Маргарита Блинова – Гарпия в Академии (СИ) (страница 28)
– А вам известно, что традиция праздновать экватор, то есть середину, пришла к студентам от моряков? У морских волков есть забавный обряд купания новичков в экваториальных водах. Считается, что если ты не пересек серединную параллель вплавь, то не познал море.
Собравшиеся старательно морщили лбы, но ход моих мыслей пока не улавливали. Пришлось давать вторую подсказку:
– На преподавательском этаже есть одна очень примечательная ванна. Старинная, на львиных ножках, располагается аккурат напротив оконного проема… Литров на двести пива где-то.
– И зачем нам ванна? – спросил кто-то из свиты Короля.
Я картинно заломила брови.
– А где еще вы собираетесь проводить купание в студенческих экваториальных водах?
Кира улыбнулась. Улыбка вышла на зависть всем крокодилам.
Вечер перед пирушкой не задался.
День медленно умер, излившись алой вспышкой на горизонте. Я сидела в учительской и зевала над журналами, которые была обязана заполнять, да будут прокляты бумагомаратели и бюрократы. Григорович устроился за соседним столом и пил чай из кружки оборотня. В общем, коротали скучный вечер, никого не трогали, как вдруг из коридора прилетело невероятно злое:
– Где это чудовище!!!
Глава безопасности и по совместительству новый надзиратель отставил чашку и вопросительно глянул в мою сторону. Охотно отодвинув журналы, я сладко потянулась и обронила:
– Спокойствие, это он меня потерял.
Дверь на кафедру распахнулась, внутрь вбежала запыхавшаяся преподавательница по грезам.
– Марсия! Вам лучше спрятаться, – «обрадовала» Юлая Уотерби.
Проявив излишнюю самонадеянность, я осталась на месте, а вот Григоровичу не сиделось. Даже странно, что такого неугомонного начальника отправили сюда, в Академию, дабы присматривать за какой-то там гарпией, пусть и прославленной на весь материк газетчиками из-за убийства Даркина. Неужели Григорович такой плохой начальник, что от него решили избавиться? Или, наоборот, настолько первоклассный специалист своего дела, что под прикрытием слежки за мной способен навербовать к себе в агентство кучу молодых и талантливых кадров?
Пока я думала о скрытых мотивах, любопытство толкнуло Григоровича на то, чтобы пересечь кабинет и выглянуть в коридор. Секунду он смотрел в том направлении, откуда доносилась грозная поступь великана, потом неспешно прикрыл дверь, отошел к перегородке, где пряталась чайная, и только тут в голос заржал.
– Ох… ох… – всхлипывал глава агентства безопасности, сотрясаясь от смеха и утирая выступившие в уголках глаз слезы.
И мне бы уже тогда заподозрить неладное, но я все еще верила в собственное бесстрашие и миролюбие дракона. Как говорят, надежда – коварная гадина. Она, как вода, всегда найдет слабое место, чтобы просочиться дальше.
Дверь в кабинет распахнулась, бряцнула ручкой о стену и полетела обратно. Воссоединению с наличниками помешал кулак вандала. Выбив дверь, Эрг Гай Кьяри, дракон смерти, декан факультета темных искусств и просто отвратительный собеседник, воззрился на меня ярко-зелеными глазищами и витиевато выругался.
Там были изысканные в своей виртуозности оскорбления, грязные намеки на интимные связи со всеми представителями животного мира и заявление, что госпожа гарпия родилась в насмешку всем контрацептическим заклинаниям… Сразу ясно, драконище в теме разбирался, вот бы кому сексуальное воспитание преподавать. И мне бы фиксировать за ним, но я обалдело таращилась на дело рук своих. На безукоризненно синий и ужасный оттенок волос дракона.
Великие ветра, мне каюк!
В голове возникло вспоминание, как я стояла в мужской ванной и… мстила. Как переставляла флаконы, прятала мочалку и наливала в шампунь синьку… М-да, синьки я не пожалела. А ведь максимум на что рассчитывала – легкая голубизна.
Он как вообще так помыть голову умудрился? Заснул с шампунем на голове?
Пока я любовалась новым стайлом декана, надо мной вырос шкаф драконьего происхождения. С той только разницей, что обычный шкаф при желании можно быстренько захлопнуть, а вот негодующего Кьяри заткнуть было невозможно…
– Чем ты думала! – орал он. – Через три дня званый ужин для спонсоров Академии! Или ты нарочно хотела выставить меня посмешищем?
Конечно, нет. Эффект вышел оглушительно удачным и подтвердил аксиому: все самое лучшее происходит случайно. Да кто ж признается? А посему делаем коварную рожицу и с чувством выполненного долга рассматриваем экстравагантную прическу.
Гнев дракона перешел в стадию тихой решимости. Ага, тихой решимости прибить.
– Гарпия, вот объясни, за что ты меня так ненавидишь?!
– Все дело в вашем одеколоне, господин Кьяри. – Я картинно поморщилась. – Редкостная дрянь!
Григорович захрюкал и начал сползать по стеночке вниз. Юлая Уотерби ничего смешного в ситуации не видела и испуганно косилась на гневающееся начальство. А Кьяри громко сопел, играл желваками и пугал огромными кулачищами.
– Да как ты с таким характером умудрилась выжить? – патетически вопрошал он у неба, глядя на трещины в побеленном потолке.
– У меня чудесный характер. Просто замечательный! – горячилась я. – Это у вас нервишки не в порядке.
Декан насмешливо хмыкнул. Звук вышел до того мерзким, словно чья-то чешуйчатая задница села на хомяка. Нет. Будто носорог пукнул.
На крики прибежал Галактион Белозерский, на несколько секунд завис, глядя на синюю макушку Кьяри, переключился на выбитую дверь и потерял терпение. На орехи досталось всем. На Кьяри натянули шляпу – нечто настолько убогое и страшное, что даже моль не стала ЭТО жрать, – и отправили к лаборантам за средством по сведению экстремальной синюшности с волос. Юлаю послали за оттеночным шампунем на случай, если химики не справятся. Григоровичу учтиво посоветовали перестать гоготать, как стадо гиен, и заняться своими обязанностями, то есть проверить, как работает система безопасности (что особенно актуально в связи с грядущей вечеринкой студентов).
А потом ректор обернулся к основному источнику проблем. Ко мне, короче.
– Ну а вы, госпожа… – Клянусь, с его губ едва не сорвалось слово «гарпия», но Белозерский вовремя сглотнул и выдавил: – Госпожа Браун, чините дверь!
– Я?!!
Руководитель Академии, Начальник с большой буквы, могучий и суровый маг глянул на меня, прикинул шансы проснуться с темно-коричневым оттенком кожи или извращенной прической и пошел на попятную:
– Хорошо, перефразирую. Идите и найдите кого-то, на кого вы переложите это архиважное задание.
Обрадованный завхоз только вздохнул и пошел, в свою очередь, радовать плотника, а я поплелась к себе, в надежде вздремнуть перед вечеринкой.
В комнате было непривычно тихо. Напротив окна болтался прикрепленный к потолку гамак – мое спальное место, всю левую стену занимали стеллажи с книгами, нагло похищенными из библиотечных архивов, справа стоял заваленный вещами стул, а рядом – низенький топчан, где ночевал, точнее ворочался, Григорович.
К слову, пользы от последнего было как от насморка. То есть новый надзиратель таскался за мной в перерывах и порой дрых на задних партах во время занятий, делил комнату и бросал вещи куда попало, но не досаждал так сильно, чтобы вызвать желание прибить.
Оказавшись в ванной, я заперлась, открыла кран над раковиной, а сама легла в ванну как была, в одежде. Теперь вернувшийся Григорович услышит плеск воды и решит, что госпожа гарпия смывает с себя утомительный рабочий день. И даже не заподозрит, как я далеко.
Достала из футляра черный браслет, сделанный из переплетения тонкой проволоки в мягкой оболочке, еще раз заглянула в конверт и прочитала карточку:
«С нетерпением ждем вас в Блуждающем чертоге».
Что ж, надеюсь, этот таинственный дворец непристойности и блуда переживет встречу со мной…
Глава третья
Ночные приключения
– …открываю глаза, а там он! – проникновенно вещала я. – Стоит и трясет своим хозяйством аккурат у моего лица!
Окончание рассказа потонуло в девичьем дружном визге и хохоте. Недовольные взгляды парней, кучковавшихся в противоположном конце огромного зала, где проходил сбор перед вечеринкой, взывали к моей совести, но тщетно.
Где-то наверху Кира и ее подельники воровали ванну с преподавательского этажа, еще с десяток преданных делу студентов тащили по техническим проходам ящики с пивом и подносы с закусками – праздновать решили в одной из башен бывших ректоров, закрытой для ремонтных работ. Как по мне, идеальное место – даже если и сломают что-то, не страшно. Более того, ушлая Кира раздобыла где-то поэтажные планы перепланировки и теперь собиралась устроить соревнование «Кто быстрее снесет стену». Куда ни глянь – везде польза!
Девчонки немного успокоились и воззрились на меня.
– Госпожа Браун, и кто это был? – полюбопытствовала одна из студенток, одетая в яркий топик и узенькие штаны.
– А… – отмахнулась я и не сдержала улыбку. – Какой-то престарелый нудист, случайно забредший на пляж.
Девчонки громко захохотали. Это была уже десятая байка из моего «сексуального опыта», но встречали ее так же хорошо, как и первую. На подходе был рассказ о том, как я посещала таинственный дворец непристойности и блуда. Если коротко, то полчаса в Блуждающем чертоге прошли безразвратно. В том плане, что я даже разврат умудрилась высмеять. Будь мы на уроке, строгий преподаватель уже выставил бы меня за дверь. Да что там! Меня выставили бы за дверь всем классом!