкой деятельной и брезгливой, я стащила чужое постельное белье и заменила на собственное. Натянула темно-зеленую шелковую пижаму, рухнула на матрас и со стоном блаженства перекатилась. Потом прислушалась к ощущениям и прижала к груди одну из трех подушек.
Зачем Корвусу аж три подушки история умалчивала, но мне такая запасливость определенно нравилась.
И вот только я с комфортом устроилась в чужой кровати, как внизу щелкнула дверь и загромыхали тяжелые шаги. Сперва по лестнице взбежал Николас, после поднялся усталый и еще ничегошеньки не подозревающий Корвус Кей.
Мужчина открыл дверь, щелкнул включателем света, увидел всю такую счастливую меня в своей кровати и оторопел.
— Саманта? — сказал он так, словно не доверял глазам, а после опомнился, зашел в комнату и поскорее закрыл дверь. — Поверить не могу… Ты влезла в мой дом.
— Чего сразу влезла? — обиделась я. — Влетела!
Глава 2. В которой ведьма провоцирует колдуна, а он включается в эту игру
Видели бы вы лицо Корвуса при этих словах!
Оно вытянулось так, словно колдун ожидал попасть на сюрприз вечеринку по случаю дня рождения, а угодил на закрытое собрание воинствующих монашек, где его насильно усадили на стул и заставили распевать душеспасительные гимны.
Мужчина удивленно моргнул, перевел взгляд на метлу, деловито приставленную к стеночке. На гостеприимно приоткрытое окно, через которое я собственно и влетела. Сделал выводы, посуровел ликом и вернулся взглядом ко мне, занявшей его кровать.
Несколько секунд любовался этим шикарным (ну я надеюсь) зрелищем, потом с видимым трудом вернул себе дар речи и осторожно напомнил:
— Саманта, я же снял для тебя комнату «у Мо», чтобы ты могла нормально пережить все тяготы ремонта в своем доме.
— Да, — не стала отрицать я, садясь и подтягивая одеяло повыше, — и комната просто прекрасна. Особенно ванная с тапочками.
— Но?.. — верно истолковал Корвус.
— Подушки слишком мягкие, — вспомнила я про свою отмазку. — Шея, знаешь ли, затекает. А просить тебя делать мне массаж снова как-то… неловко.
— Верно ли я понял, Саманта? Просить меня помять плечи тебе показалось неловким, и вот поэтому ты крайне ловко вломилась, прости, влетела в мой дом? — тоном «женщина, где логика?!» уточнил колдун.
— Как видишь! — расплылась я в лучезарной улыбке.
Корвус на миг завис. Судя по отрешенности во взгляде и сжатым до побелевших костяшек кулакам, вернувшийся с ночной вылазки к призраку светлый колдун читал успокоительную мантру в духе «Корвус, ты добрый и светлый маг. Ты не должен психовать и портить положительные эманации святости. Нет, ты не станешь душить эту ужасную черную ведьму. Даже если тебе жутко хочется. И не потому, что не знаешь куда спрятать труп, а потому, что ты добро этого мира, а добро не должно так по-хамски себя вести. Даже если ведьма сама провоцирует…».
Выдохнул и попытался втолковать-возмутиться:
— Но это моя комната и постель.
— Ничего, дорогой сосед, перестелешь себе внизу, на диване, — самым милым голоском из своего арсенала сказала я, всем видом показывая, что настроена серьезна и из этой постели меня не прогнать никому. Даже всему светлому ковену, примчавшемуся на выручку Кею.