Маргарита Андреева – Симфония чувств (СИ) (страница 35)

— Бедная… — Адель развернулась и обняла её, от неожиданности Лаура выронила из рук расческу и непроизвольно взаимно обняла девочку:

— Не стоит меня жалеть — жалости достойны лишь слабые, а я не такая, — сверкнула глазами Лаурита, — Исчезни из их жизни, пока их любовь не переросла в ненависть. Есть предел человеческой доброты, они не захотят тебя видеть, возненавидят тебя — ты будешь напоминать им постоянно, одним своим существованием… Подумай сама, если ты не была нужна своим родителям, то, и остальным — тем более. Ты хотя бы не помнишь своих настоящих родителей — тебе легче будет забыть о них. Со мной ты можешь не опасаться и быть самой собой, не бояться быть лишней…

— Ты что-то знаешь о моих родителях? — Аделька судорожно схватила её за руку.

— А что тут знать? — пожала плечами старшая, — С чего бы любящим родителям оставлять своего ребенка?

— Ты очень плохо поступаешь — не боишься, что Бог тебя накажет? — осуждающе посмотрела Аделина своими небесными глазами, — Сколько же в тебе зла…

— Нет ни рая, ни ада, — зло выпалила Лаура, — Ни Богу, ни дьяволу нет дела до нас.

— Но родители… — неуверенно заикнулась было младшая.

— Да, Бог с ними, с родителями… А ты сама? Не ты ли та девочка, которая читала зачарованную книгу сказок и чуть не убила их? А со мной тебе нечего страшиться — идем со мной.

— Я как раз и пришла вернуть тебе книгу — я узнала тебя, ты и есть та девочка, которая потеряла её, — Аделина отступила, испугавшись настигнувшего её врасплох озарения, — Или ты это специально сделала? Но, почему?

— А ты проницательна не по годам…хоть, многого ещё не понимаешь, — довольно хмыкнула Лаурита, — Идем со мной, Адель, — девочка настойчиво протянула руку, приближаясь к ней, — Всё будет хорошо, вот увидишь…

— Почему? Почему ты хотела сделать плохое им и моей маме Маргарите? Не подходи ко мне! Слышишь, не подходи! — Аделина попятилась и, не рассчитав шаг, оступилась, споткнувшись о низкий подоконник, какие были в этом старом заброшенном доме с огромными окнами, в которых почти не было стекол, отчего капли моросящего дождя попадали в помещение, — Мне тяжело держаться. Помоги мне, Лаура! — но, как та ни старалась, в своём детском теле, Лаурита не могла удержать вес девочки, — Мама! — девочка изо всех сил отчаянно пыталась зацепиться своими маленькими пальчиками, царапая их об острые осколки оконного стекла, и беспомощно телепая ногами, — Мамочка, помоги мне! Где же ты, мама?

— Оставайся в машине, — приказал помощнику азиат и побежал в дом следом за Маргаритой.

— Ты поможешь им? — крикнул вслед Винтер, и во всем его взгляде читалась неподдельная тревога, — Когда-то у меня были жена и дочь. Они были самыми добрыми и самыми светлыми из всех, кого я знал… Такой же свет я увидел в них.

— Постараюсь сделать всё от меня зависящее, — ответил азиат и скрылся за дверью.

Маргарита бегом поднималась по старой лестнице, скрипевшей по её ногами, пока одна из ступеней не треснула, и девушка не провалилась, едва успев ухватиться за остатки перил, больно ударившись животом. Из последних сил подтянувшись, она кое-как выбралась, с ужасом наблюдая, как по её блузону кремового цвета расплывается кровавое пятно — только не это, ещё один выкидыш она не переживет… Трясущимися руками она приподняла край блузона и, к своему удивлению, отметила, что раны под её руками затягиваются — осталось только пятно на одежде. Раздумывать детальнее над этим феноменом было некогда — она услышала, как Аделин зовет на помощь и, отряхнувшись, поспешила на её голос.

— Отойди от неё, сейчас же! — вбежав в комнату и скинув в кресло свой золотистый плащ, Маргарита перехватила у Лауры ладошку Алельки, — Я здесь, родная! Мама здесь, Адель! Давай руку! Держись — ещё чуть-чуть, милая! Я не дам тебе упасть. Ещё чуть-чуть… — но, сказать было легче, чем сделать: мокрая ладонь выскальзывала из руки, большой живот мешал подтянуться ближе, а ветер нещадно бил косыми струями ливня в разбитые окна.

Лаура стояла, прижавшись к пыльной стене, и дрожала — первый раз она почувствовала, что не смогла бы пойти до конца, и первый раз испытала всю тяжесть вины за свои поступки — насколько далеко она готова была зайти? И почему, почему ей было так больно смотреть в чистые голубые глаза этой девочки? Почему ей вдруг так сильно захотелось, чтобы и о ней вот так же кто-то переживал, захотелось ощутить тепло чьей-то заботы. Это длилось считанные мгновения, и она скоро снова стала прежней.

— Мама! Мне страшно! Помоги мне, прошу! — ребенок большими от страха глазами смотрел на Маргариту, а она, захлебываясь слезами, всё приговаривала, что ни за что не отпустит её.

— Отпускай — я держу, давай на счет три, — мужская ладонь перехватила детскую ручку, Маргарита осела рядом, тяжело дыша, и Ондзи (а это был именно он) втянул девочку в комнату, — Успел… — глубоко выдохнул мужчина, глядя на потрясенных девушку и девочку.

— Господин Ондзи?! — Марго смотрела на него нереально расширившимися глазами, крепче прижимая к себе рыдающего ребенка, — Благодарю вас! Но, как вы здесь оказались?

— Это не суть важно, главное — я успел вовремя, — отдышавшись ответил тот, и обернувшись к Лауре, едва слышно прошептал одними губами, — Живо в лимузин, тебя не должны видеть, дома поговорим.

Лаурита незаметно кивнула и, прихватив с собой книгу, выбежала во двор, где Винтер молча распахнул перед ней двери салона автомобиля с тонированными стеклами.

— Спасибо, месье, — пролепетала всё ещё охваченная страхом Адель.

— Марго, вы там? — по лестнице черного хода уже стремительно взбегали Джон и Марк, — Всё в порядке? Мы уже поднимаемся.

— Жан! — во весь голос позвала его Маргарита, — Мы тут — наверху.

— Ох, ты ж… — к ней бросился муж, — Ну, всё. Всё, родные. Успокойтесь, Всё хорошо, хорошо… Папа здесь, папа рядом, милые, — он обнял жену и дочь, продолжавших судорожно всхлипывать, — Вы у меня самые храбрые на свете девочки.

— Господи, да что у вас произошло? — Марк огляделся вокруг, — Вы точно в порядке? — настороженно уточнил он, смерив взглядом Маргариту с головы до ног.

— Теперь — да, — нетвердо кивнула девушка.

— Какое там в порядке! — критически заметил Джон, придирчиво оценив их внешний вид, — Бог мой, да вы промокли до нитки, и у тебя кровь на одежде, а у Адели все ладони изрезаны, — проверил он ладошки девочки, протирая их влажной салфеткой, — Быстро в машину — мы едем домой принимать ванну и пить горячий шоколад, — потом он обеспокоенно принялся рассматривать следы крови на одежде Маргариты, — Никогда так больше не делайте! Я уже и не знал, что думать. Вот, хорошо было бы, если с вами что-нибудь серьёзное произошло? Я бы этого не пережил, — всё нахлынувшее волнение выплеснулось наружу, когда Джон с силой обнял их, словно, всё ещё боясь потерять, — Вы хоть представляете, как я испугался за вас! Ну, скажите на милость, чего вас сюда занесло, а? Понимаете, как вам повезло, что Танака-сан сам оказался рядом, и меня предупредил? Ну, почему мне ничего не сказали?

— Прости, Жан, времени было мало, надо было действовать быстро, ты же видел, — Марго опустила свои глаза, ещё не просохшие от слез, потом таинственно улыбнулась, погладив себя по животу, — Кажется дорогой, я теперь временно неуязвима — видимо, наши девочки решили сами исцелить мамочку — у меня ведь не было такой силы, так, что можешь за меня не волноваться.

— Да ты что?! — не сдержал удивления Джон, взяв её за руку и поднес её к своим губам, — Это же прекрасно! Только рисковать и проверять эту концепцию мы не будем.

— Пап, ты только не ругайся, это мама за мной пошла, — неожиданно вступилась Адель, — Я девочку встретила, что книгу потеряла, помнишь, я рассказывала, которую в парке видела. Я хотела её ей вернуть. А потом эта девочка стала говорить страшные вещи…что меня ни кто не любит, и я ни кому не нужна… А я ей и говорю, чтобы она ко мне не приближалась, и тут я оступилась…Я просила помочь мне, но, она была слишком слаба, мама очень старалась, но и у неё не хватило сил, а вот этот мужчина смог — он вытащил меня. Я такого страха натерпелась, когда висела там за окном…

— Благодарю, господин Танака, — повернулся в его сторону Джон, — Это просто счастье, что вам удалось успеть. Я ваш должник, — азиат только покачал головой:

— Не стоит, я рад, что смог помочь.

— Стоп, стоп, так тут ещё кто-то был? — стараясь не терять нить происходящего, спросил Марк.

— Это была Лаура… — тихо произнесла Маргарита.

— Черт возьми, она была здесь?! — Марк с досады сильно зарядил кулаком об стену, — Дьявольское отродье! Как она могла вообще сказать такое, если сама знает, каково это — быть сиротой? Она переходит всякие границы! Ты только не смей верить ни единому её слову — я в своей жизни много всего повидал — и плохого, и хорошего, но, я редко встречал таких людей, как Джон и Маргарита — нам очень повезло, Адель, что мы их встретили в своей жизни.

— Час от часу не легче, — вздохнул Джон, накинув на плечи жены свой плащ, — Спасибо, Марк! А ты сильно изменился, — приятельски кивнул он в сторону юноши.

— Видимо, она не встречала таких людей, и говорит по своему печальному опыту, только такие мысли лишь тянут на дно, — закончил Марк, и Аделька улыбнулась, вытерев рукавом нос, и Маргарита послала ему полный благодарности взгляд.