Маргарита Андреева – Мелодия Бесконечности. Книга вторая: «Симфония чувств». Том первый (страница 17)

– Никогда бы не поверила, милорд, – рассмеялась Александра. – Вы так страстны и нежны, как не всякий мужчина, – и тут же сникла, вспомнив грубость и жестокость мужа.

– Что случилось? – мужчина остановился и взял её за руку, которая ощутимо дрожала в его ладони.

– Ничего, не обращай внимания, – женщна моргнула и опустила свою белокурую голову.

– Я постараюсь, чтобы со мной ты забыла всё плохое, – он крепко прижал её к себе, что Александра сначала снова вздрогнула, потом сама прижалась к нему сильнее, от чего в свою очередь вздрогнул уже сам Лев. – Не бойся меня, доверься мне, – и ответом ему смелый взгляд серых глаз и тихое, но твердое: «Я не боюсь».

– И ты позволишь мне позаботиться о тебе? – потихоньку спросила женщина.

– Более того, я покорно прошу тебя позаботиться обо мне, – таким же сокровенным хриплым шепотом ответил мужчина, накрывая её своим телом.

Когда эти двое с небольшим опозданием спустились к завтраку, всё же найдя в себе силы оторваться друг от друга, были встречены понимающей улыбкой Марка, всё не выпускавшего из рук незамысловатый брелок в виде популярного персонажа торговой марки Hello Kitty в традиционном японском кимоно – хакама.

– Марк, ты обронил брелок, – Маргарита подняла с паркета пластикового котенка и хотела вернуть парню, но как только молодая женщина прикоснулась к игрушке, то ей снова открылось видение:

– Ну что, папаша, накинь чистый халат и надень бахилы, и можешь зайти в палату и побыть немного с женой и сыном, – из палаты вышел Джек, снимая марлевую маску с лица и резиновые перчатки с рук. – Только не очень утомляй Мей, она еще слишком слаба, – доктор похлопал парня по плечу и в сопровождении златовласой супруги удалился в ординаторскую, чтобы сменить одежду, принять душ и отдохнуть.

– Сын! У меня родился сын, вы понимаете?! – Марк всё ещё был не в состоянии поверить в случившееся, сгребая друзей в охапку, весь сиял от счастья и гордости, и все окна по коридору распахнулись от неконтролируемого всплеска его силы.

– Поздравляем! – со счастливой улыбкой принимал он поздравления от друзей.

– Вы не представляете, насколько я перенервничал, – юноша присел на топчан, вытерев рукавом вспотевший лоб.

– Марк, твоя жена – не твоя мать, а ты – это ты, а не твой отец, и ты совсем не обязан повторять его судьбу, – вполголоса произнесла маленькая брюнетка, присаживаясь рядом с ним.

– Я и не мог представить себя в роли отца, – юноша тряхнул головой и широко улыбнулся. – А как, должно быть, изумится мой отец, когда узнает, что стал уже дедом!

– Ну, как тебе сын? – попробовала слабо улыбнуться Мей, когда молодой человек вошел в палату, повернув к нему бледное осунувшееся лицо. – Правда, он красив? Весь в отца, – и сейчас девушка так удивительно напомнила ему Марико – такой же контраст темных волос и светлой кожи, раскосые темные глаза и полные губы – парень как будто увидел её другими глазами.

– Он очень красив, – Марк в нерешительности замялся, всё ни как не решаясь подойти ближе к этому беспокойному крикливому розоватому комочку с огромными серо-голубыми глазами. – Только теперь я буду хотеть ещё одного ребенка, чтобы был похож на тебя, – юноша поцеловал жену и взял на руки ребенка, и ощутил такую небывалую нежность – это была его семья, семья, избранная им самим.

– Мальчика. Это непременно снова будет мальчик, – девушка взяла супруга за руку, насмешливо глядя в его серые глаза. – Не хочу никаких дочерей – хочу быть единственной женщиной в твоей жизни и не хочу тебя ни с кем делить.

– Я всегда считал тебя умной, а сейчас ты говоришь, как избалованный ребенок, – Марк склонился к её лицу, убрав взмокшие спутанные пряди и снова поцеловал – уже в губы, глубоко и страстно. – Дурашка моя, разве я не доказал тебе свою верность, – погладил по черноволосой голове, преисполненный любви и благодарности. – Ты – уже единственная и самая главная женщина в моей жизни. А сейчас вам с малышом нужно отдохнуть, – Мей проводила мужа удовлетворенной улыбкой и закрыла глаза, засыпая после утомительных родов.

– Марго? – парень встряхнул её за плечи, в ответ на что маленькая брюнетка расплылась в улыбке и протянула ему подобранный брелок:

– Береги брелок, Марк, – таинственно улыбнулась девушка. – Он принесет тебе счастье. И счастье это тоже постарайся сберечь – и всё будет у тебя замечательно.

В покоях новобрачных первые рассветные лучи настойчиво пробирались между легкими гардинами и плотными шторами, пробуждая своими теплыми прикосновениями.

– Даже спишь ты чарующе, – Рафаэль легко коснулся её щеки и провел рукой по волосам, губы девушки растянулись в улыбке, а ресницы дрогнули – и распахнулись большие карие глаза.

– И ты совсем не жалеешь, что женился? Что уже не свободен? – усмехнулась Ями, поднимаясь с подушек и соблазнительно потягиваясь.

– Совершенно не жалею. И уверен, что не пожалею никогда, – супруг поднялся следом на ней, беря в плен своих объятий. – А ты? Не разочарована? – девушка повернулась и ответила томным поцелуем.

– И прекрасные одалиски и танцовщицы тебя не волнуют? Ты не заметил их сокрушенных взглядов в твою сторону? Я отобрала у них тебя, – красавица грациозно выпорхнула из его рук и присела за туалетный столик.

– Вот спроси меня, как те выглядели, во что были одеты, и как смотрели – а я не отвечу, потому что не заметил. Я смотрел только на тебя, – парень взял со стола гребень и принялся бережно расчесывать пышные темные кудри жены.

– Хорошо, что они не слышат тебя сейчас, – Ямуна улыбнулась и прикрыла глаза, наслаждаясь теми приятными ощущениями, что дарили руки молодого человека, продолжая после расчесывания массировать ей голову. – О! Они были бы очень расстроены, узнав, что их старания остались незамеченными.

– Вот зря ты так – я бы не мог осчастливить ещё кого-то в ущерб тебе, – обиженно прошептал Рафаэль, наклонившись, зарываясь лицом в густые девичьи волосы, накрывая своей ладонью её руку. – К тому же, если все последующие ночи будут какими, как эта, то, боюсь, моего здоровья не хватит на более, чем одну женщину, – и от этих слов стало вдруг жарко.

– Прости меня, я пошутила, – молодая жена посмотрела на него и соблазнительно покраснела, опустив глаза.

– А я совершенно серьёзен, – парень обхватил лицо супруги ладонями, подняв на себя, заглянул в её очи и заблудился. – Пусть все остальные привыкают к тому, что я для них уже потерян. Зачем мне кто-то ещё, когда я обладаю самой прекрасной женщиной на свете? Джон и Самаэль, например, могут мне возразить, а я даже не стану с ними спорить, но останусь при своём мнении.

– Ты примешь мои извинения? – Ямуна подарила ему легкий поцелуй, поднимаясь с пуфика, чтобы раздвинуть занавески на окнах.

– Прошу иметь в виду, моя госпожа, что я беру натурой, – юноша искушающе посмотрел на неё, остановив за руку, когда девушка направилась в душ.

– Думаешь, сегодня нам простят опоздание к завтраку? – игриво спросила супруга, когда дверь ванной комнаты закрылась за ними, и шум воды заглушил его ответ, и два тела сплелись под водопадом теплых струй, с готовностью удовлетворяя обоюдное желание насытиться друг другом.

В других покоях златокудрая Даниэлла придвинулась ближе к теплому телу мужа – доктор погрузил пальцы в её светлые волосы и поцеловал в макушку. Мужчина осторожно поднялся с постели, чтобы не разбудить жену. Приняв душ, он налил в бокал воды из серебряного кувшина, стоявшего на подносе на прикроватном столике, и вышел на балкон – смотреть, как весь мир замер в преддверии нового дня. А там деревья в садах расправляли свои листья навстречу первым лучам солнца, и травы тянулись к свету, а цветы начинали уже распространять свои обволакивающие ароматы, и звонкие трели шумных птиц возвещали приход рассвета.

Джек не заметил, как за его спиной в комнату влетела бабочка – небольшая и неяркая, потому и не очень приметная. Насекомое присело на нос девушке, и та негромко чихнула. Молодой хирург, наблюдавший за садом и поглощенный своими мыслями, не услышал.

Когда на его глаза легли две нежные ладони, мужчина поцеловал сначала их, потом медово сладкие губы любимой жены, в ответ красавица-блондинка ослепительно улыбнулась, позволяя ему более откровенные ласки.

– Ну что, ясноокая моя, будем спускаться к завтраку или не будем торопиться? – когда Джек улыбнулся, пальцами познавая на ощупь шелковистость девичьей кожи, в уголках его глаз образовались мельчайшие морщинки.

– Думается мне, что не только мы сегодня опоздаем, – хулигански сверкнули голубые глаза белокурой прелестницы.

Самаэль наблюдал, как в свете солнечных лучей горят золотым огнем волосы лежащей рядом женщины, не решаясь потревожить её сон.

– И долго вы так за мной наблюдаете, лорд-протектор? – прозвучал хриплый со сна голос, и зеленые глаза Кали засияли изумрудным светом.

– А давно ли вы уже не спите, леди-регент? – мужчина провел пальцем по её губам и погладил рыжие локоны.

– Оставим формальности, Сэм, – рыжеволосая сомкнула руки на его шее. – Прежде всего я – женщина.

– Да ещё какая женщина, – мужчина пылко поцеловал супругу. – Моя любимая женщина.

– Я много думала, – она немного отстранилась от него и задумчиво произнесла. – Слова Маргариты о том, что ничто в мире не сравнится с блаженством иметь ребенка от любимого мужчины… Девочка мудра не по годам… Как ты считаешь, стали бы мы хорошими родителями?