Маргарита Ардо – Опасный. Волшебный. Кот (страница 4)

Гайя скрылась за шторкой служебного помещения, оставив меня думать о невероятном и рассматривать помещение. Детальки, Боже, сколько их тут было! Вкусные и со вкусом, красивые, забавные, просто услада для глаз. Я пригубила чаю, наслаждаясь своим состоянием. Настроение было волшебное, и я поняла, что страх мистического слегка угас. И, правда, чего бояться, если как раз бояться и нельзя. Вон Гайя не побоялась и увидела чудесное. Во мне гудел азарт, как газ под конфоркой, и я сама почувствовала себя, как на иголках, уже готовая бежать навстречу чудесам. Как же мне захотелось увидеть что-то необычное своими глазами! А потом вдохновиться и что-то такое прекрасно-мистическое нарисовать… Главное, я теперь знаю правила: смотреть расфокусированно, не бояться, уважать его, уважать себя, и если что хохотать дурным голосом или орать песни, словно мне не страшно. Звучит, как план! Любопытство зудело, как укус комара, но не попрощавись с такой милой Гайей уходить было как-то невежливо. И я снова отпила чаю из кружки.

Колокольчик звякнул, в тихую чайную, напоенную травяными запахами, ворвался, как вихрь, тот самый альфа-павлин. Веселый, яркий. Как к себе домой. Не увидев продавца и не особо обратив на меня внимание, Стас нагло обогнул прилавок, цапнул пустой пакетик, отсыпал себе чаю. Увидев меня, наконец, притормозил и даже слегка удивился. Оперся локтями о барную стойку с противоположной стороны и одарил улыбкой, словно миллион одолжил.

– Привет!

– Здравствуйте, – сухо ответила я.

И с неудовольствием констатировала, что внешне он уж очень был симпатичен: бери, фотографируй на рекламу и зарабатывай на нем те самые миллионы – чтобы за те улыбки расплатиться. Он явно знал, что красив, и что нравится девушкам, даже мне… А такое неприятно. С нахальной улыбкой заговорщика Стас так же беспардонно взвесил на электронных весах чужой чай и подмигнул мне.

– Что-нибудь тоже взвесить, Незабудка с колючками?

– Что вы себе позволяете? Это не ваш магазин! – возмутилась я и крикнула: – Гайя!

Убегать Стас не стал. Наоборот, взял чистую пиалу и налил из стеклянного чайника себе чаю, хотел добавить мне, но я отодвинула свою, прикрыв ладонью. Это его не смутило, зато заставило меня подумать: может, он имеет какое-то отношение к чайной? Вдруг он владелец или муж хозяйки?

– Ага, от кофе вы отказались, но все равно сейчас сидите со мной и пьете горяченькое. Это судьба, я считаю. – Нахал пригубил чаю и сощурился, пряча за короткими черными ресницами сотню пляшущих чертиков в синих глазах. – Так на чем мы остановились? На животных?

Нет, не муж. Если только совсем не обнаглел… Глупо было уходить, но от его самодовольства я даже на мгновение растеряла свой азарт перед походом в неизведанное.

– На том, что вы их не любите, а мне не нравятся те, кому все равно, – гордо ответила я.

– А кто нравится?

– Люди осознанные и решительные, которые знают, что хотят.

Он подался ко мне и вкрадчиво проговорил:

– Я чаю хочу – вообще в этом не сомневаюсь. А вы уже знаете, что хотите?

– Да.

– Ну? И кого же? – Он так ехидно снова сощурился, что я невольно покраснела, но из вредности не отодвинулась ни на йоту.

– Не вас.

– Уверены?

– Разумеется.

– Это временно, – заявил нахал, разглядывая меня вблизи. – Ты на меня сердишься, а значит, я для тебя чем-то важен. Чувствуешь жар между нами? Это химия. Уже пошла ядерная реакция, не остановить. Так зачем сопротивляться неизбежному?

И он приблизился так, словно собрался меня поцеловать. Я все-таки отпрянула. И чуть не упала со стула, обронив на пол должную долю праведного гнева и волнения в животе. Стул скребнул противно ножками, я схватилась за прилавок. Нахал одним махом перегнулся через него и поймал меня, став еще ближе. Почти нос к носу.

– Вкусно пахнешь! – сказал он.

В животе моем снова стало щекотно – он тоже пах, словно облился феромонами из рекламы. Но я гневно сверкнула глазами и высвободилась, оттолкнув Стаса.

– С чего это вдруг на «ты»? И вы мне ничуть не важны. Нахалы меня раздражают!

Он хмыкнул.

– Потому что хочешь быть такой же, но мама не разрешает?

– Я взрослая! Я сама себе разрешаю все, что хочу!

Стас выставил палец и подмигнул.

– Запомни эту мысль! Мы вернемся к ней позже.

Таким же ураганом, как зашел, он вынырнул из-за прилавка. Бросил купюру в монетницу, будто специально коснувшись меня плечом. И вылетел из чайной, оставив меня моргать с изрядной долей возмущения. Никогда не понимала, почему все упоминают насекомых во внутренностях, но сейчас почувствовала там, где у всех бабочки, явное оживление и мандраж. Волнительный и даже приятный. От такого напора, впрочем, и до колик недалеко.

Колокольчик снова звякнул.

Вернулся? Внутри меня радостным лягушонком подпрыгнула недалекая женская сущность. Я обернулась, на скорую руку пытаясь придумать умные слова и вспомнить причину, по которой мне нужно защищать свою девичью честь…

Но нет, это был не альфа-павлин, а невысокая пышка средних лет со взбитыми рыжими волосами, в обтягивающей желтой футболке и широченных штанах безумной расцветки. За ней тускло просочился в чайную шкет лет восьми, бесцветный и на вид прилипчивый, как аллергический насморк.

Женщина и мальчик остановились у небольшой стеклянной витрины. Гайя показалась из-за занавески со словами, видя только меня:

– Так на чем мы остановились? На русалках?

– Тут тебе какой-то странный посетитель денег оставил и чай забрал… – начала было я.

Однако договорить не успела, круглые глаза пришедшей женщины до пучеглазия расплескались любопытством и нетерпением. И она приблизилась к нам.

– А что о русалках? Есть такой чай? Или передача была про них? Я не пропускаю про это обычно, а многие даже не верят, что такое что-то бывает, а вообще сейчас модно славянщину совать во все места… – затараторила она, голос у нее был высокий, немного визгливый, словно она, даже просто рассказывая, нарывалась на скандал. – Я недавно по рекомендации продавца средство для волос купила, запах понравился, а дома увидела, что оно называется «Кикимора болотная», хотела было вернуть, возмутиться, но потом приписку прочитала «прекрасная, свободная», кому не понравится, а само средство хорошее – для укладки, так что там про русалок?

Я посмотрела на её стойко торчащие во все стороны рыжие волосы, почти дыбом. Да-а, хорошее средство… Для защиты огорода от незаконного вторжения ворон. А женщина принюхалась и поморщилась, видимо, от моего пачули.

– Не видела такого, – пробормотала Гайя, оторопев от скорости говорения покупательницы, но улыбнулась вежливо. – Увы, чая с русалками не бывает, зато у нас отличная новая поставка из Китая. Вы любите чай покрепче или чтобы успокоиться?

– Успокоиться. Думала, у нас приличный район. Мне все рекомендовали, – вздохнула женщина, – а повсюду идиоты и хулиганы! В мусор что-только не выносят… На днях посреди бела дня девица в розовых трусах вырывала огромного кота у приличного молодого человека. До драки!

Я чуть не поперхнулась чаем.

– Почему отнимала? – не поняла Гайя.

– Не знаю. Выглядело, как разборка, а у меня голова болела, я хотела спать лечь. И вдруг глянула: животное! Ярко-синее! Кот…

– Синий? – удивилась Гай. – Давайте вернемся к чаю. Лучший сорт для успокоения: Да Хун Пао или Габа-улун, в них низкое содержание кофеина.

– Да я клянусь вам, что котяра был синим, у меня с нервами все в порядке, – обиделась женщина. – Чего вы все меня успокаиваете?

В чайную зашла молодая пара из нашего подъезда. И ещё мужчина с бабулькой, а рыжая пышка глянула на меня пристрастно. Я подумала, что, наверное, хоть она и выглядит городской сумасшедшей, на самом деле сама немножко ведьма, раз кота рассмотрела… Мальчишка начал дергать ее за рукав футболки, прося конфету, но пышка не обратила на него внимание. В глазах ее созрел перекрестный допрос.

– Девушка, а это не вы кота мучали в розовых трусах? – с напором произнесла она.

Все, кто был в чайной, уставились на меня. Даже Гайя. И, готовая провалиться от неловкости, я вдруг соврала:

– Нет. Не я.

– А, по-моему, точно вы! – заявила высоко и визгливо пышка.

Я поспешила ретироваться. По-моему, лучше нечисть в лесу, чем неадекватные соседи рядом.

Дверь захлопнулась за моей спиной. Я пошла навстречу сумеркам, как героиня слезливого фильма, и только мошки кучками падали справа и слева.

«Зачем я соврала? Надо было заявить свою позицию, поставить тетку на место!» – возмущенно копошилась моя гордость. Но осознанность с оглашенными «розовыми трусами» как-то не клеилась, словно нельзя было человеком осознанным, если шорты у тебя откровенные… Увы, поздно было оправдываться. Возвращение с криком: «Да, это была я!» теперь возымело бы такой же эффект, как и появление стриптизерши из торта на юбилее прабабушки.

Я удрученно вздохнула. Вот так всегда: одна секунда мимо, и ты не сильная личность, а «блондинка – тоже человек». И не докажешь, что ты пыталась причинить добро, а не сверкнуть частями тела…

Сумерки косой полосой поползли от запада к востоку, где небо было еще по-дневному светлым. Мир, говорите, трескается в этот час? Вот и хорошо. А я уже ничего не боюсь!

Говорун, не прячься! Я иду к тебе!

Глава 4

Лес встретил меня добродушно, разговаривая кронами и шепча что-то на языке листьев. В моем кармане болтался пакет с кормом, а телефон был заряжен на полную, чтобы снимать чудеса. Первым из них оказалась пара фонарей по ту сторону моста. Новенькие, только что бетоном залитые. Я даже слегка расстроилась, потому что они портили антураж. Но больше фонарей не было, и, углубляясь в чащу, я про них забыла.