Маргарита Андреева – Мелодия Бесконечности. Книга вторая: «Симфония чувств». Том второй (страница 6)
– Ого! Так, наш Марк – почти принц, – присвистнул от удивления Джанъян.
Но мысль ему не дали развить, сразу же предупредив:
– Только ему пока не говорите, я сказал это не для того, чтобы похвастать. Меня считают предателем, на меня объявлена охота. И я совсем не уверен, что они уже успокоились – и это ещё одна из причин, почему мне следует как можно скорее покинуть ваш дом и не злоупотреблять вашим гостеприимством. Я совершенно не хочу, чтобы вы пострадали. И Марку пока не знаю, как сказать – не желаю, чтобы мой сын стал приманкой для тех, кто хочет выследить меня. Он сейчас погружен в несколько иные заботы, и не хотелось бы мешать его жизни и разрушать его счастье, – мужчина высказался и замолчал, и страхи его были понятны, а его забота о других людях и собственном сыне вызывали уважение.
Маргарита подумала, что как только они помогут златовласой, то должны найти способ защитить Льва Витриченко – нельзя отнимать у него шанс измениться и начать новую жизнь.
А Марк был занят более приятными заботами – в эту ночь и в это утро, рядом с той женщиной, которую он по-настоящему любил.
Миниатюрная японка игриво потянулась на постели и принялась перебирать тонкими пальцами лавандовые локоны Марка – она могла так целую вечность смотреть на него, любуясь его красотой.
Парень открыл глаза, поймав её пальцы, и улыбнулся:
– Доброго ранку! (Доброе утро! Укр.) – Мей не до конца понимала его слов, но сказаны они были с такой любовью и нежностью, что перевод и не требовался.
Она улыбнулась в ответ – ему так шла его легкая улыбка, которая делала его ещё моложе, совсем мальчишкой. Улыбка – универсальный язык, его понимают в любом уголке мира, люди, которые разговаривают на разных языках.
Парень поднялся на постели и обнял её за плечи, мурлыча себе под нос:
– Ти признайся менi,
Звiдки в тебе тi чари,
Я без тебе всi дні
У полонi печалi.
Може, десь у лiсах
Ти чар-зiлля шукала,
Сонце руту знайшла
І мене зчарувала?
Червону руту
Не шукай вечорами,
Ти у мене єдина,
Тiльки ти, повiр.
Бо твоя врода —
То є чистая вода,
То є бистрая вода
Синiх гiр.
Бачу я тебе в снах,
У дiбровах зелених,
По забутих стежках
Ти приходиш до мене.
I не треба нести
Менi квiтку надiї,
Бо давно уже ти
Увiйшла в мої мрiї.
Девушка поцеловала его в щеку и встала с кровати в поисках своего халата. Найдя, она накинула его и хитро сощурившись, улыбнулась:
– Марк, как ты думаешь, я могу поговорить с господином Танака, чтобы он позволил мне попробовать себя на фотосессии? – она провела рукой по его плечу, с надеждой глядя в его глаза.
– Хочешь обыграть этих моделей в их же игре? – и ни кто ещё не смотрел на неё с такой гордостью, кроме родителей, – Ты красива, умна и достаточно молода – почему бы и нет?
– Значит, ты поддерживаешь меня? – девушка с радостью кинулась ему на шею.
– Я всегда буду поддерживать тебя, – прошептал он, целуя её в висок, и снова облегченно улыбнулся, – что бы ни случилось. Просто знай это и помни всегда.
– А у тебя красивая улыбка, – Мей пальцем обвела контур его губ.
– Мне как-то дали один совет: улыбаться даже когда на душе очень тяжело, – серьезно ответил Марк, крепче обнимая её.
– Потому, что кто-то может влюбиться в твою улыбку, – закончила девушка за него.
– Именно, – договорить она ему не дала, закрыв рот поцелуем.
Тем временем внизу, на первом этаже Маргарита уже развернула бурную деятельность:
– О! Этьен, стой здесь и ни куда не уходи, я сейчас соберу остальных, – она деловито ткнула пальчиком в грудь озадаченного юноши, и бегом поднялась на второй этаж, – Марк! Мей! Ну, где же вы… Ой, ё! – Маргарита резко дернула за ручку двери, и та поддалась, – Простите, ради Бога! Я не смотрю, не смотрю… – увидев их целующимися и очень плохо одетыми, она прикрыла глаза ладонью и невольно покраснела, – Жду вас внизу. Спускайтесь, мы нужны Даниэлле, – уже скоро она вернула контроль над собой.
– Эй, тут вообще уважают неприкосновенность личного пространства? – Маргарита успела захлопнуть дверь до того, как рассерженная азиатка швырнула в неё подушкой.
– Я же извинилась! – крикнула с лестницы Маргарита, – Живо спускайтесь! Пока я покормлю дочерей, вы должны быть готовы.
– Дорогая, может тебе стоит умерить рвение? – Джон взял Маргариту за руку и попытался успокоить.
– Как ты можешь такое говорить? – девушка так резко развернулась на лестнице, и только то, что она вцепилась пальцами в его плечи, уткнувшись лицом в его грудь, не дало ей упасть со ступенек, – Я знаю Даниэллу почти всю свою жизнь и не позволю ей сгинуть, – нервно всхлипнула она в его объятиях.
– Я не это хотел сказать, – такой знакомый родной голос и тепло родных рук вселяли в сердце силу и уверенность, – Мы разделимся и поищем её, а тебе с матерью лучше остаться дома на тот случай, если она вдруг вернется. Ты ещё не достаточно сильна для активных действий.
Маргарита виновато кивнула:
– Ты прав, конечно. Прости, – она подняла голову и крикнула на второй этаж, – Раф, Ями! Рафаэль! Спуститесь к нам или я сейчас сама поднимусь.
– Достаточно, милая. Достаточно того, что ты их позвала, – Джон мягко взял её под руку, уводя с лестницы, пока она не покалечилась, не в силах совладать с собой от волнения.
– У нас проблемы? – сонно протирая глаза, пробормотал младший принц, спускаясь из спальни, пока сестра Джона искала, что надеть.
– Боюсь, что самой большой проблемой для меня сейчас будут поиски кольца для помолвки, – пожал плечами Марк.
– Ах, да, – согласно подмигнул Рафаэль, похлопав его по плечу, – кто-то же у нас собрался жениться. Ты обратился как раз по адресу, будет тебе кольцо, даже не переживай.
Возвратившихся из супермаркета Джастину и Дэна, Маргарита, даже не дав снять верхнюю одежду, огорошила известием о пропаже златовласой. Собрав друзей в столовой, Марго принесла карту, и они приступили к распределению кварталов города для скорейшего поиска. Со старшим братом Даниэллы, Питером, пришлось говорить шепотом, чтобы не услышали мистер Дерек и леди Камилла. Пришлось солгать им, что златовласой срочно понадобилось забрать конспект у однокурсницы, но к обеду она обязательно вернется. Когда приходится врать хорошему человеку, который доверяет тебе и не ожидает подвоха, то на душе становится так гадко. Но, не могла же она сказать им, что их дочь обрела демонические способности, которые сводят её с ума. Как она будет смотреть в глаза этим людям, если они не найдут Дэни, или с ней случится беда?
Изо всех сил Маргарита старалась держаться и гнать от себя такие ужасные мысли, пока домочадцы не разошлись по своим делам, а друзья не отправились на поиски Даниэллы.
Сменить ход её мыслей заставил плач дочерей на втором этаже, требующих к себе внимания.
Лишь ощущение тепла материнской руки на её плече придало ей достаточно сил, чтобы взять себя в руки. Успокоив малюток, накормив их и уложив спать, две женщины устроились на диване, закутавшись в теплый мягкий клетчатый плед, и принялись рассматривать альбомы с фотографиями. Глядящие со снимков улыбающиеся приветливые родные лица – это именно то, что необходимо было сейчас Маргарите, чтобы вернуть ей душевное равновесие.
Стоило только Маргарите снова увидеть Валентину, как тотчас же вспомнила свой сон, в котором она спасла жизнь своей матери.
Поставив на стол поднос с двумя порциями чая и печеньем, Маргарита подсела поближе к матери, с удовольствием переглядывая свадебные фотографии родителей и свои детские снимки:
– Мама, всё хотела узнать: а почему ты дала мне именно такое имя? – спросила, наконец, девушка, перелистнув очередную страницу фотоальбома, этот вопрос вот уже несколько минут вертелся у неё в голове и на языке.
– Разве я не рассказывала тебе эту историю? – женщина отложила альбом, глядя на дочь со всё тем же умилением и той же любовью, с какими смотрела на неё с момента её рождения, ведь для матери родной ребенок всегда остается её малышом или малышкой, сколько бы лет ему не было, а скоро Маргарита и сама поймет это, – В тот день, когда я узнала, что жду ребенка, я попала в автомобильную аварию. Меня спасла одна девушка. Совсем молодая… Вот смотрю сейчас на тебя и думаю, как же она была на тебя похожа. Видимо, не зря я назвала тебя её именем. Кроме её имени, я ничего больше не знаю о ней. Спасая меня, она потеряла свой крестик – это всё, что осталось мне на память о том дне. Я хотела вернуть ей украшение, но девушка исчезла. Когда мы с Шарлем пришли навестить её на следующий день, то узнали, что она исчезла из госпиталя. Потом мы отдали крестик тебе, чтобы та, что помогла тебе появиться на свет, и дальше продолжала оберегать тебя.
– Мой крестик? – Маргарита провела рукой по шее, нащупав цепочку.