Маргарита Блинова – Команда «мечты» (СИ) (страница 22)
Перекатившись под защиту кроны, я начала поспешную трансформацию, срывая с себя тридцать три одежды, поддетые ради утепления, как вдруг заметила, что змеиный хвост ведет себя крайне подозрительно. Вместо того, чтобы бить кончиком по земле от предвкушения и азарта охоты, как это бывает у кошек, или стоять торчком, как у агрессивных кобелей, или причудливо изгибаться, как и положено приличным кобрам, хвост безвольно болтался.
Нет, приличные части тела себя так не ведут. Остановив трансформацию и дергание ногами в попытке снять валенки без помощи рук, я пригляделась и таки заметила еще парочку нестыковок в поведении противника. А уж когда тот под сдвоенной атакой кого-то из парней пошел едва заметной рябью, вообще встала, отряхнула налипший снег и преспокойно уселась на ствол.
Гуля спикировала с неба и деловито устроилась рядом.
– Нет, я и раньше знала, что долгое бездействие крайне негативно влияет на интеллектуальные способности, но чтобы настолько отупеть…
Я пожала плечами и вспомнила, что в кармане завалялась пачка печенья.
В комнату без стука вошел высокий воин с тонким золотым ободком, скрепляющим темные волосы, беззвучно прикрыл дверь и застыл, глядя на хозяина кабинета. Не поднимая головы от документов, Итон щелкнул пальцами, отсылая секретарю просьбу принести кофе на две персоны, и буркнул:
– Постучать забыл.
Декан факультета закрытых знаний издал язвительный смешок.
– Зачем? Ты же слышишь звон моих любовных побрякушек за версту.
– Слышу, – кивнул ректор. – И эта немузыкальная какофония жутко меня нервирует.
– Потерпишь, – отмахнулся Маккалич, проходя и устало опираясь на спинку кресла локтями.
Первый меч королевства не изменил своей привычке выглядеть безукоризненно в любой ситуации. Несмотря на три полубессонные ночи, многочасовые тренировки с Джеромом и общее переутомление, Дерен смотрелся идеально. Темно-синий костюм, белоснежная рубашка с шейным платком цвета стали и запах дорогого парфюма.
– Дети в относительной безопасности.
Итон отложил документы и нахмурился.
– Относительной?
– Прости, Итон, но я не верю, что под надзором Ши-Вана и Гули дети будут в полной безопасности, – с улыбкой пояснил декан факультета закрытых знаний, обходя и устраиваясь в кресле.
– Не волнуйся, Айрис за всеми присмотрит, – «утешил» собеседника Итон, проигнорировал выражение крайнего скепсиса на лице телохранителя принца и уточнил: – с Морлоками проблем не возникло?
Маккалич чуть поморщился, снял с рукава видимый только ему волос и сухо отчитался:
– Проблем не было. Как только Морлоки узнали, по чьей просьбе я прибыл, на радостях предоставили не только крыло замка, но и собственную охрану. В крепости усилят и выставят дополнительные отряды дозорных, казармы пополнятся воинами из запаса, в крыле принца перепроверят не только уровень комфорта, но и магические контуры. Зная скупость и ту неохоту, с которой представители этой известной в Аристалии фамилии идут навстречу королевским семьям, я задался вопросом: что такого ты сделал для Морлоков, раз они так расстарались?
– Спас жизнь наследнику.
Итон сказал об этом, как о ничего не значащем и даже досадном инциденте, случившемся в далеком прошлом, вот только Маккалич все равно напрягся. Сколько еще семей Аристалии бывший капитан королевского флота успел выручить или спасти? И что будет, если однажды ему придет в голову потребовать вернуть долг у всех разом?
– Что с лицом, Дерен? Еще немного, и я поверю, что у тебя острое отравление.
Ректор пытался запихнуть пухлую папку с кривой пометкой «Бухгалтерия» в верхний ящик стола. Папка категорически не хотела вписываться в тесное нутро, Итон с упрямством руководителя настаивал. И вот в этот крайне напряженный для начальства момент Дерен заявил:
– Я хочу вывести Памелу из команды.
Итон замер, перевел на собеседника тяжелый взгляд и вкрадчиво поинтересовался:
– Спятил? Она невеста принца. Будущая королева.
– Она не переживет еще одного покушения! – неожиданно вышел из себя первый меч королевства, славившийся на все королевство постельными утехами, мастерством владения холодным оружием и стопроцентной выдержкой.
Видя, что последнее дало трещину, Итон отложил на время помилованную папку и кивнул:
– Хорошо, я подумаю.
– М-да… – протянула я, глядя на то, как очухавшийся Шархай, воинственно рыча, кидается на монстра, едва не сбив Джерома с ног. – С такой командой и наемники не нужны.
– Укокошат и не заметят, – согласно кивнула каменная вредина.
Пока остальные бились не на жизнь, а на смерть с фантомом, мы с Гулей прохлаждались в сторонке, методично уничтожая печенье и ехидно комментируя происходящее.
– Ва-а-а-а! – взревел фантом, а я с уважением уставилась на монстра.
– Открой я так широко пасть, заработала бы вывих, – с нескрываемой завистью шепнула зависшей рядом Гуле.
Словно услышав комментарий, пауко-волко-кобр развернулся к нам.
Зверюга раззявила крокодилью пасть и плотоядно оскалилась во все сотни три клыков. Нет, возможно, я и обсчиталась на десяток-другой, но на общем впечатлении это не сказалось. Кошачьи боги, это сколько же терпенья должно быть у стоматолога, чтобы принять такого нервного пациента?
Пока я предавалась задумчивому созерцанию чужой челюсти, Джером ударился в панику.
– Ноэми, в сторону! – зло проорало маменькино величество.
Ага, вот прям бегу и падаю.
Я грациозно поднялась, величественно кивнула горгулье и уставилась на фантом.
– Плохой! Плохой котик!
Монстр поперхнулся рыком, возмущенно глянул на охамевшую добычу (видать, не особо обрадовался званию «котика») и метко плюнул. Быть оплеванной я наотрез отказалась, успев отскочить и закатиться зверюге под брюхо, а дальше… Дальше удача отвернулась от черной кошки и переметнулась в стан врага. Поправ все законы природы, эта гадина умудрилась извернуть заднюю конечность под немыслимым углом и наподдать гордой и отважной парде по мягкому месту.
– И! – совсем по-девчачьи взвизгнула «гордая и отважная», проехав по снегу метр и тюкнувшись буйной головушкой о поваленный ствол.
Подхватив валяющийся на снегу сук, не глядя зашвырнула назад, а услышав характерный хруст дерева, с недоумением обернулась. Неужели попала?
Монстр, до глубины души пораженный моим коварством, выплюнул невкусную каку, освобождая пасть для свежего мясца, и, взревев, бросился в атаку.
Выждав момент, я подпрыгнула и, используя членистую ногу в качестве опоры, красивой ласточкой взлетела на спину зверя. По уму фантом уничтожался точно так же, как его живой аналог. То есть будь перед нами паук-переросток, достаточно замахнуться тапкой, но как уничтожить пауко-волко-кобра с башкой крокодила?
– Меч! Мне нужен меч! – крикнула Джерому, атакующему тварь, и тут же пожалела, так как на просьбу откликнулись все присутствующие на поляне воины и даже те, кто просто прятался за стволами деревьев.
Испуганно вжалась в мохнатую спину твари и, переждав свист пролетающих над головой мечей, топора и одного отравленного кинжала, выпрямилась и зло рявкнула:
– Идиоты!
– Ва-а-а!!! – поддержал меня противник и загарцевал, аки ретивый бычок по весне.
Чертыхнувшись и инстинктивно сжав ногами волчьи бока, я выпустила когти. Бритвенно-острые, они с легкостью пропороли шкуру, очень тонкую в стыке крокодильей головушки и мохнатой шеи. Подоспевший на подмогу Джером перерубил паучьи лапки, и монстр брякнулся на снег, а рядом, орошая белое полотно ярко-алой кровью, упала открученная голова. Стряхнув с пальцев кровь и на всякий случай протерев ладони снегом (мало ли что еще у этой тварюшки отравлено), сползла с поверженного врага и на мелко подрагивающих от перенапряжения ногах побрела к ребятам.
– Ты в порядке? – уточнил наш бравый принц, обнимая и прижимая меня к своему теплому боку.
– Как видишь! – усмехнулась я, рассматривая растущую прямо на глазах шишку аккурат посредине высокого лба младшего наследника престола.
Салли присел рядом с неизвестным бестиариям видом, поднял руки над остывающим телом и запустил сканирование.
– Ребята, да это же фантом! – потрясенно выкрикнул он через полминуты.
– А ты думал, мы вам настоящую зверушку подсунем? – язвительно уточнила зависающая в воздухе горгулья, хохотнула и позвала:
– Марти-и-ик, выходи!
И он вышел. Очень высокий. Опасный. И хохочущий во всю мощь немаленьких легких!
– Ох, видели бы вы свои рожи со стороны! – утирая выступившие слезы, выдавил маг. – Пардочка, а ты просто во!
Я оценила поднятый вверх большой палец и улыбнулась. С этим здоровяком мы точно подружимся. А вот остальные моего теплого чувства к магу не разделяли. Заподозрив в нем очередного тирана и садиста, скрывающегося под словосочетанием «новый преподаватель», понурая и сопливая команда принца сгрудилась в кучку вокруг Джерома и укоризненно поглядывала на отщепенцев: горгулью (эта крылатая вредина перекочевала на плечо здоровяка и принялась что-то отмечать на листочке со страшным словом «ведомость»), лесничего (мужичок от страха перед доселе не виданным в исхоженных лесах зверем умудрился вкопаться в сугроб и теперь пребывал в сомнениях – вылезать или дождаться, пока чокнутые студенты свалят куда подальше) и, конечно же, меня.
Тихонько мурлыкая и жмурясь от удовольствия, я предавалась мечтам, как выпытаю у Мартика структуру такой стабильной иллюзии. Нет, такую огромную зверюгу я со своим скудным резервом не потяну, но сотворить миниатюрного пауко-волко-кобра с башкой крокодила вполне себе в состоянии. В конце концов, в рукаве каждой женщины должен прятаться козырной туз на случай срочной мести конкурентке. И пусть конкуренток пока даже на горизонте нет, перестраховаться не грех. Инстинкты подсказывали, что особенно наивные и легкомысленные парды долго не живут, а я привыкла верить кошачьей сущности.