Маргарита Ардо – Наши против 2. Королева согласна (страница 13)
– Ага, я тоже вконтакте только отфотошопленные фотки выкладываю, – смущённо добавила я.
К счастью, Киату ничего не понял. Пусть лучше не знает, что у меня угревая сыпь была совсем недавно, кошмар кошмарный! Я сглотнула, ужаснувшись воспоминаниям, и переключилась:
– Но дальше-то что, Галечка?!
– Проблема в том, что этим двоим уже пора покидать Дживайю. Они выросли. Время дежурства закончилось. Скоро пролетит очередная комета, они уже чувствуют её приближение. По-хорошему, драконихи должны ей на хвост прыгнуть и улететь. Но мало того, что у них силы кончаются из-за слабеющего источника, девчонки вдруг обнаружили, что вросли задними лапами в дно морское и никуда сдвинуться не могут. Это какая-то аномалия. Драконихи волноваться начали – сидя на одном месте, им никогда в настоящие планеты не превратиться, а это их цель – стать полноценной планетой. Потом всё, как у нас, девчонок – повзрослеть, замуж, деток, в смысле жизнь зародить и прочее. Может, даже звездой стать, если всё хорошо сложится. Однако, перед этим обязательно по космосу надо попутешествовать, ума набраться. Так сказать, «автостопом по галактикам». Сидели все в предвкушении, и на тебе! Приплыли! Точнее, застряли. – Крохина перевела дух, убрала со лба налипшую чёлку. – Короче, сестрицы наши обратились к морю, а море ничего не ответило – нарушилась связь почему-то, не слышит оно их. И отец не возвращается, как обещал. Они уже в ауте, держатся из последних сил – если магический источник потухнет, девчонки довольно быстро погибнут и тоже превратятся сначала в скалы, потом в песок. Вот такая драма!
У меня от сострадания к несчастным чудовищам аж слёзы на глазах выступили. А Киату потёр подбородок и задумался.
– Не то, чтобы это было плохо. Отсутствие Хавров решило бы проблемы морских путей, а Морну – монополии и безнаказанности…
Я внутренне возмутилась: «Ну чего он снова о политике думает? Или о своей контрабанде? Тут живые существа погибают! Что же у него сердца нет?!» Однако я решила брать лаской.
– Киаточек, – дёрнула я своего злодея за рукав, – поговори с морем, а?! Ведь ты дживари, ты можешь!
– А надо ли? – сощурился он.
«Стукнуть тебя надо. Больно», – мысленно ответила я, но сдержалась и с просящей улыбкой заглянула ему в глаза:
– Надо, любимый, надо. Ты же такой добрый! И хороший! Ты же поможешь этим бедным драконихам! И нам заодно…
Может, если ему напоминать, что он хороший, он и сам забудет, что злодей? Буду пробовать.
– Пожалуйста, Киату, ты – замечательный! И у тебя такой дар! Неспроста.
Он скептически поджал губы, но взгляд его всё же смягчился. Я сделала в ответ глаза котика.
– Ладно. Только перемещаться надо отсюда, Тася. Как я тут к морю спущусь? – хмуро ответил он.
– Легко! – воскликнула Галя, погладила камень под ногами, замерла на минуту, а потом вроде как подмигнула.
Гора под нами снова зашевелилась, запыхтела, издавая скрежет, и к поверхности моря почти от шеи, на которой мы стояли, начал разворачиваться поросший водорослями, щедро облепленный ракушками каменный склон длиной с аллею в сочинском Олимпийском парке.
– Фигасе крылышко! – восхитилась Галя, чмокнула плиту под нами. – Спасибо, крошка!
– А военные корабли морнцев? – спросил Киату настороженно.
– Тебя никто не тронет, пират, – заверила Галя. – Слово Камнегоры! И девчонок-драконих.
Киату кивнул и начал быстро спускаться к воде. Мы побежали за ним по гранитному крылу с бороздками, напоминающими перепонки. Два солнца припекали, готовые сойтись в зените, успокоенная водная синь переливалась золотыми блёстками. Очень хотелось пить.
– Дальше я сам, – обернулся Киату, когда мы оказались метрах в тридцати от морской глади.
Мы с Галей послушно присели на крыло дракона. Что-то грохнуло справа от нас. Задрав голову, я обнаружила, что напротив оживилась драконья морда сестрицы. Пасть-пещера с жуткими клыками приоткрылась так, что можно было видеть трещинки лавы в горле, пламя интереса разгорелось в жёлтых глазищах под морщинистыми веками. И мне подумалось, что в ромбовидные зрачки легко бы въехал поезд метро и пропал бы там, как в чёрной дыре… Брр! Лучше не смотреть.
Киату стоял по щиколотку в воде и ничего не делал. Видимо, собирался с духом.
Я украдкой опустила ладонь на раскалённую, поросшую ракушками поверхность. Если не знать, что это крыло драконихи, я б решила, что касаюсь пальцами мола на пляже. Чудны дела твои, Господи! Прислушалась к ощущениям.
Ничего не слышу, жалость какая!
Зато Галя сидела и, кажется, тихо продолжала болтать о своём, о женском. Я ничего не поняла из протяжных тихих звуков, которые выдавала подруга. Прикрыла глаза ладонью от солнц.
И вдруг Киату запел. Красиво, низко, басисто. На неизвестном языке, растягивая гласные и букву эмммм так, что у меня всё завибрировало внутри. «Он просит!» – поняла я. И море вместе со мной заволновалось от этих звуков. Сначала немножко, затем сильнее и сильнее, окатывая волнами его колени, потом бёдра, талию. Следующей волной его накрыло с головой. Песнь прекратилась. Волна отхлынула, налетела другая, а Киату на месте не было. Я подскочила в страхе, кинулась туда, где только что был мой любимый дживари, но Галя меня удержала за руку:
– Погоди, выдрочка, человек делом занят, не мешай!
– Но вдруг он утонул?!
– Не утонул, – ответила Галя и снисходительно посмотрела: – Джива ты и есть джива, прыг-скок, а тут на любой вопрос время надо и силы. Пират не про ерунду спрашивать пошёл.
– Но Галечка…
– Тебе таких, как мы с Киату, не понять, – важно заявила она. – Сиди, загорай. И жди.
Сердце у меня замирало от страха. Наконец, Киату вынырнул и взбежал к нам по крылу драконихи. Выражение его лица было ошарашенным. Он склонился над разомлевшей от успеха и жары Крохиной и спросил вполголоса:
– Наш язык Хавры понимают?
Галя пожала плечами. Я подскочила поближе.
– И что? И что?
Киату моргнул и шепотом сообщил нам:
– Море не собирается их отпускать…
– Как?! – вытянулось у Гали лицо.
У меня, наверное, тоже.
Киату отбросил назад мокрые потяжелевшие косы, вытер ладонью капли с лица и добавил:
– Говорит, маленькие ещё. И вообще нечего им в космосе делать. Отец пропал, и они пропадут.
– Бред какой, – пробурчала Крохина. – А то, что они тут погибнут, маман-море не беспокоит?
Киату мотнул головой.
– Море винит во всём мары. Мол, они пожирают магию и ослабляют источник. Велело нам скорее разбираться с тем, что поручило Око.
Крохина аж подпрыгнула от возмущения.
– А помочь оно нам не хочет?!
– Да, не хочет? – робко вставила я.
– Между прочим, дочурки морские все пути перегородили, – наседала Галя. – Послания от маман ждут! Не думаю, что «сидите дома» – их ответ мечты.
Я грустно вздохнула, соглашаясь, а Киату скептически взглянул на меня:
– Видишь, Тася, надо было меня слушаться. Я как-то в Аквирангу без бесед с драконами плавал. И не раз. – Хитро, словно лис, прищурился, и немного склонил голову, как всегда, когда что-то задумывает. – Можно, конечно, смотаться в мир драконов и выведать про папочку наших девиц. Если ты в силах…
Я расширила глаза и затеребила от нетерпения его мокрый рукав:
– В какой-какой мир?! Драконий?! А как?! А я смогу?
– Пятая планета миров Всевидящего Ока. И да, ты – джива, ты сможешь, если захочешь, – кивнул Киату. – Особенно, если мы нашу Камнегору попросим силой поделиться, чтобы мы с тобой могли без проблем обратно вернуться.
– А чего это вы вдвоем только? А я? Я тоже хочу по мирам! – насупилась Крохина.
– Ты сама сказала: Тася не маршарутка или как там правильно? – с дьявольщинкой в глазах усмехнулся Киату. – Я бы тоже не навязывался, но привязка…
– Это ты специально! – прошипела Галя.
Он помрачнел.
– Ну да. И что теперь? Тоже учить меня будешь?!
Крохина стукнула его кулаком по плечу так, что Киату отлетел на метра полтора. И посмотрела на него волком:
– Это я ещё ласково, пиратище! Выдру нашу чуть не угробил, паршивец! У-у, я тебе!
Он зло сверкнул глазами и пошел на неё, как бык на матадора. Прежде чем испугаться, я встала между ними, расставив руки:
– Эй, эй, вы чего?! У нас мир, дружба, секретная миссия! Забыли? Тут планету надо спасать и драконов, а вы ссориться! Нашли из-за чего! Из-за меня…
– А из-за кого ещё?! – хором ответили драчуны.