Маргарита Блинова – Догнать невесту! (СИ) (страница 43)
– Страна вас не забудет! – крикнула вслед. Зачем-то кинула зигу, сама не знаю, как так вышло, рука непроизвольно дернулась, после чего поспешила закрыть стеклянные створки.
Вернувшись за стол, решила, что взывать к атрофированной еще в младенчестве совести некоторых самоуверенных королей бессмысленно и с аппетитом вгрызлась в жаркое.
– Дай угадаю, – между делом кинула взгляд на жующего недосупруга, – на нашем представлении с колдуном Пахомом ты тоже успел побывать?
– Колдун вышел очень реалистичным, – кивнул Макс, вытирая жирные пальцы о салфетку.
– Но зачем?!
Удивительно, но за Быка и Белоснежку мне была более обидно, чем за подставу с кольцом. Почему так? Понятия не имею, но факт оставался фактом!
– Тут надо знать всю историю… Когда-то давно Бык был главой клана, – разливая вино по бокалам, начал рассказ Макс, – но из-за скверного характера он умудрился поссориться еще с тремя кланами. Те объединились, напали и вырезали всех, кто был под защитой Быка.
Я вздрогнула, представив картину, и поспешно выпила. Ничего так у нас романтическое свидание получается. Не удивлюсь, если дальше мы еще на кладбище пойдем по грибы да ягоды!
Максимельян чокнулся со мной бокалом, сделал большой глоток и продолжил:
– Наемника избили и оставили наедине с мертвыми телами друзей, учеников и принятых в клан детей. Бык похоронил всех, а потом пошел мстить… Это кровавая история, закончившаяся тем, что я откопал Быка в трактире и предложил работать на Гиз.
– И он тебя послал на три веселых буквы, – озвучила я, хотя ответ лежал на поверхности.
– Ну да, – не стал упорствовать Макс. – Трижды. А потом случайно…
– Ой ли, «случайно»?
– Будем считать, случайно, – улыбнулся король, руками поедающий мясо с тарелки. – Увидел, как наши новобранцы машут мечами, ужаснулся и взялся за тренировочный процесс. Так и прижился.
Я в нетерпении поерзала на стуле, заодно поправив слегка задравшуюся рубашку.
– И как эта грустная история связана с менее грустной беременностью леди Уокер?
– Напрямую. Никто их в постель друг к другу не толкал, сами решили, значит, чувства есть. Я подозревал это уже давно, по тому, как менялись их ауры в присутствии друг друга, а дальше – благородный риск и немного магии, способствующей зачатию. По возвращении, аккурат после ужина, пока ваша неугомонная четверка бегала за дегтем и щипала из подушек перья, советник Дрим собрал кандидаток, и я принес им свои официальные извинения за грубость и бестактность наемника. Вот тогда-то и почувствовал, что леди Уокер в положении.
– А почему не сказал?
– Чтобы она втихаря избавилась от плода и потом всю жизнь жалела о совершенной в юности ошибке? – поднял брови самый предусмотрительный мужчина из всех, кого я только знала. – Мне нужна была огласка. Огласка примирила бы леди с ее новым положением, а Быка бы подтолкнула к решительным действиям.
– Видела я те решительные действия! – фыркнула в ответ. – Они тебе половину замка перебьют, прежде чем смогут нормально пообщаться друг с другом.
Макс пожал плечами и легкомысленно улыбнулся:
– Мне никогда не нравился весь этот хлам, что пылился по углам.
Мы выпили, точнее, помянули «хлам». Еда, выпивка и объяснения сделали меня чуточку более благосклонной к случившейся подставе. В конце концов, Макс в чем-то прав, Бык как наемник будет носиться с леди Уокер, как с писаной торбой. А уж когда появятся двойняшки, так вообще… Дети, рожденные от наемников – это святыня! Причем для всех кланов!
Дело за малым – уломать Белоснежку на свадьбу. Тут тоже есть загвоздка в виде не слишком презентабельного на фоне короля кандидата, вот только кто ж осмелиться хоть слово против наемника сказать? И потом, она сама хотела вольной жизни, перемен и движухи, а уж Бык ей это обеспечит!
Мы быстро уничтожили мясо, а я даже поклевала отвергнутый его величеством салатик. Так, чисто из упрямства. Прихватив коробку сладостей и еще одну бутылку с фужерами, вернулись в спальню и завалились на алые простыни.
– С Джамбо что делать будем?
Я уставилась на Макса, как фанаты на новый айфон, и испытала удивительную гамму эмоций: восторг от мысли, что в кои-то веки мне предлагают поучаствовать, а не быть марионеткой в ловких руках умелого кукловода; изумление: ведь Макс – он же такой умный и хитрый, а хочет посоветоваться именно со мной; и теплое чувство благодарности за то, что хочет делать что-то вместе.
Да, знаю, мы не боги, чтобы вершить чужие судьбы… Минуточку! Я ж Богиня. Мне вообще по статусу положено!
– Слууушай, – нараспев протянула я, разворачивая пирожное, по внешнему виду напоминающее наше «картошку». – А кто у нас из более-менее адекватных кандидаток остались?
– А кто из нас двоих сваха? – нагло усмехнулся Макс, наклоняясь и откусывая половину пирожного.
От МОЕГО пирожного!
– Ты богине-то не дерзи, – приосанилась я, для сохранности запихивая оставшуюся часть в рот. – Я фе и обифиться могу! А воофе я куда-то свой спифок сунула…
Максимельян долил вина в бокалы, поставил бутылку прямо на пол и негромко щелкнул пальцами. В воздухе появился знакомый свиток и с мягким шелестом спустился на одеяло, чтобы быть схваченным моими загребущими руками собственницы.
Нет, с кандидаткой определились быстро. Бойкая леди из небогатого, сдающего свои позиции аристократического рода подходила на все сто, но лично мне девица не нравилась, за что получила прозвище леди Стервелла Де Виль. Однако Максимельян на правах лучшего друга утверждал, что леди как раз во вкусе Джамбо.
Я еще чуток покочевряжилась, надула губы уточкой, а потом вздохнула и великодушно сдалась, ибо месье Крепкий сон уже активно звал в свои объятья.
– Только давай эту парочку сведем без незапланированной беременности? – попросила я, с трудом побеждая рвущийся наружу зевок.
– Как получится, – ушел от ответа недосупруг.
Или, с учетом колечка на пальце, уже пора мысленно звать его женихом?
– Мари… А сколько будет детей у нас?
Вот умеют же некоторые все портить.
Сделав посерьезней лицо, я уставилась в упор на Макса.
– Слышал щелчок? Это раз и навсегда отключилось мое желание спать с тобой.
Я даже отодвинулась от приятно пахнущего теплого бока. Точнее, попыталась. Максимельян тихо засмеялся, перевернулся, подмял под себя и вкрадчиво шепнул:
– Уверена?
А потом этот гад доказал, что прекрасно осведомлен обо всех «рычажках и кнопочках» моего тела. И то, что секунду назад выключилось, так же быстро загорелось вновь.
Что еще сказать? Эту битву я проиграла. Проиграла, потому что никакого желания выигрывать и не было.
Глава 14. Мир полон случайных встреч. Но подчас самые важные из них происходят в какой-нибудь унылый четверг после затянувшегося бранча
Максимельян уже давно спал, а я все гипнотизировала алый полог кровати и никак не могла вернуть потерянный сон. Прислушавшись к себе, сообразила, что внутри с боку на бок вертится тревога. Тревога была мелкая, но колючая, словно ежик.
Попытка разобраться в чем дело привела к одному – я вдруг почувствовала, что немедленно, вот прям сию минуту, жажду общения с умным человеком.
И вот вам мой совет на будущее: все, подчеркиваю, все решения, которые принимаются после трех часов ночи – это неправильные решения. Просто запомните и пользуйтесь!
Жаль, что тогда мне это в голову не пришло.
Осторожно выбравшись из постели, я собрала одежду, быстро натянула ее в ванной и уже оттуда позвала Дизона. Заспанный Страж зову не обрадовался, но перенес в Запретный город.
– Что стрясло-о-о-ось? – окончание фразы незаметно перетекло в широкий зрелищный зевок.
– А ты вспомни, сколько раз меня вот так среди ночи дергал, – позлорадствовала я.
– Так тогда по делу, а сейчас где пожар? – буркнул кот, с удовольствием прогибаясь в спине и потягиваясь.
Я чуть не ляпнула: «пожар в душе и шило в…», но вовремя прикусила острый язычок, соскочила с камня алтаря и отправилась на поиски Дина Морияди. Поиски оказались непродолжительными. Седовласый старичок обнаружился аккурат на том же самом месте, где мы его оставили, то есть перед аркой Скола.
Ученый суетился в котловане под аркой портала. Котлован возник после нашего с Террой побоища, открыв нижнюю часть Скола. Морияди перерисовывал отметины на гранях в свой блокнотик и выглядел до безобразия счастливым. Вот один в один я до упомянутых Максом детишек.
– Это невероятно! Исключительное везение! Уникальные данные! – периодически выкрикивал Морияди, словно больной копролалией нецензурную брань.
– Господин Морияди! – позвала я сверху, но не дождавшись реакции, села на попу и съехала вниз.
Ох уж эти ученые, колбасы крученые… Если уж увлеклись работой, то за уши их не оттащишь.
– Кто здесь?! – встрепенулся старичок, едва я подошла и тронула его за плечо.
– Я здесь, – на всякий случай улыбнулась, а то дерганый он какой-то, мало ли чего. – Господин Морияди, у меня к вам пару вопросов. Но начнем не с них… Вот! Взгляните.
Ученый забрал из моих рук записку от принцессы Мариэллы Витард, которую я с некоторых пор постоянно носила с собой в заднем кармане. Потрепанная жизнью записка такого кощунства с моей стороны не вынесла и начала расходиться на сгибах, грозя переквалифицироваться в помятый пазл. К счастью, старичок был привычен к подобного рода вещам и ловко раскрыл листок. Секунду его глаза бегали туда-сюда по строчкам, а потом ученый заливисто расхохотался.