Маргарита Блинова – Команда «мечты» (СИ) (страница 44)
Спохватившиеся глашатаи дунули в трубы, возвещая о торжественном появлении главного действующего лица. Эддар поднялся со своего места и аккуратно подхватил с бархатной подушки золотой ободок короны.
В зале воцарилось торжественное молчание.
– У монархов принято не только передавать корону, престол и власть над всей Аристалией, но и делиться мудростью. – Его величество обвел присутствующих насмешливым взглядом. – Я хорошо помню собственную коронацию. Король Мартиуз дал мне два совета. Он сказал, что со сменой правителей для бедняка ничего не меняется, кроме профиля на монетах. А еще, что порой легче сменить короля, чем прижившуюся в замке свиту.
По залу разнеслись неуверенные смешки. Кажется, придворные не такой церемонии ждали. Я же шкурой ощущала вибрации грядущего потрясения.
Эддар неуклюже повернулся и протянул Глошаду корону. Протянул! Протянул, хотя должен был возложить венец власти на голову нового короля!
– Глошад, старший наследник престола, принц Вариэль, я вручаю тебе эту корону и говорю: те, кто сошел со сцены, пропадают в тени. В тени суфлерской ямы.
Вот так наставление. Люди, держитесь, от этих интриганов можно ждать чего угодно!
Покрутив корону в руках с таким видом, словно сомневался в ее подлинности, Глошад поднял голову и выпрямился.
– Я против того, чтобы судьба народа Аристалии зависела от воли, вернее, от нрава одного человека.
Думаю, появлению единорогов с разноцветной гривой народ удивился бы меньше, чем этому заявлению. Не дав собравшимся опомниться и вернуть глазам естественные размеры, Глошад продолжил свою тронную речь:
– История знает немало примеров – Зорг Кровавый, Кельт Грозный, Дарий Неразумный. Два века назад в битве за престол участвовало полсотни принцев, а сейчас? Четверо! От прежних королевских домов мало что осталось. Мы выбираем не из числа достойных, а из числа оставшихся.
Если вспомнить Толляна, Викарда, да того же Джерома, то я согласна. Мельчают наследники. А как деградируют…
– Как победитель битвы, я признаю традицию отжившей себя и повелеваю отменить битву и отменить право наследников королевских домов становиться новыми королями. Отныне Аристалией перестанут править и начнут руководить.
Все, сейчас у придворных начнется массовая истерика. Вон одна из барышень уже икать начала, а у главного казначея глаз задергался.
– Через час в соседнем зале состоится совет, куда будут приглашены все представители торговых гильдий, военные, промышленники, экономисты, духовные лица и некоторые представители высшего сословия. – Казалось, Глошад не ведал пощады. – Путем мирных переговоров члены совета составят официальный документ, содержащий основополагающие принципы внешней и внутренней политики Аристалии, основы деятельности, позицию по какому-либо вопросу…
Толпа зароптала. Сперва несильно, а потом разошлась в полную силу. Послышались выкрики, попытки усомниться в разумности принца. Да, безумие Глошада держали в секрете от масс, но у секрета оказалось слишком много хранителей среди знати, которая не преминула выложить этот козырь.
Решив, что больше мне тут делать нечего, я уступила свое место пожилой горничной и затерялась в толпе.
Это что же получается? Мне теперь и убивать-то некого. Нет, не то чтобы я так уж возражала, наоборот, всеми когтями «за», просто немного неожиданно вышло.
Идя по коридорам, я в красках представляла бледное лицо, голубые навыкате глаза Джерома и его реакцию на новость: «а ты больше не принц, и шанс посидеть на престоле благополучно профукал»!
– Ноэми!!!
Я так сильно залюбовалась воображаемой картинкой, что пробежала еще несколько шагов, прежде чем притормозить и обернуться.
Глошад быстро приближался. Грудная клетка ритмично ходила туда-сюда, выдавая, что преследовали меня явно не прогулочным шагом. Темные пряди, зачесанные наследником еще до начала церемонии, пришли в беспорядок, и несколько из них нахально упали на высокий лоб. Но главное – это взгляд… Дикий, голодный, многообещающий.
Не сбавляя шага, Глош окружил объятьями и увлек нас двоих в арку портала. Целовать начал еще в процессе перехода. Хотя целовать – это мягко сказано.
На меня с властным рычанием обрушились, делясь страстью и будя что-то очень древнее. Как мы очутились в его спальне – не вспомню и под пытками. Когда он успел содрать с меня плащ и умудрился порвать рубашку – вообще не представляю. Зато как я дрожащими пальцами попыталась стащить с него камзол (кощунство пришивать на мужской костюм столько пуговиц), помню очень даже хорошо.
Думаю, тут уж всем ясно, что миссия оказалась провалена так же успешно, как и убийство этого изголодавшегося дракона.
– Зараза! – ругнулась я на застопорившую весь процесс пуговицу.
Глошад, которого моя маленькая война с деталью его одежды ничуть не смущала, сжал мои ягодицы и начал увлекательное путешествие губ по моей шее вниз, к беззащитной и неприкрытой груди.
– Глош…
В идеале хотела игриво промурлыкать его имя, по делу – жалобно застонала, мелко дрожа и обхватывая его плечи руками. Вдруг в его голову придет коварная мыль дезертировать от ласк моей груди, а я к такому не готова. Вот вообще не готова!
Как-то само так вышло, что я оказалась сидящей на трюмо, плотно прижатой к телу своего любовника. Кошачья сущность еще попыталась потыкать в меня лапой, мол, ты чего творишь, он же дракон, а мы приличные кошки, но я только вяло отмахнулась.
Губы сменили пальцы, продолжая ласкать грудь, и на миг мы встретились глазами.
– Прости, я себя совсем не контролирую, – покаялся Глошад.
– Ага.
Я с восторгом прикусила его нижнюю губу, чуть потянула и лизнула, чувствуя, как даже такая легкая инициатива не на шутку его завела. Но ведь Глош не был бы мужчиной, если бы не попытался испортить такой восхитительный момент.
– Я хочу тебя, но не настаиваю… Если ты еще не готова… Ноэми, ты должна понимать… Я тоже оборотень, а инстинкты… тяга к сильному самцу… ты просто немного перевозбудилась…
Я честно старалась, отвлекала его поцелуями, но чем дальше, тем все серьезнее становился Глошад, и в итоге я зарычала:
– Клянусь, если ты сейчас же не замолчишь, я залезу в структуру твоей крови и сделаю это сама.
Он обнял мое лицо ладонями, прижался лбом к моему и хрипло попросил:
– Скажи, что тоже этого хочешь.
Прижавшись к нему бедрами и грудью, притянув к себе руками и ногами, я честно призналась:
– Безумно.
Он едва заметно вздрогнул и улыбнулся.
С места мы так и не сошли. В Глошаде проснулся первобытный варвар, и первой пострадала одежда. Второй жертвой этого произвола стал магический светильник, который принц Вариэль сшиб в процессе.
А потом на смену варвару пришел чистокровный инкуб, потому что так сладко мне еще не было никогда.
Малодушно зажмурившись, я превратилась в один дрожащий комок нервов. Тепло мужского тела, сводящий с ума аромат мяты, смешанный с запахом любимого мужчины, и теплое дыхание на своей коже.
– С этой секунды ты моя.
Толчок, единение разгоряченных тел и хриплый шепот:
– С этой и до последней.
Нет, а кто против?
Не сразу, но до постели мы все-таки добрались. Лежали, тесно прижавшись друг к другу, и довольно улыбались.
– Страшно поверить, что это все правда.
Его руки сжали чуть крепче, и я сдавленно пискнула, почему-то млея от счастья. Глош прижался губами к моим волосам и жадно вдохнул. Я же водила кончиками пальцев по его груди, наслаждаясь незнакомой ранее усталостью и наполненностью.
И вот все бы хорошо, но уж слишком настойчиво барабанили в дверь и грозились сбегать за тараном и придворным магом.
– Страшно знать, что по замку бродит столько нетактичных людей.
Глошад чуть отстранился и провел большим пальцем по моим припухшим губам.
– Их можно понять. Все-таки не каждый день новый король отказывается от власти, чтобы отдать ее в руки любого желающего.
– Любого желающего? – переспросила я, всем видом давая понять, что не так наивна, чтобы поверить в эту байку.
– А тебя не обманешь, кошечка.
Меня поощрили легким поцелуем и начали колоться:
– Я слишком хорошо представляю, что бывает с теми, кто нарушает данные клятвы. Эддар нашел бы способ отплатить мне за самонадеянность. Как ты знаешь, Итон не пришел бы в восторг от перспективы передачи ему власти. Иное дело, если престол – средоточие власти и многовекового величия Аристалии – стоит брошенным. В подобной ситуации Итон не сможет остаться в стороне и примет участие в совете, чтобы скорректировать судьбу Аристалии и не дать глупцам поводья.
– Да, но почему ты уверен, что его изберут новым правителем?
Глошад лукаво улыбнулся.
– Потому что Итон хорош. Чертовски хорош. Он сделал так много для людей, что теперь не в состоянии отвертеться от их благодарности. К тому же я подстраховался и через Ильсора пригласил на совет всех должников Итона-Бенедикта. Канцлер на нашей стороне и в нужный момент предложит совету кандидатуру, которую однозначно выберут новым правителем.
Честное слово, поражает его уверенность, а еще… хитрожопость. Это надо же провернуть такую схему!