Маргарита Ардо – Пальцем в небо (страница 13)
— Не парься! Закуски закажем, а блюдо посерьёзнее мы с Филиппом сами соорудим. У нас традиция: мужчины — на кухню, женщины — пить пиво и смотреть футбол. — И расхохотался басисто.
Идеален. У меня аж комплексы развились. Боже, ну и как такому соответствовать?
Мой любимый мужчина за порог, я — в Интернет, а затем на автобус и к зданию Нью-Йорк Таймс. Не знаю, может, мёдом тут намазано?
Или просто очень хотелось. Хотя бы поглазеть. И подумать. Обо мне и моём любимом мужчине. Я должна быть ему интересна! Можно, конечно, каждый день ходить по салонам и скупать наряды, но так я быстро превращусь в «Монику», а это чревато! Если уж быть совершенно честной, то экс-жена Джека была гораздо красивее меня и однозначно эффектнее. И ростом вовсе не гном Вася… Но где она, и где Джек?
Вывод напрашивался сам собой: под лежачий камень вода не течёт… А если Магомет сам не идёт, сердце у горы не поёт. И вообще просто скучно быть заядлой домохозяйкой. О чём рассказать мужу вечером? О кастрюле? И ту Эми начищает причём с таким видом, будто она — домовладелица, а я на птичьих правах. Моими улыбками её не прошибёшь, хотя я продолжу улыбаться. А насчёт прав… было немножко тревожно, ведь Джек пока не торопился вести меня под венец…
Я задрала голову, жадно осматривая небоскрёб Нью-Йорк Таймс, отступила шаг назад и вдруг наткнулась на кого-то. Уронила сумку и Айфон, на который попутно пыталась запечатлеть вид. Присела, чтобы поднять.
— Простите, — произнёс приятный баритон.
В фокус моего взгляда попали мужские руки с аристократичными пальцами, подбирающими с земли мою косметичку, очки и блокнот. Я подняла глаза и увидела потрясающе красивого мужчину лет тридцати. Кареглазый брюнет голливудского типа улыбался мне виновато. Лишь впихнув всё выпавшее содержимое обратно в мою сумочку, он поднял свой портфель.
Я тоже пробормотала извинения.
— На работу первый день? — с британским акцентом спросил молодой человек, внешне ничем на англичанина не похожий. Элегантный шарф наброшен на ворот короткого синего пальто. Тёмно-красные перчатки. Туфли… Наверняка уровень высшего звена или около того.
— Нет… Я не работаю… Хотелось бы… Но пока… — Ничего умнее в голову не пришло.
— Хотелось бы? Так что мешает? — спросил красавец.
Я смутилась.
— У меня пока и рабочей визы нет. Это так. Мысли… Мечты.
— Мечты должны сбываться! Тем более здесь, в Нью-Йорке, — подмигнул он.
Мои щёки залились румянцем. Мужчина кивнул и направился уверенным шагом в святая святых журналистики.
Мне стало неловко продолжать пялиться на вход в издательство, и я задумчиво пошла по улице. Мда, журналистка… У меня даже статей в портфолио нет. Рекламная ерунда не в счёт. На английском так вообще ничего… Мечты? Глупые, наверное.
Я увидела, как официант распахивает стеклянные двери Вольфганг Стейк-хауза. И вдруг меня осенило! Пока я не могу быть журналистом, но писать-то я могу! И есть о чём — Таня и девчонки спрашивают о Нью-Йорке то в What's Up, то в Скайпе. Наверняка найдутся люди в России, кому это тоже будет полезно. А я могу вести блог сразу на трёх языках — французский добавлю тоже, чтобы не закис. В том же Инстаграме!
Решено! Я стану блогером! И начнём с простого — с еды. Это всем интересно: рецепты, рестораны, кафешечки. Их тут — не перечесть! А потом, возможно, и что-то серьёзнее нащупаю.
Жизнь за океаном, не такая, как дома, от первого лица… — разве это не любопытно?
Ноги сами завели меня в Стейк-хауз, где мы обедали с Джеком. Я выбрала тот же столик во втором зале, обманывая себя ассоциацией, будто мой любимый мужчина рядом, и под чашечку чая погрузилась в мысли и Интернет. Видеоблогеры, инстаграмеры, твиттеристы и чёртова дюжина разновидностей независимых корреспондентов сегодняшнего дня вещали о разном и по-разному. Я сфотографировала чай и интерьер, запустила в Инстраграм. Главное — начать!
И вдруг из-за спины послышалось старческое:
Я обернулась с улыбкой и узнала экстравагантного старика — всё в том же жёлтом пиджаке, но в бабочке, разукрашенной в цвета американского флага и в красных джинсах. Седой и высушенный годами, старик, казалось, компенсировал яркостью одежд собственную блеклость.
— Роберт Фрост! — воскликнула я и привстала, чуть поклонившись и с почтением приложив ладонь к сердцу. — Здравствуйте!
— Доброго вам утра, юная леди! Отчего же вы сегодня в одиночестве?
— Мой жених на работе, а я предоставлена сама себе и размышлениям о смысле жизни, как это ни банально звучит.
— Отнюдь не банально, — прошамкал старик. И поклонился мне, так и не сев. — С моей стороны неучтиво не представиться. Уильям Баррел к вашим услугам.
— Александра Лозанина. — Сам вид и любезность старика располагали к реверансу.
— Вы позволите нарушить ваше уединение или это будет с моей стороны бестактным? — По серым, почти прозрачным глазам с красными сосудиками на желтоватых белках было видно, что ему очень хочется поболтать со мной.
Отчего бы и нет? Говорить о стихах намного приятнее, чем обмениваться колкостями с Меделин.
— Буду только рада, — просияла я.
Старик расшаркался и, отодвинув со скрежетом стул, присел напротив меня.
— Так на чём вы остановились, милая Александра? И называйте, пожалуйста, меня Уиллом. В мои девяносто уже можно и пофамильярничать. А если я задаю лишние вопросы, так и говорите: «Не ваше дело, мистер Уилл». Договорились?
— Договорились, мистер Уилл. Я остановилась на решении начать блог. Вы знаете, что такое блоги?
— Я — старая тележка, но не отстаю от жизни. Вы будете писать о стихах?
Я задумалась… стихи попросту не пришли мне в голову.
— Думала о более приземлённом — о собственном покорении Америки. Но ваша мысль мне очень нравится! Почему бы не украшать каждое сообщение четверостишьем? Кажется, это будет оригинально.
— Весьма. Как же случилось, что такая юная леди и уже покорительница?
— Я пока не покорительница, только мечтаю. Но не могу знать, что меня ждёт на самом деле, — проговорила я, вздыхая.
— Как сказал китайский бессмертный мудрец Хань Сян-Цзы, «нельзя дождаться того, что тебя ждёт. К этому надо идти», — заметил Уилл.
Мудро. И вдруг я, истосковавшаяся по нормальному разговору, не по Скайпу, а просто так, живьём, выложила нашу с Джеком историю. В целом, всё просто: начальник и подчинённая, служебный роман, которого я так боялась. Чего боишься, то и случается…
— Мудрое решение принял ваш босс, — заметил старик, складывая тонкие губы в улыбку, — будь мне тоже всего тридцать, и я бы променял Пикассо на искренность в таких волшебных глазах.
Рядом с чужим совсем стариком, говорящим вежливые комплименты и, кажется, очень меня понимающим, захотелось рассказать и про Меделин, и про то, чего я ужасно опасаюсь — что Джек под её давлением изменит решение. Потому что я не знаю, кто она ему.
Кто она — Меделин? Загадка. И где-то вдалеке, в уме, привычно вычленяющем плохое, прозвучало грозовое — любовница… Сердце сжалось, будто от удара, и по телу разлился ноющей горечью вкус ревности.
В телефоне звякнуло сообщение, и я увидела приглашение в друзья из Фейсбука. Протёрла глаза. Меделин Кроннен-Стоу?! Вот уж помяни дьявола…
Мой палец завис над сенсорным экраном. Принять? Нет?
Говорят: «Держи друзей близко, а врагов ещё ближе». Ой, как не хочется! Но Джек популярно объяснил, что его бизнес зависит от этой пары пауков Кроннен-Стоу. Вряд ли мой любимый мужчина будет счастлив, если с трудом выстроенное им благосостояние развалится из-за меня. Что ж, придётся сохранять хорошую мину про плохой игре.
Подняла глаза на мистера Уилла. Он улыбался спокойно и беззаботно, почти как фигурка бирманского старичка для чайной церемонии, которого называют Сунь Лунь. И одной его улыбки хватило, чтобы решиться. Я ткнула на «Подтвердить», и тотчас пришло приглашение на очередной Ивент: Собрание Женского Клуба.
Боже! За что мне это?!
— Проблема решена? Или возникла новая? — спросил мистер Уилл.
— Кажется, меня хотят заполучить «Стэпфордские жены», — ответила я. — Пленить, поработить, пережевать и выплюнуть, если осмелюсь не гармонировать с их рационом.
— О, как интересно! И как же вы относитесь к такому приключению? — воскликнул мистер Уилл, потирая сухие ладони.
Уж точно не как к приключению…
— Кажется, я буду вынуждена присутствовать, — печально произнесла я. Свет стал не мил. Ноябрьское солнце обиделось и спряталось за небоскрёб, или за тучу. Всё мигом посерело.
— Отчего же такое уныние во взгляде? Уберите его сейчас же! — сказал Уилл. — Надо ко всему относиться, как к приключению. Но, помилуйте, какое приключение без злыдней и тиранов?
Он смотрел на меня радостно и задорно, будто и не шутил вовсе.
— Воистину никакое, — с удивлением заметила я.
— Зачем вам «никакая» жизнь? — рассмеялся старичок. — Это же скучно!
— Боже, мистер Уилл, я вас обожаю! — ответила я и одним махом приняла приглашение на Ивент.
И ничуть не страшно! В крайнем случае оставлю записку, где искать. Не прикопает же меня Меделин в самом деле!