Маргарита Абрамова – Изгнанная жена или Развод по-драконьи! (страница 33)
— Потому что у меня под боком завелась тварь… Долго ты в ее теле? Дай угадаю, с момента потери памяти. А ты хитра… — сразу сопоставил все факты.
Ну вот, что тут скажешь. Все выглядит паршиво, и чтобы я сейчас не сказала, он вряд ли поверит.
— Все не так как кажется.
— Да ну? Тогда почему ты убегаешь?
— Хотела сбежать, давно бы сбежала, — он настиг меня и прижал к дереву, придавливая локтем горло, смотря прямо в глаза.
Его глаза горели огнем.
Внутри завозилась тьма, она была недовольна приближением ловца, но я привычно ее сдерживала.
— Отпусти, — прохрипела, — Мне больно…
— Будет еще больнее, — Питер в секунду скрутил меня, завязывая руки сзади, как преступницу, и повел в дом.
— Оли… — на порог выбежала перепуганная Мила, одетая в одну сорочку.
Девочка наверняка видела в окно происходящее и сейчас зло взирала на мужчину.
— Все в порядке, милая. Питер просто играет, — присела, с завязанными руками это было проблематично.
— Плохая игра, — девочка заплакала, кинулась меня обнимать, чуть ли не заваливая на землю.
— Он сейчас развяжет, не бойся, — успокаивала как могла, — Мне совсем не больно, — врала, — Почему ты еще не спишь?
— Тебя ждала.
— А Клира где?
— Она заснула, когда читала сказку. На самом интересном…
— Пойдем, я продолжу вместо нее…
Я встала, смотря с мольбой на бывшего мужа.
— Пожалуйста, не при ребенке…
Он отрицательно замотал головой, неготовый выпускать свою добычу.
— Питер, я никуда не уйду…
— Еще бы.
Я жалобно на него посмотрела и повернулась спиной, призывая освободить.
Мужчина все же развязал веревки, а я подхватила Милу на руки, неся ее в спальню.
Надо попросить Гринувэйя, чтобы он позаботился о девочке после…
Питер шел за нами, боясь оставить меня одну. Но я действительно не собиралась сбегать. Куда мне?! Не питала надежд, что ловец мне поверит, но попытаться все же стоит. Хотя бы ради Милы.
Комната Милы утопала в полумраке, нарушаемом лишь трепетным светом ночника. Клира сонная, ничего не замечая, скупо кивнула мне и отправилась к себе.
Я же устроилась на краю кровати, чувствуя на себе тяжелый взгляд Питера, прислонившегося к дверному косяку. Его поза говорила о готовности в любой миг броситься вперед, будто я была диким зверем, а не женщиной, читающей сказку ребенку.
—...И тогда принцесса взяла волшебный кристалл, — голос мой дрогнул на этом слове, — И свет его был так ярок, что разогнал все тени в замке.
Мила, прижавшаяся к моему боку, вздохнула:
— А дракон ее не съел?
— Нет, милая. Дракон оказался... не тем, кем все его считали.
— А кем?
— Защитником. Он просто потерялся и искал дорогу домой.
Я украдкой взглянула на Питера. Его лицо оставалось каменным, но в глазах мелькнула искорка чего-то — то ли гнева, то ли боли.
— Спокойной ночи, — я поцеловала Милу в лоб и погасила светильник.
В коридоре Питер схватил меня за руку.
— Мило. Трогательно. Теперь поговорим.
Он привел меня в гостиную, усадил в кресло и сел напротив, положив на колени тот самый кристалл. Он все еще слабо пульсировал багровым светом.
— Говори.
Горло сжалось. С чего начать? С пробуждения в чужом теле? С колдуньи? Или ее сообщников?
— Ты прав, — выдохнула. — Я не та Оливия, которую ты знал.
Питер смотрел неотрывно, кажется, даже не моргая.
— Продолжай.
— Я... я из другого мира. Я просто очнулась здесь, в ее теле, без ее воспоминаний. Я пыталась выжить. Я не хотела никому вредить.
Кристалл вспыхнул ярче. Питер сжал его так, что костяшки побелели.
— Удобно. И ты все это время молчала и врала, втерлась ко мне в доверие… — я поняла, что он хотел сказать другое: про нашу близость…
— А что мне оставалось делать?! — это задело, — Я простая воспитательница в детском саду! А у вас все ненавидят попаданцев и называют их тварями… Монстрами. А я не чудище, обычная испуганная женщина. Я никому не желаю зла…
— Поэтому ты заняла тело моей жены?
— Я тут не при чем…
— Как у тебя все складно. А что насчет тьмы внутри тебя? Она тоже «просто оказалась»?
ГЛАВА 28
— Поверь, я не вру. Зачем бы я тебя спасала тогда…
Вот так делай добро. От добра добра не ищут — вот уж точно, верно во всех мирах и во все времена.
Питер прищурился, явно анализируя все в своей голове.
Как же не вовремя приехал его напарник. Но я и так раздумывала, что мне предпринять дальше, и, похоже, вселенная сама указывает на правильный путь. Ложь всегда влечет за собой еще большее вранье, превращаясь в снежный ком и погребая под собой снежной лавиной, из-под которой уже не выбраться. Я всегда учила детишек говорить правду. Но как же тяжело, когда на кону не просто отношения, а жизнь.
— Возможно, у вас какой-то план, — проговорил после длительного молчания, по-прежнему не доверяя.
А ведь он прав, только я к их плану не имею никакого отношения. Точнее, имею, они что-то от меня хотят получить, втянули меня принудительно.
— Я тебе все расскажу. И не потому, что ты мне угрожаешь, я и так собиралась… После сегодняшнего вечера…
— Ну да, конечно, — усмехнулся, не поверил мне, — Столько времени водила меня за нос, а именно сегодня, когда я тебя обнаружил, решила открыться.
— Можешь не верить. Но как ты и предполагал, на вечере я встретила того, кто на тебя напал, — его взгляд стал острее, — Но давай я перейду к самому началу.
Он кивнул, позволяя продолжить.
— На меня в моем мире напали, когда я возвращалась с работы, — в голове промелькнули образы того вечера, даже дрожь прошлась по коже, не самые приятные воспоминания, — Последнее, что я помню сильную боль. Очнулась в теле Оливии.
— Как тебя зовут?