Маргарита Абрамова – Прокаженная. Брак из жалости (страница 25)
Кровь бросилась мне в лицо, хотелось провалиться сквозь пол.
— Не волнуйтесь, — тихо проговорил Фредерик, его пальцы слегка сжали мою руку, пытаясь вернуть меня в реальность.
И тут не растерялась Виктория. Она, как юный паж, тут же метнулась вперед, подняла укатившееся прямо к ее туфелькам кольцо и, сияя от важности поручения, торжественно поднесла его мне.
— Спасибо, — прошептала, с трудом проглатывая комок, вставший в горле. Сама не понимая, отчего я так расстроилась. Ведь брак наш не настоящий. И нас, если верить приметам, и впрямь не ждет ничего хорошего, а через год мы разведемся…
Со второй попытки, сделав глубокий вдох, мне все же удалось окольцевать Фредерика. Символ лживого союза занял свое место.
— И перед лицом Господа и собравшихся свидетелей, я объявляю вас мужем и женой! — возгласил служитель.
Зал взорвался аплодисментами. И тут прозвучали страшные слова:
— А теперь жених может поцеловать свою невесту.
Поцелуй?! Все слишком правдоподобно. Я старалась держать лицо и не выдавать своих переживаний.
Я чувствовала, как по спине бегут мурашки. Фредерик наклонился ко мне. Его лицо приближалось, тень от его фигуры накрыла меня.
Его губы коснулись моих — легкое быстрое прикосновение, длившееся всего мгновение, но вызвавшее предательский трепет, который внезапно пробежал по телу, заставив мои губы распахнуться в ответе. Мир вокруг поплыл, а сердце забилось с такой силой, что, казалось, его услышат все присутствующие, выдав мое смятение.
Когда он выпрямился, отступив назад, меня охватила волна жгучего стыда. Сама не поняла, как так получилось. Я просто невыносимо переволновалась… И теперь боялась поднять голову и столкнуться взглядом с мужчиной.
ГЛАВА 21
АЛЕКСАНДРА
— Вы молодец. Хорошо держитесь, — тихо проговорил Фредерик, его губы почти не шевелясь, пока он с безупречной улыбкой кивал очередному поздравляющему. Его слова должны были приободрить, но они лишь заставили меня внутренне сжаться.
Да уж прекрасно… Кольцо уронила, чуть не расплакалась от глупой приметы, а потом еще и набросилась с поцелуями... Я немного преувеличивала, конечно, но воспоминание было слишком ярким. Губы все еще горели, будто обожженные легким морозцем, а на щеках пылал румянец. Я снова и снова непроизвольно вспоминала тот миг — сухой, быстрый вкус его кожи, упрямую, уверенную твердость его губ, не ожидавших и не требовавших ответа, но получивших его — этот крошечный, предательский вздох, вырвавшийся из самой глубины моей растерянной души.
— Принесу вам воды, — кивнула, провожая его крепкую спину взглядом.
Нас все поздравляли после проведенной церемонии, мы так и не успели обсудить почему служитель так себя повел. Но это и не место подобным разговорам, вдруг кто услышит, лучше это сделать наедине за закрытыми дверьми.
Я стойко, как могла, вытерпела еще несколько минут бесконечных рукопожатий и улыбок, пока Фредерик, наконец, не увез мою коляску за высокую мраморную колонну, в небольшой укромный уголок. Здесь, в тени, я могла отдышаться и немного прийти в себя, спрятаться от этих десятков любопытных взглядов.
И тут до меня донеслись приглушенные голоса — две женщины, стоявшие по другую сторону колонны, явно не подозревали о моем присутствии.
— Бедная девочка. Она так на него смотрит влюбленно. Когда она поймет глубину его безразличия… ее ждет разочарование.
— Да уж, всем ясно, почему он взял ее в жены. Деньги Ричарда Рудса — лакомый кусок. Но так цинично использовать дочь старого друга…
— Ему не впервой, он и от жены друга не отказался…
— Тиши ты, это все сплетни.
— Как же, ты же видела как Марика вызвалась в свидетели? И какие взгляды она бросала на невесту.
— Видела. Но, умоляю, лучше об этом здесь не стоит…
Мне кажется, я перестала дышать. Воздух застрял в легких. Марика — та самая эффектная брюнетка? И ее что-то связывает с Фредериком? Не «что-то», Александра, — яростно пронеслось в голове, — А кое-что конкретное.
Он не мог. Он бы не стал звать на собственную свадьбу свою любовницу! Нет, это просто досужие сплетни, злые языки, которые не могут переварить его внезапный брак.
Наверное, его решение жениться на мне выглядело в глазах света откровенно корыстным, выставляя его в невыгодном свете. Никому же не было известно, что на самом деле он спас меня от мачехи и лечебницы.
Внезапно я мысленно поблагодарила небеса, что Минерва не заявилась на свадьбу. Я до последнего ждала, что дверь распахнется и она явится, чтобы заявить на весь зал, что это все — лишь спектакль, разыгранный специально для нее.
Она же предупреждала меня о «хищных рыбах» и злых языках, а я так самоуверенно убеждала себя, что справлюсь. И что теперь? Я расклеилась из-за пары сплетен?
Фредерика все не было. Опасаясь, что женщины обойдут колонну и обнаружат меня, я тихо выехала с другой стороны, стараясь не выдать своего присутствия. Пробежала взглядом по гостям, отыскивая знакомую высокую фигуру. И нашла ее — на другом конце зала. И не с кем-нибудь, а с той самой Марикой. Они стояли чуть в стороне от общего веселья, что-то обсуждали и оба выглядели недовольно. А ее муж, мэр мистер Давон, тем временем совершенно спокойно развлекался в компании других гостей, беззаботно осушая бокал за бокалом.
— Почему невеста предоставлена самой себе? — раздался у меня за спиной знакомый голос, и я вздрогнула, вырванная из тягостных наблюдений. Я обернулась и увидела мистера Крибса, — Простите, Александра, не хотел вас напугать.
— Вы не напугали, — поспешно ответила, пытаясь принять беззаботный вид, — Я просто… переволновалась. Свадьба, вся эта шумиха. Но я очень рада видеть вас здесь, мистер Крибс.
— Прошу, теперь зовите меня просто Михаэль, — он улыбнулся, но в его глазах не было веселья, — Мы с вами не виделись с…
— С похорон, — тихо закончила за него.
— Да, — он кивнул, и его взгляд стал серьезным, — Должен признаться, я не думаю, что ваш покойный батюшка одобрил бы ваш… столь поспешный выбор.
— Как раз наоборот. Именно он и оставил свою последнюю волю относительно моего замужества. Фредерик был его давним выбором, — соврала, и эта ложь далась на удивление легко.
— Даже так? — мужчина явно удивился.
— Да. Почему вы сомневаетесь?
— У вашего супруга, моя дорогая, в последнее время дела оставляют желать лучшего.
— Он легко со всем справится.
— Теперь да. Надеюсь на это. Но мой вам совет, Александра, как дочери старого друга, будьте расчетливее. Не доверяйте слепо. У вашего батюшки была превосходная деловая хватка, и я надеюсь, что она передалась и вам.
— Михаэль, — раздался спокойный, но твердый голос вернувшегося Фредерика. Он подошел, протягивая мне бокал воды, и укладываю руку мне на плечо.
— Вот не даю твоей обворожительной молодой жене скучать, пока ты где-то пропадаешь.
— Я уже здесь.
— Мы вспоминали Чарльза. Жаль, он не дожил до этого славного момента. Ты как отец должен понимать значимость момента.
— Так и есть.
— Виктория подросла. Александра станет ей прекрасной матерью.
ФРЕДЕРИК
— Мистер Демси, можно? — в кабинет заглянула Клара.
Головная боль, тупой и навязчивый спутник последних недель, снова давила на виски.
— Да, Клара. Что-то случилось?
— Пришло еще одно уведомление со склада, на этот раз о бракованной партии тканей, — она осторожно положила на край стола, заваленного кипами бумаг, новый лист с грозным штампом «СРОЧНО», — Нам срочно необходимы запчасти для станков, иначе производство встанет. Ткань рвется, узоры ложатся криво. И рабочие снова выражают недовольство снижением оплаты.
Конечно, кто будет радоваться уменьшению заработка.
— Скажи, пусть немного потерпят. К концу года компенсирую премией.
С трудом верилось в свои слова, но ничего не оставалось. Это не первые трудные времена на фирме, но надо признать, нынешний кризис затянулся.
Я сжал кулаки, чувствуя, как по телу разливается знакомая горечь бессилия. Проблемы множились со скоростью лесного пожара. Это был уже третий склад. Часом ранее начальник доставки сообщил, что на один из наших грузов с текстилем напали разбойники. Государство, конечно, обещало компенсировать убытки, плюс была страховка. Но все эти бюрократические процедуры растянутся на три, а то и четыре месяца. А деньги, чтобы заплатить рабочим, закупить новое сырье и продолжить производство, нужны были позавчера.
Счета росли с каждым днем, погружая мою фирму в пучину долгов.
Все началось полгода назад, когда корабль пошел ко дну, забирая с собой весь груз. Страховая компания, найдя в договоре лазейки, возместила лишь тридцать процентов убытков — сумму насмешливо ничтожную. И неудачи пошли покатанной.
— Простите, что отвлекаю, — голос Клары вернул меня в мрачную реальность кабинета, — Я хотела поздравить вас с женитьбой. Но вижу, вам сейчас не до этого.
Я с трудом выдавил улыбку.
— Спасибо, Клара.
— Ваша супруга, — прозвучала несвойственная ей теплота, — Хоть и молода, но много понимает в тканях и ее действительно увлечена этим делом. Не часто встретишь в столь юном возрасте подобную увлеченность.