Маргарита Ардо – Дракон на передержке (страница 10)

Как назло, Яри не приходил. Мне сказали, уехал по делам. Потому за неимением других вариантов я решила осваиваться, пытаясь понять, для чего мне было послано подобное приключение и кто в этом мире поможет мне вернуться обратно. Я твёрдо убеждена, что ничего не происходит случайно. Но одно дело – пытаться выяснить причинно-следственную связь того, кто сожрал твой бутерброд из рабочего холодильника или какое очередное коварство затеяли интриганки из бухгалтерии, другое – как так случилось, что тебя похитил «ковёр с ушами»…

Тут было очень даже интересно. Затерявшийся в долине меж лесов и гор, на краю небольшого селения Парк Лучшей Жизни был действительно лучшим местом из всех, виденных мной за двадцать пять лет! Во-первых, на относительно небольшой территории с любовью и тщанием были воссозданы разные климатические зоны – всё для того, чтобы никто из «поселенцев» не чувствовал себя дурно.

Белый медведь, бывший купец высшей гильдии Гономон, торгующий в прошлой жизни шубами и промышлявший контрабандой мехов, теперь обитал в льдинах и ловил «диких» рыб в чистых водах бассейна в Зоне Севера. Туда можно было заходить только в тёплой куртке и сапожках. Я тщетно пыталась найти на границе Зоны холодильные устройства – их не было, всё поддерживалось магией.

Зайцы, лисы и волки могли перемещаться в нужные климатические зоны по желанию и в соответствии с расписанием, расчерченным на огромном плакате в кабинете мистера Баулу. Там тоже царила магия: золотые, красные и синенькие огоньки перемещались и начинали мерцать тревожно, как мини-будильнички, когда наступал брачный сезон у тех или других видов, когда кто-то пытался нарушить границы или когда требовалось ввести новые условия. Иногда, конечно, случались и сбои. Питомцев было слишком много, и поэтому доктору Баулу требовалась сведущая в магии помощница. Попросту магический секретарь.

Любящий жару обезгон, от которого я по-прежнему шарахалась, обитал в Зоне Саванн, хотя частенько забредал и на общую территорию, ибо был любопытен и всем пытался досадить. В той же зоне копошились в песке и камнях бывшие ответственные работники министерств и ведомств, ныне в виде песчаных черепах, пауков, скорпионов и рыжих пупырчатых жаб. А в искусной имитации руин плёл для насекомых сети бывший министр.

В основной части парка погода стояла, как на черноморском побережье: тепло, приятно, из просторных бассейнов с радужными рыбками и мини-дельфинами веяло запахом моря. Пахли хвоей кедры и пихты, необычные голубые кустарники, похожие на можжевельник, переплетали арки над жёлтыми дорожками. Яркими красными, розовыми, малиновыми и синими пятнами цвели тропические кусты с глянцевыми листочками – излюбленное место для бывших придворных сплетников – ныне пустоголовых жемчужных попугайчиков. Паслись кони и коровы с романтичными глазами, лани заигрывали с козлами. На лужайках прыгали кролики, по стволам – белочки. Копошились в норах хомячки. Кто, кем и когда был, я запомнить не могла. К счастью, на общей территории находились в основном «благотворительные поселенцы», и можно было не знать их кармической истории, не кланяться, раскладывая корм, и не сдерживать, порой тщетно, смех, называя, к примеру, борова с бородавками мистером Каримайном – тому вообще полагалось подавать ведро с нарезанными овощами только с реверансом, согласно договору.

«Поселенцев» было много. Существовали в парке Элитные зоны, куда меня пока не пускали, Зоны для Кармических отработок, где даже бывший герцог мог получить по наглой, пушистой заднице опять же согласно расписанию. Туда мне тоже путь был заказан.

Мистер Баулу, конечно, преувеличил – в парке, несмотря на обилие вспомогательной магии, он работал не один. В каждой зоне трудилось по меньшей мере двое специалистов, все – маги третьей, а то и четвертой категории, многие стажёры из Академии, которым требовалось поднабраться опыта. Кормами заведовала мадам Манена, сестра мистера Баулу, тоже полная и пушистая дама, отличающаяся от брата занудной строгостью. Элитной Зоной занимались сёстры Гойке, вежливые, но сдержанные, с одинаково заплетёнными золотыми волосами и красными носами. А ещё с десяток человек из селения приходило убираться и помочь с делами обычными.

Вот и я оказалась среди «простолюдинов», хотя мистер Баулу меня выделял и каждый день не жалел времени, чтобы рассказать что-то новое о странном мире Аэреи. Я регулярно допускала глупые, на их взгляд, оплошности и была, как несведущий ребёнок, но что поделаешь. Всем, кроме мадам Манены, было сказано, что я из города, потому и не знаю нюансов. Почему-то поверили.

С драконовым ящером, после укуса которого у меня до сих пор горел палец, не поддаваясь целительной магии, управиться оказалось сложнее всего. Но, как ни уговаривала я мистера Баулу или других работников, никто не хотел забрать подкидыша в своё ведомство и вообще подходить к клетке в карантинном углу. Несмотря на привычку ухаживать за животными, я не понимала, как быть с этим больным, слабым, но злым хищником и казалось, что скоро он опрокинется лапками вверх.

– Справишься с благотворительным ящером, допущу тебя к более интересному, – сказал мистер Баулу. – И дай ему имя, наконец.

Я назвала его «Кусь».

Глава 9, в которой ожидания и реальность не совпадают, но, возможно, это и к лучшему

С большой лейкой в руках я медленно спускалась с самого верхнего этажа особняка по лестнице, поливая одну за другой пышные гортензии в горшках. Они смотрелись красочными пятнами на белом мраморе ступеней и на фоне причудливого орнамента бело-голубого кафеля на стенах. Работы у меня было много, потому что особняк при парке утопал в цветах. Керамические горшки стояли у стен, на балконах, на террасе, на веранде, вдоль дорожек и у самого забора. И все их надлежало полить прежде, чем разразится полуденная жара.

Мои обязанности были не сложными, но хлеб свой приходилось отрабатывать. Впрочем, тут никто не сидел, сложа руки. Больше всех был занят делами сам хозяин – мистер Баулу, как заводной колобок, носился из одной зоны парка в другую, возился с документами, давал распоряжения, встречал заказчиков и целил «постояльцев».

В минуты передышки он отвечал на мои вопросы. Свободные мгновения можно было пересчитать по пальцам, поэтому вопросов у меня по-прежнему было ещё много. Бóльшую часть времени я была представлена сама себе и списку заданий, отмечая карандашом, что сделано, чтобы вечером отчитаться перед вредной мадам Маненой.

Новая жизнь категорически отличалась от работы офисного планктона и уютного проживания с питомцами в отдельной квартире. Я вставала с рассветом и падала на кровать, когда затемно. И на самом деле уже мечтала о магии, хоть бы малюсенькой – чтобы лейка, к примеру, сама набиралась.

Признаюсь, я – большая любительница сказок, в смысле почитать о них и помечтать. В жизни у меня авантюр было не много, да и вовсе их нельзя было назвать оными: поездка на корпоратив в Домбай или с друзьями на море – это не сказочные полёты на драконах и не дворцовые интриги эльфов! Теперь и мир был другой, а всё равно ни драконов, ни принцев не наблюдалось. Видимо на роду у меня написано: даже в магическом мире быть самым обычным человеком и не видеть магию. Обидно…

Читая фэнтези, я конечно же представляла себя на месте героинь в роскошных платьях с кринолином или в полупрозрачных одеждах с восточными мотивами, в золоте и бриллиантах. Я воображала себя эльфийской принцессой в наряде с изящнейшей вышивкой и широкими рукавами, похожими на крылья, или Золушкой в хрустальных туфельках. Но ни разу, ни на мгновение мне не приходило в голову, что я окажусь в другом мире в одежде простой работницы, похожей на голубой халат!

Это расстраивало и одновременно придавало реальности происходящему, как бы сложно ни было привыкнуть к тому, что рядом с тобой ходят самые настоящие маги с категориями. В моём простом ежедневном наряде немного радовала пышная юбка и завязывающийся сзади пояс бантом, но в остальном: пуговки, воротничок под горло, большие карманы, простая ткань – натуральная медсестра а ля пятидесятые годы!

Платье работниц достигало середины голени. Под него полагались грубоватые сапожки на квадратном каблуке и чулки, больше похожие на леггинсы. Штанишки прекрасно спасали от москитов, а вот обувь оказалась ужасно неудобной и болталась на мне, словно тут обувщики шили только для дам с огромными, толстыми ногами. Потому я продолжала ходить в своих теннисках, постоянно ловя изумлённые взгляды местных жителей. Некоторые почему-то кланялись.

Потом я всё-таки добилась от Элизы Гойке, что ступни для жителей этого мира были чем-то типа классового отличия: чем проще и приземлённее был человек, тем шире была его ступня, а в особенности пятка. У мистера Пориша, к примеру, который убирал навоз в загонах, ступни расширялись, как подошвы у слона. Чуть поменьше, но всё равно громадными ноги были и у других работников из деревни, даже у девушек. У мистера Баулу и его сестры, магов второй категории из вполне благородного семейства, ноги были просто широковатыми. А у Яри… Хотелось бы посмотреть с пристрастием и на него, но златокудрый красавец так и не появился за три дня.