Маргарита Андреева – Симфония чувств (СИ) (страница 13)

— Расскажешь её? — нетерпеливо попросила девочка.

— В следующий раз расскажу, а сегодня я устала, хорошо? — азиатка устало улыбнулась и протянула ребенку завершенную игрушку, ласково потрепав по голове, — Вот, готово.

— Спасибо! — поблагодарила девочка, вертя в руках и рассматривая журавлика, — Какой красивый.

— Пойдем, Аделька, уже поздно, Мей нужно отдохнуть — как и тебе, — Маргарита взяла её за руку, — Спокойной ночи! — девушка в ответ подарила улыбку с влажным блеском мокрых глаз:

— И вам спасибо… за всё.

— Если хочешь, можешь оставить мишку у себя, чтобы тебе спалось лучше, — уходя, девочка кивнула в сторону игрушки, — но, только до завтра, а то он без меня скучать будет.

А Мей подумалось — если она сделает их тысячу, то сможет встретиться с семьей?

Она уже не ребенок, но так захотелось себе частичку детской веры в чудеса и надежды.

Потом явился Марк, поинтересоваться, как она:

— Ты пришел пожелать мне спокойной ночи? — и глаза её загорелись радостью.

Он погладил её по волосам:

— Ты в порядке?

— Я бы не справилась без тебя, — прошептала азиатка, прижавшись к нему всем телом, и он обнял её в ответ, — Мне особенно важно, что это был ты. Ты стал смыслом моей жизни, — она расстегнула несколько верхних пуговиц на его рубашке, положив свою ладонь ему на грудь, — Ты хочешь этого именно со мной, иначе не пришел бы сюда сейчас.

— Прости, я не могу, не могу… — парень отстранился от неё, устало опустившись на кровать, он почти физически ощущал это моральное измождение, — Прости… — он принялся нервно застегивать назад пуговицы на рубашке.

— Марк, в чем дело? — в глазах у девушки стояли слезы, она смотрела на него, не понимая, в чем её вина, — Что не так? Почему ты так со мной — то целуешь, то отталкиваешь? Я просто хочу понять…

— Черт! — Марк со злостью отшвырнул первую попавшуюся под руку, ни в чем не повинную подушку, — Ты мне, действительно, очень важна, а я не могу… Почему это со мной? Проблема не в тебе, Мей, а во мне… Неужели я не создан для счастья? Господи, это отпустит меня когда-нибудь? — в его глазах отражались грозовые тучи и сверкали молнии, его продолжало трясти, — А я ведь мог быть счастлив в новой семье… Меня чуть не усыновили. Я ни кому не рассказывал об этом, ибо до сих пор стыдно и противно… Я не такой, как они. То, что тот паскуда сделал со мной и со своей женой… Я не смог простить ему… Я убил его, понимаешь? На моих руках его кровь. Потому я и становил тебя тогда, не позволил взять грех на душу. Я не желаю тебе такой судьбы. Не хочу, чтобы ты мучилась, как я. Ни один из наших обидчиков не стоит ни единой нашей слезы.

— Господи, Марк! — Мей присела рядом и обняла его за голову, — Я и не знала…

— Никто не знает, — он протер глаза руками, — И не узнает никогда, — пристально посмотрел на неё и замотал головой, мол, ты же не скажешь ни кому.

— Уж точно не от меня, клянусь, — она поцеловала его в лоб, поднявшись с кровати, и направилась на лоджию, достав из мини-холодильника охлажденный графин с чаем, — Я принесла тебе холодного зеленого чая с мятой и лимоном, чтобы успокоиться, — девушка протянула Марку стакан, проведя рукой по его волосам, — Можешь остаться со мной сегодня?

— Ты, правда, этого хочешь? — шепотом спросил он, отставив стакан и устало откинувшись на кровать. Он и боялся, и в тайне надеялся, что она останется.

— Я ни куда не спешу. Я буду ждать, — она легла рядом, положив одну его руку себе на талию, а вторую — себе под голову, — Я просто побуду рядом… Ты не против? — он благодарно поцеловал её в щеку и спрятал лицо в её волосах, счастливо зажмурившись и сморгнув, глаза его заблестели, — Марк, я тоже должна тебе кое-что рассказать, — она повернулась к нему, чтобы видеть его лицо, — До смерти родителей, какой бы невыносимой я не была, я всегда контролировала ситуацию. Потом меня временно перестало что-либо волновать, и я потеряла бдительность, за что и поплатилась. У меня был только один парень, он же был моим первым мужчиной и возлюбленным — пока не предал меня… Он со своими дружками… они поспорили на меня, понимаешь? На живого человека! Я не помню, сколько их было, да и не хочу помнить… А когда они отключились, я убежала и бесцельно бродила по городу, всё было как в тумане… Не знаю, что с ними случилось, да и не хочу знать. Ты не представляешь, что я тогда чувствовала…

— Страх, гнев, боль, унижение, — продолжил он за неё, — Я, как ни кто другой, понимаю тебя.

— Нет, я хотела, чтобы они больше никогда не проснулись… — огорошила она его внезапным ответом, — Я и сама хотела бы не проснуться и не видеть больше ничего… Мне хотелось умереть. И я бы наложила на себя руки, если бы меня не нашел и не забрал с собой Танака-сан.

— Остановись, — её пустые глаза не на шутку испугали его, точно она пошла на поводу у этих страшных воспоминаний, — Мей, всё уже закончилось, — пришлось несколько раз встряхнуть её, чтобы пришла в чувства, — Ты меня слышишь? Слушай мой голос. Это я, Марк. Я тут, я рядом.

— Я хочу, чтобы ты знал, — ей необходимо было это сказать, а ему необходимо было это услышать, — я честно отрабатывала своё содержание у него, но никогда не спала с клиентами — это недопустимо для хостес, — улыбка заиграла на его лице, и она отважилась спросить то, что давно волновало её, — Скажи, это ты из-за неё вены резал?

Спросила и сама нервно вздрогнула — по себе знала, что есть вопросы, которые не хочется поднимать.

— Это было первый и последний раз, — Марк удивил её тем, что не рассердился, а только усмехнулся и крепче обнял её.

И спалось ей спокойнее от одного его тепла и дыхания рядом, и он обнял её — просто потому, что сам захотел этого, и сам себе признался, что она важна для него. Они нашли друг друга.

"Прощение не меняет прошлого, но обогащает будущее."

Поль Боезе

Как и предрекал Марк, дядя Лали-Мей был признан невменяемым и был депортирован. Вина его не была доказана. Хоть он и твердил всё время о демонах возмездия, что пришли наказать его за прегрешения, всё время каялся непонятно в чем, постоянно дрожал, как осиновый лист, боялся собственной тени и сутками не мог заснуть, а когда от усталости впадал в бессознательное состояние, то метался по кровати и кричал от собственных, только ему понятных, страхов.

В свете таких событий с девушкой связался управляющий компании её отца, долгие годы служивший верой и правдой её семье. Как единственная наследница корпорации, Мей должна продолжить своё обучение с углубленным изучением необходимых дисциплин, для чего ей следовало вернуться в Японию минимум года на два.

А перед этим у Марка с Джоном состоялся интересный разговор: до ее совершеннолетия, маленькой японке требовался опекун. Парень переживал за её судьбу и попросил друга выступить этим опекуном, так как сам он слишком молод для этого — раз, и работа у него с ненормированным графиком и частыми разъездами — это два. А Джон — человек семейный, дело у него более спокойное и опыт воспитания детей имеется — ему скорее дадут опеку, к тому же — сама девушка его уважает, что немаловажно. И в его голосе, и в его взгляде было столько душевного порыва помочь, что невозможно было оставаться равнодушным. Да и сам мужчина настолько уже привязался к этой взбалмошной, но доброй, девчонке, что не смог отказать в просьбе, чем вызвал бурную радостную реакцию с её стороны, со слезами радости на глазах едва не задушившей обоих в своих пылких объятиях. Помимо этого, как говорится, уже не для протокола, Джон обещал научить девушку совладать со своей силой и контролировать её, а пока настоятельно просил стараться не пользоваться ею прилюдно.

Предстоящее расставание отдавалось грустью в сердцах, но это должно было быть именно так — в первую очередь, это нужно было самой Мей, и это понимали все.

В день её отлета съемки затянулись, и Марк спешил к терминалу, чуть не сбивая с ног встречных прохожих.

Мей ждала его у терминала, давно пропустив свою очередь. Посадка заканчивалась, но она не могла улететь не попрощавшись с ним — он дал ей слово, что успеет к отлету, и она будет ждать его до последнего.

— А вот и он, — друзья помахали ему, привлекая внимание, и оставили их с Мей наедине, отправившись ожидать его у машин.

— Ты успел, — азиатка протерла ладонями глаза и подбежала к ограждению.

— Я же обещал, — Марк накрыл её руку своей.

— И ты сдержал своё обещание, — кивнула девушка, — А сейчас мне, видимо, уже пора, — её глаза были печальны, она повернула голову, взглянув на табло, похлопала его по руке.

— Да, и в самом деле, пора, — юноша опустил плечи.

— Мне будет не хватать тебя, — Мей потянулась к нему и поцеловала, — Я буду безумно скучать, — и от этих слов обоим стало одновременно так сладко и так грустно.

— Я тоже буду очень скучать по тебе, — он прикрыл глаза, целуя её в ответ, — Возвращайся, девочка, — подмигнул Марк, отпуская её, а самому так не хотелось этого делать, так хотелось подольше подержать её ладонь в своей руке.

— И не надейся отделаться от меня, красавчик, — девушка послала ему воздушный поцелуй, развернувшись идти на посадку.

— Даже не думал, — отшутился он.

— Правильно, — маленькая японка погладила его по плечу, — Лучше думай обо мне. И знаешь, вопреки всем слухам, мобильные телефоны иногда бывают весьма полезны.