Маргарита Абрамова – Любовь вслепую или Помощница для Дракона (страница 31)

— Это приют… — выдыхаю раздосадованно.

Получается, она убежала из приюта в одном летнем платье, никому не нужная.

Я так сильно расстраиваюсь. Я надеялась, что у нее есть дом, мама, которая сейчас плачет и ищет.

Армор молчал. Я осторожно взяла его под руку, направляя к двери. Делать нечего. Я подняла руку и постучала.

Спустя минуту дверь распахнулась. На пороге показалась пожилая женщина в простом темном платье и белом чепце. Она окинула нас усталым опытным взглядом и сразу же узнала девочку.

— Опять сбежала, неугомонная… — вздохнула она без особого удивления. — Спасибо, что принесли. Давайте ее сюда.

Женщина протянула руки, чтобы забрать ребенка. Но в тот самый миг, когда ее пальцы уже почти коснулись девочки, та резко подняла голову и уставилась на лицо Армора. Ее глаза… побелели. Совсем. Радужка и зрачок слились в молочную непроглядную пелену, застилавшую весь взгляд.

— Твой огонь растопит не лед, а ложь, — произносят детские уста, а у меня мурашки побежали от ее вида и звонкого голоса. Думаю, если бы Армор видел, то его тоже бы пробрало. — Когда услышишь звон колокольчиков, падайте наземь, спасешь вас обоих.

— Не обращайте внимания… — женщина нахмурилась, но не выглядела удивленной. Она решительно, почти грубо, забрала девочку из рук Армора, а глаза ребенка вновь приобрели обычный зеленый цвет, и она как ни в чем не бывало сошла с рук Армора, будто выполнила свою миссию и только этого и хотела, как произнести эти слова. — Она часто сбегает и пугает всякой ерундой, — отмахнулась женщина.

— Как ее зовут? — поинтересовалась напоследок, все еще находясь под впечатлением от увиденного.

— Ханна.

— А что с ее родителями?

Женщина вздохнула, и ее лицо на мгновение смягчилось.

— Отец погиб на войне. Той самой битве, что была у Кровавого утеса. Тогда, знаете ли, много народу полегло… — я увидела, как Армор невольно сжал кулак, и его лицо стало еще суровее. — А мать… через полгода хворь подхватила. Тоже странная была.

— Прощай, малышка, — я сжала ее ладошку.

Дверь закрывается, и мы остаемся на пороге приюта одни. Как-то не по себе. Необъяснимо тяжело было расставаться с этим ребенком, которого мы знали меньше часа. В душе образовалась странная щемящая пустота, словно мы отдали не чужую девочку, а что-то свое.

Ее слова еще звучат в ушах. Она всю дорогу молчала, а потом так неожиданно заговорила. И такие странные вещи. Она словно видела, куда мы направляемся. Если про ложь я могла предположить, что она имеет в виду, а вот второе предостережение… От него становилось по-настоящему страшно.

— Это было жутко. Ее глаза стали как пелена. Белые-белые, почти как ваши…

— Похоже, у девочки пророческий дар. Я видел подобное. Очень давно. Но там была взрослая женщина.

— Теперь, когда буду слышать колокольчики, всегда буду бояться, — проговорила, пытаясь прогнать ледяные мурашки с кожи. Тревожный холод пророчества все еще витал в воздухе.

— Главное — об этом не забыть. Или вообще не верить. Тогда есть шанс, что это обойдет тебя стороной. Как только начинаешь выискивать знаки, они находят тебя первыми.

— Сложно в такое не верить, — возразила, бросая взгляд на серые стены приюта. — Слишком уж… совпало. Не зря же мы ее встретили именно сейчас, на нашем пути. Она нас предостерегла. Хотя… — я не удержалась от улыбки, — может, ей просто захотелось побыть у вас на ручках, — ухмыльнулась. Все же Армор с малышкой на руках — удивительная картина, вызывающая умиление. Вряд ли я это когда-нибудь еще увижу.

Восстановим ему зрение, и он вернется к своей обычной жизни. В которой мне нет места.

— Пора выдвигаться, — прервал мои мысли Армор. — Нужно приобрести теплые вещи. К вечеру будем на границе с Севером. Мы и так потеряли полдня.

— Нас там никто не ждет к определенной дате. Как вы думаете, там сейчас спокойно?

— Приземлимся в пограничной зоне, а дальше сориентируемся по обстановке.

— Эйра обещала выйти на разговор, когда мы будем рядом. Надеюсь, она сдержит слово.

Мы не быстро, но нашли на рынке лавку, торгующую зимними вещами. Купили две самые простые, но добротные шубы, теплые штаны, пару шапок и рукавиц, а также зимние сапоги. Можно было, конечно, поискать согревающие артефакты, но они стоили дорого и сразу выделили бы нас среди местных жителей.

Полет возобновился. После часа пути действительно сильно похолодало. Попросила генерала остановиться, чтобы переодеться.

Но даже в теплой одежде прижимаюсь к горячей чешуе Армора, но тревога грызет меня изнутри сильнее мороза.

Мне становится страшно. Неужели я за тысячи верст от дома?! Все стало пугающе реальным: хруст снега под ногами, резкий колючий ветер, пахнущий хвоей и бескрайней чужой местностью. Совсем скоро мы перейдем ту черту, за которой начиналось неизвестное. Нас ждут враждебные земли и пугающая древняя магия.

И, конечно, больше всего волнуюсь, что вскоре моя тайна раскроется. Сердце начинает биться сильнее, потому что знаю, что он точно не придет в восторг. Драконы ненавидят обман, их гордость не прощает лжи. А я лгала ему с самого первого дня. И так и не нашла в себе смелости признаться.

Но сейчас главное — выполнить нашу миссию и вернуть мужчине зрение, отвязать от него призраков и нечисть. А дальше будь что будет. Придется смириться и попрощаться.

Армор тоже стал напряженнее. Даже будто взмахи крыльев стали более решительными.

Меня начало бить мелкой предательской дрожью, и виной тому был не холод, а сжимающий внутренности страх. Даже теплая шуба не могла его прогнать.

К вечеру, когда солнце скрылось за грядой синих заснеженных гор, мы приземлились в густом, почти черном от предрассветных сумерек лесу. Снег лежал глубокими нетронутыми сугробами, в которых легко было утонуть по колено. Прятать протез крыла здесь было делом непростым. Как и выходить к жилым селениям.

Здесь гостиниц не было и в помине, и необходимо было найти какой-нибудь одинокий дом, хозяин которого согласится взять нас на ночлег, не задавая лишних вопросов.

Нам после расспросов указали на дом охотника Грида, который не боится принимать гостей и чужаков. Направились к нему. Впервые за все путешествие мне было так не по себе. Но я держалась, стараясь выглядеть уверенно. Постучалась в дверь. Нам открыл высокий коренастый бородатый мужчина.

Его взгляд скользнул по моему лицу, затем перешел на слепого и молчаливого Армора за моей спиной.

— Говорят, вы ночлег даете путникам? — спросила.

Помолчав пару томительных секунд, он кивнул и отступил в сторону.

— Заходите, — пробасил он, пропуская нас внутрь.

Дом оказался небольшим, но вполне уютным. Пахло дымом и хлебом.

Хозяин, представившийся Гридом, молча указал нам на грубые лавки у огня и поставил на стол два глиняных горшка с дымящейся похлебкой. Мы ели молча, а Грид сидел напротив, чиня какую-то ловушку, и его пронзительные глаза время от времени останавливались на нас.

— Далеко путь держите? — наконец спросил он.

Армор, до этого хранивший молчание, слегка повернул голову в его сторону.

— На Север, — коротко и прямо ответил он, говоря правду.

Грид замер, его пальцы перестали двигаться.

— Там нашим не сильно рады. Основные войска сейчас у западных границ, но и нам лучше не соваться. А вы не похожи, уж простите, на тех, кто может дать отпор. Только по небу более-менее спокойно.

Уже что-то. На драконе нам, конечно, легче передвигаться, чем пробираться по лесным тропам со слепым мужчиной.

— Оружие у тебя имеется? — спросил его Армор.

— Могу охотничье ружье продать.

— Сойдет.

Грид отправился спать, а мы ждали. Нам надо было пообщаться с призрачной женщиной.

Ночью, когда в доме установилась тишина, прерываемая лишь храпом хозяина, мы вышли на порог, ожидая Эйру. В доме беспокоить хозяина не хотелось. Еще напугают такие гости или нас выгонит.

— Эйра, вы обещали все рассказать, — обратилась к женщине в темноту.

И она пришла. Недовольно посмотрела на Армора.

Он тут же почувствовал ее взгляд. Повернул голову в ее сторону.

— Ну, здравствуй, ведьма!

Она не спешила с ним здороваться.

Он усмехнулся.

— Как нам добраться к Оку? — спросил ее.

— К дому моему лети, — все же ответила ему. — А там активируй мою метку, — нехотя Эйра подошла к мужчине.

— Дай руку, — сказала она сурово.

Генерал подчинился, протягивая руку вперед. Она невесомо дотронулась до центра его ладони.