Маргарита Абрамова – Любовь вслепую или Помощница для Дракона (страница 20)
— Привыкли только брать, — продолжала браниться женщина, — ничего не давая взамен, — не успела я ответить, как она рассержено зашипела: — Вы зараза и весь ваш род огненных драконов! Вот вы и сгорите в своем пламени! Забыл, почему ты здесь?
— Ах ты тварь! Я сейчас спалю тебя!
Призраки потемнели, они сгустились в комнате, готовые наброситься друг на друга. Тьма сгущалась, и находиться с ними в одном помещении стало опасно — воздух трещал от магии, а по коже бегали ледяные мурашки.
— Прекратите! — крикнула громко, вымотанная до предела всеми событиями этого бесконечного дня. — Вы знаете, как помочь ему? — обратилась к женщине, интуитивно чувствуя, что та знает гораздо больше, чем показывает.
— Приготовь драконий взвар с тройной порцией лецеи, — отчеканила она, не глядя на дергающегося от ярости Вестера. — И в готовый драконий взвар крови своей накапай ровно семь капель. Да молитву драконьей матери прочти над чашей двенадцать раз, не сбиваясь. А наутро, как ему лучше станет, пусть оборачивается, а то исдохнет.
Как умрет?!
Мысль ударила как обухом по голове. Нельзя! Это же… На кого я тогда работать буду?! Конечно, дело было не только в работе, я искренне волновалась за этого мужчину. Вот это я работу себе нашла! И подумать не могла, что все окажется настолько серьезно, что от моих действий будет зависеть чья-то жизнь.
— Не слушай ее, это из-за нее мы тут все и прозябаем! — завопил Вестер, его форма мерцала, как пламя на ветру. — Она ведьма! Не верь ни единому ее слову, что бы она ни говорила… Армор сам справится! — и тут он, не сдержавшись, темным вихрем накинулся на нее.
Они сплелись в неистовой схватке, два призрака, огненный и ледяной, проваливаясь сквозь стены. Я в ужасе слушала, как гремит мебель в соседних комнатах.
— Шшпеши, чего встала?! — тут же, словно из ниоткуда, появился Гложун. Его шипящее присутствие подтолкнуло меня к действию. Он, к удивлению, был не согласен с Вестером.
Я бросилась на кухню, чтобы готовить взвар. Меня там, как по заказу, встретил Гарт. Повар дремал, развалившись на стуле, будто только и ждал, что от него что-то понадобится. Хотя, вероятно, в дни приступов генерала они с Зигмундом привыкли действовать слаженно. Кстати, о старике… Надо бы его проведать, как только будет минутка.
— Что нужно? — вскочил со стула повар, отряхиваясь от дремы.
— Драконий взвар. С тройной порцией лецеи.
— Лецеи? Да где ж я тебе ее найду? Это же северная трава, редкая. У нас ее почти не используют и не держат.
В этот момент Гложун черной тучей пролетел мимо нас. Гарт от неожиданности шарахнулся в сторону. Нечисть залетела в верхний шкаф, и оттуда посыпались разные свертки, мешочки и банки.
Один из небольших мешочков Гложун подтолкнул в мою сторону. Я подняла его и развязала. Знакомый резкий хвойный запах ударил в нос.
— И правда есть, — удивился Гарт, принимая находку из моих рук. — Я и не знал, что она тут завалялась. Ладно, сейчас все приготовлю.
Через полчаса Гарт приготовил отвар, и я понесла его в комнату, чувствуя, как сердце колотилось от нервного предчувствия.
Ритуалы с кровью всегда опасны, с ними шутки плохи. Кто знает, какие последствия могут быть? Но выбора не оставалось.
Взглянув на бледное, искаженное болью лицо Армора, острым кончиком ножа быстро уколола палец. Ярко-алая капля крови выступила на коже. Считая про себя, накапала семь капель в горячий отвар. Кровь растворилась в темной жидкости, не оставив ни следа.
В другой ситуации я бы сто раз подумала, прежде чем совершать нечто подобное. Но сейчас… Не знаю почему, но я верила женщине больше, чем Вестеру. Она уже один раз помогла мне, и ей, казалось, незачем меня обманывать… Наверное.
После того как я влила в него примерно пять ложек отвара, насильно разжимая его сжатые челюсти, и прочла по памяти молитву, надеясь, что не спутала слова, мужчине и правда стало немного лучше. Судороги ослабли, а жуткие черные вены под кожей будто немного посветлели.
— Гложун, — позвала я нечисть.
— Шшто тебе? — прошипел, появляясь прямо передо мной.
— Ты можешь перенести тот протез крыла из чулана во двор? — спросила, понимая, что утром в одиночку мне с этой махиной точно не справиться.
А я твердо намерилась, как только генерал придет в себя, заняться его оборотом. Если из-за упрямого отказа от своей истинной сути ему так плохо, то эту ситуацию нужно срочно исправить.
Вестер сказал, что невозможно помочь тому, кто не хочет помощи. Но при этом они же сами заперли меня в его комнате. Значит, не все так безнадежно и выход есть. Просто нужно найти другой способ. Неужели только девушка может спровоцировать дракона? Должен же быть и другой путь!
ГЛАВА 16
Барретт
— Боже, Ретт, мне жаль эту девочку! — Шарлотта подавила едва прорывающийся смешок, изящно прикусывая свои искусно подкрашенные алые губы. Ее глаза цвета темного янтаря блестели от искреннего, хоть и циничного веселья. — Ты отказал ей в танце на ее же балу дебютантки, она чуть не расплакалась прямо в зале, бедняжка. Ты, дорогой мой, настоящий разбиватель девичьих сердец. Ходячая катастрофа для репутации любой юной особы.
Не стал даже оборачиваться, и без этого мог прекрасно представить эту картину.
Девица Элфорд — хрупкое, невинное создание, только что выпорхнувшее из родительского гнезда. Ее образ самопроизвольно всплыл в памяти: широко распахнутые испуганные зеленые глаза, влажные от сдерживаемых слез, и мелко дрожащие, будто лепестки розы, губы. Настоящий девственный цветочек, выращенный в теплице, не знающий ни ветра, ни дождя.
С ее папочкой-неудачником она этой невинности лишится очень скоро. Найдется какой-нибудь извращенец с толстым кошельком и выкупит ее, как вещь, вместе с долгами ее отца. Даже немного жаль эту наивную девочку. Но это не мои проблемы. Мир устроен жестоко, и рано или поздно ей придется повзрослеть и ощутить на собственной шкуре всю грязь и подлость, что таится за позолотой балов.
И тут только два пути: либо этот хрупкий цветочек отрастит себе шипы и выживет, либо сломается окончательно, превратившись в еще одну надломленную, смирившуюся со своей участью женщину с потухшим взглядом.
Мне еще не хватало, чтобы она прониклась ко мне глупой влюбленностью. Я никогда не принадлежал к тем мужчинам, кому нравятся подобные юные воздыхательницы. Хотя многие в свете считают иначе, приписывая мне романы на каждом шагу. Как вообще может нравиться, когда человек унижается перед тобой, теряет всякое достоинство? Это позорное и отталкивающее зрелище…
Любовь, романтика, вечные клятвы… Всё это чушь, выдуманная поэтами для развлечения публики. Не для меня. Если я когда-нибудь вздумаю заковать себя узами брака… проще сразу умереть в бою. Это будет куда менее мучительная и куда более быстрая кончина. Тебе хотя бы не вытрахают мозг своими претензиями и истериками.
Всегда предпочитал женщин своего возраста, опытных, знающих, чего они хотят и что нужно мужчине. Чтобы она не падала в обморок при виде обнаженного мужского тела или шрамов, а могла выдержать настоящий натиск разбуженного дракона. Долгий, властный, порой жесткий и требовательный. А именно так и нужно мужчине, который неделями, а то и месяцами пропадает в походах и боях. Длительное пребывание в драконьей форме будит в крови первобытный огонь, и ему требуется выход, даже когда ты вернулся в человеческое обличье.
Шарлотта именно такая. Ей нравится уходить из моей спальни на рассвете, еле переставляя ногами, с тайной довольной улыбкой на устах. Она ничего не требует, не устраивает сцен. Ее все устраивает так, как есть. Может, однажды я заделаю этой молодой вдове наследника и признаю его официально.
Но пока до этого далеко. Есть дела поважнее.
Север, вечно застывший в своем высокомерном спокойствии, вдруг решил, что приграничные территории должны вернуться под его ледяное крыло.
Все началось с «Изначального Камня» — гигантского геода, пульсирующего чистой магической энергией, что обнаружили шахтеры в пограничных землях. Для нас, огненных, он источник невероятной силы, способный питать наши кузницы и усиливать нашу врожденную связь с пламенем. Для ледяных это священный артефакт — «Око вечной зимы», который, по их словам, мы оскверняем своим прикосновением. Они утверждают, что наша работа в шахтах нарушает гармонию ледяной магии.
Но за всеми этими высокопарными словами скрывается простая правда: ресурсы и территория.
Ситуация накалялась, и вскоре меня вызвали в столицу.
— Одержишь победу — утвердишь нашу власть над Камнем, — сказал король Генрих, сидя в своем позолоченном кабинете и попивая вино. — И я щедро награжу тебя. Рукой моей дочери.
Вот уж поистине «награда». Его дочь, принцесса Аврора, была избалованной и полной сумасбродства особой, обожавшей командовать всеми вокруг. А отдавать приказы — это моя прерогатива. Уж в своем собственном доме — точно.
Я склонил голову, выбирая слова с предельной осторожностью.
— Ваше Величество, я безмерно благодарен за оказанную честь. Не сочтите за оскорбление, но я… еще не готов связать себя узами брака. Моя жизнь принадлежит битве.
— Отказываешь своему королю? — на лбу Генриха наметилась недовольная складка.
— Я принесу победу. И это будет самым главным знаком моей преданности и верности трону. А мужа для принцессы вы найдете куда более подходящего по статусу.