Маргарита Андреева – Мелодия Бесконечности. Книга первая (СИ) (страница 63)

— Не-а, хлопці, это я себе забираю. Марко, тебе алкоголь противопоказан даже в таких количествах. Представь, что ты на своей дуде наиграешь, если таких конфеток поешь? Джонни, я тебе уже говорила и ещё раз повторяю, что ты слишком увлекаешься сладким. Так что — никаких конфет. Совсем без меня разбаловались! И куда Маргарита только смотрит?

— О, мерзкая, отвратная девица, — промурлыкал Джон голосом оскорблённой невинности.

Неожиданно отозвался Марк:

— Не нявкай, кiшко, коли хвоста прищемили (Не мяукай, котище, когда хвост прищемили. Укр.).

— Что?!!! — рявкнул Джон.

— Хе-хе, Марку, ще пам`ятаеш рiдну мову? Дуже добре! (Марк, помнишь родную речь? Очень хорошо! Укр.) — усмехнулась златовласая.

— Переведи! — приказал Красный.

— Он сказал, чтобы ты заткнулся, — объяснила Даниэлла, подавив смешок.

— Ах, ты…! — парень силился грозно сверкнуть глазами.

— И назвал тебя котом, — продолжила златовласая, уже почти сгибаясь пополам и задыхаясь от приступа смеха.

— С-с-собака! — прошипел Джонни.

На секунду наступила тишина, а потом все трое начали хохотать.

В комнату вошла Маргарита:

— Ребята, я вам бульончика принесла. Как самочувствие? — девушка поставила поднос с чашками на столик между кроватями.

— Уже прекрасно, любовь моя! — и в доказательство этих слов Джон попытался встать, но, не удержав равновесие, вместе с Маргаритой упал на кровать.

— Ну, вы так прямо и сказали бы — я бы хоть отвернулся, — фыркнул Марк, надув губы.

В палате опять раздался смех.

— Мы непременно вернёмся к этому вопросу, дорогой, когда твоё состояние улучшится, — шепнула Маргарита мужу на ухо, и улыбнулась, — Сорри, ребята, я ещё Рафаэля хотела навестить. Но, я обязательно скоро вернусь.

— Твоя жена, Дхармараджа — удивительная женщина, — прокомментировал Марк.

Джон с удовлетворением рассмеялся:

— Ну, я это знаю и без твоей подсказки!

— Марк, ты просто прелесть, — Маргарита нежно провела рукой по его волосам.

— Марго, ты МАРКО-манка, — развела руками златовласая, и, взяв подругу под руку, послала парням воздушный поцелуй, — Чао, бамбини! Мы с Мэгги пошли, а вы тут не разнесите всё.

— Всё-таки, ответь мне — почему? Почему ты помог вернуть меня к жизни? — смуглый мужчина сел на подоконник, с любопытством глядя на Марка.

— Ты спрашиваешь почему? — Марк смерил его изучающим взглядом, — Если бы не ты, не вы с Даниэллой — Маргарита никогда не стала бы прежней. Я потерял её, а вы вернули. Без тебя она бы не вернулась. Хотя — невозможно было потерять то, что не принадлежало мне. Я был перед тобой в долгу. И ещё — просто потому, что её желание для меня — всё. Ты бы видел, как она смотрела тогда. Видел бы ты её глаза тогда — разве мог я отказать ей? Я могу лишь мечтать, чтобы она относилась ко мне так же, но она выбрала не меня. Приглядись — как она красива, всмотрись в её глаза — как они прекрасны от того, что в них живет любовь, запомни и не забывай никогда — ты так преобразил её, ты и в ответе теперь за неё — помни это всегда.

— В любом случае — спасибо, — Джон спрыгнул с подоконника.

— Хоть я и завидую тебе немного, я — не враг тебе, — парень прямо посмотрел на Джона, — Надеюсь, что и ты мне — тоже.

— Ты показал себя с новой стороны и заслужил стать Хранителем. Ты достоин уважения. Я тоже не хочу быть тебе врагом, Марк, — мужчина протянул руку.

— Рад это слышать, правда, — юноша ответил на рукопожатие, — Только запомни — я всегда буду на её стороне и буду защищать её от всего, даже от тебя, если ей когда-нибудь придётся страдать по твоей вине.

— Я запомню это, — улыбнулся Красный.

В соседней палате под контролем врачей проходил лечение Рафаэль, которого и собралась проведать Маргарита:

— О! Смотрю, тебе поклонницы уже и цветы принесли, — посмотрев на букет цветов в большой вазе, она подмигнула, ставя на столик поднос с завтраком.

— Скажешь ещё тоже! Это… — младший принц покраснел и улыбнулся.

— Спасибо тебе, Рафаэль! Ты спас мне жизнь, — девушка благодарно улыбнулась, поправляя ему покрывало.

— Чего уже там. Ты первая спасла мою, — он сделал попытку привстать на подушках.

— Тшш! — Маргарита вернула его в прежнее положение, — Не так резко. Ты еще слаб. Или мне дока позвать, чтобы он сделал тебе укол успокоительного? — шутя, пригрозила она.

— Мной уже пугают непослушных принцев? — усмехнулся вошедший Джек, — Давай я сниму повязку и осмотрю тебя. Я сделал всё, что можно, учитывая то, чем я могу располагать тут. Надо будет взять тебя на консультацию в клинику, где я работаю — возможно, с современными технологиями, мы сможем сделать для тебя больше, — Рафаэль с надеждой посмотрел на него.

— Простите, я могу войти? — на пороге появилась Ями с корзиной фруктов, — Если я не вовремя, то я приду позже.

— Проходите, дорогая леди, — улыбнулся молодой хирург, — Я уже закончил, — он выразительно посмотрел на Маргариту, — Мы как раз собирались уходить. Я только что сказал ему и повторю при вас, что настоятельно рекомендовал бы показать его своим знакомым специалистам.

— Благодарю вас, доктор, — поклонившись, улыбнулась девушка доктору и Маргарите.

— Ну, мы вас оставляем, — Ями проводила их до двери.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она, присев на кровать рядом с ним.

— Как видишь — живой, — буркнул Рафаэль, стараясь не показывать свою радость от того, что она сейчас здесь, что он видит её сейчас так близко.

— Ну, зачем ты так, Рафаэль? Я же беспокоюсь о тебе, — она убрала волосы с его лица, с участием глядя на его повязку через правый глаз.

— У вас есть о ком беспокоиться, миледи. У вас есть брат, — он резко повернул голову в противоположную от девушки сторону

.

— Нет, ты просто невыносим! Почему ты пытаешься оттолкнуть меня? — она чуть не зарыдала от незаслуженной обиды, — Джанъян — мой родной брат, естественно, что я волнуюсь за него! Я и за тебя переживаю не меньше, — потом добавила чуть слышно, — если, не больше…

— А кто для тебя я? — он повернулся, сосредоточенно глядя на неё.

— Я… я не знаю уже… — девушка вся вспыхнула румянцем.

— Зато, я знаю, — он привлёк её к себе, всматриваясь в это бесценное выражение смущения и ещё чего-то, пока не ведомого даже ей самой, — Ты чувствуешь ко мне нечто большее, чем привязанность к брату? — поддерживая одной ладонью её голову, он второй рукой поднял её лицо на себя и обжег губы долгим горячим поцелуем, — Чувствуешь ли ты ко мне то же самое? — спросил он, наконец, отпустив её от себя.

Так и не ответив ему, девушка пулей вылетела из палаты, едва не расплакавшись.

Парень опустил голову на колени:

— Придурок! Ну, вот, что ты наделал, а? — он обращался к себе в третьем лице, как будто поучал провинившегося мальчишку, — Взял, всё испортил — она теперь будет тебя сторониться, как прокаженного и обходить десятой дорогой — так тебе, дураку и надо, сам виноват, кретин озабоченный. Она же такая хрупкая, такая неземная, такая… К ней подход особый нужен, а ты тут со своими поцелуями лезешь. Ты бы ещё в постель её сразу затащил. А ты поинтересовался — может, ты ей, вообще, противен? То-то же! А всё туда же — не умеешь тестостерон свой контролировать, так и нечего даже смотреть в сторону приличных девушек. Ты не должен был этого делать… Не должен…

Маргарита была счастлива узнать, что Джон и Марк быстро восстанавливали силы, и уже могут покинуть больничное крыло — сегодня, спустя многие дни, они с мужем снова проведут ночь вместе.

Маргарита поставила на столик поднос с двумя чашками кофе с молоком и корицей и блюдцем с круассанами с шоколадом, присыпанными сахарной пудрой.

— Мадам Дестинофф, вы стали ещё прекраснее, — Джон взял её за руку, пытливо изучая взглядом, — А к этому кофе ещё десерт прилагается? — он притягательно сузил глаза.

— Хотите сказать, месье, что вы уже идёте на поправку? — Маргарита знала, что никогда не могла устоять перед его обаянием и напором, но, принимая правила игры, решила ещё подразнить, проверяя, скорее себя, чем его, на выдержку, а щеки её горели, — Не убедительно — попробуйте ещё раз, месье, — она спокойно откусила кусок хрустящей булочки, облизав шоколад с губ.

— Вам нужны доказательства, жизнь моя? — он взял круассан из её рук и вернул его обратно на тарелку, — Такое доказательство вас устроит? — она почувствовала жар его губ на своих губах, — Господи, как же я соскучился по тебе. Только ты — моя болезнь и моё исцеление. Только ты можешь успокоить демона во мне. Ты — моё очищение. Только ты — моё убежище от самого себя, мой ангел милосердия, оберегающий меня от грехов, — он взял её ладони и поцеловал по очереди каждый палец на её руках.

— Я всегда буду хранить тебя, — сдалась Маргарита, давая ему полную свободу действий, — Я тоже невозможно скучала.

— Сколько бы лет не прошло — я всегда буду безумно желать тебя, — и он был совершенно искренен.

— А я всегда рада буду исполнить это твоё желание, — и больше не нужно было ничего говорить.

— Как же я хочу тебя… но, тебе столько всего довелось пережить за последнее время. Останови меня сейчас, если не готова, — пошептал он у самого её уха, согревая и щекоча своим дыханием, — Потом может быть поздно… Рядом с тобой я просто теряю голову и забываю, кто я, где я — всё это растворяется в вечности, когда ты со мной.

— Так помоги же мне забыть тот ужас! Только посмей теперь остановиться, — задыхаясь, произнесла девушка, с упоением покоряясь власти его рук, — Я так истосковалась по тебе! По твоим поцелуям, по объятиям твоих рук, по теплу твоего дыхания, по отзвуку биения твоего сердца под моей рукой, лежащей на твоей груди. Я снова хочу почувствовать себя живой.