Маргарет Уэйс – Волшебный кинжал (страница 28)

Лицо Шадамера помрачнело и как-то сразу осунулось. Он слегка кивнул, опять поскреб подбородок и отвернулся.

— Алиса? — спросила изумленная Дамра. — Но когда я уходила из каюты, она спала как дитя.

— Это все Бабушка, — объяснил Шадамер. — Старая пеквейка обложила Алису своими магическими камнями и вернула к жизни. Алиса умирала у меня на руках, я чувствовал, как жизнь уходит из нее. А своего внука Бабушка спасти не смогла, малыш Башэ умер. Это моя вина. Если разобраться, я — главный виновник всего, что случилось.

— Вчера нам всем досталось. Кого ранили телесно, кого — душевно, — с горечью сказала Дамра. Она осторожно коснулась руки Шадамера. — Простите и меня за эту глупую вспышку.

Она помолчала и добавила:

— Иногда бывает нужно при свете дня поговорить о ночных тенях. Это помогает их разогнать.

— Вполне справедливо, — ответил ей Шадамер. — Но есть темные стороны, которые лучше не вытаскивать на свет. Мы еще поговорим об этом, только не на палубе. В нашей каюте. К тому же я не хочу оставлять Алису одну.

Хватаясь за канаты и любые предметы, помогавшие удержаться на ногах, все трое отправились вниз. Орки, видевшие, как они спускаются, гоготали во все горло, потешаясь над «слабаками».

— Выходит, барон, только ваше мужество уберегло обе части Камня Владычества, и они не попали к Дагнарусу, — заключила Дамра, выслушав рассказ Шадамера.

— Скажите лучше, моя безрассудная глупость, — печально возразил он. — И невероятная удача, какая выпадает дуракам.

— Я бы сказал, вмешательство богов, — осторожно заметил Гриффит.

— Почему же тогда они не вмешались и не спасли Башэ? — недовольно спросил Шадамер. — Впрочем, оставим богов. У меня с ними свои отношения.

Барон уселся на колченогую табуретку возле койки Алисы и крепко стиснул ее руку в своей. Гриффит стоял, упираясь спиной в переборку каюты. Дамра легла и свернулась калачиком. Ее койка находилась в своеобразной нише, и туда нужно было заползать. Каюта была очень тесной и с трудом выдерживала четверых. Чтобы выбраться наружу, приходилось буквально перелезать через спины друг друга.

К счастью для всех, в каюте все-таки был иллюминатор. Просто он зарос грязью, и его не сразу удалось найти. Когда пассажиры, как могли, очистили его и открыли, в каюту хлынули свет, свежий воздух и брызги речной воды. Шадамер раздобыл у орков чистую одежду и вымылся под помпой. Однако, как и в детстве, вода оказалась бессильной уничтожить зловоние сточных канав, и потому ветер и солнце, пробивавшиеся в каюту, были истинным спасением для ее обитателей.

Шадамер попробовал шутить на этот счет, забыв о щепетильности эльфов во всем, что касается тела. Дамра уже собиралась отчитать барона, но в это время проснулась Алиса. Она попробовала сесть на постели и сразу же ударилась головой о низкий потолок.

— Ой! — вскрикнула Алиса, потирая ушибленный лоб. — Что за…

Она ошеломленно вертела головой, вглядываясь в полумрак каюты.

— Что это за темень? И вообще, где я?

— Ты со мной, Алиса.

— Шадамер? Так значит… Подожди, ты…

— Да, дорогая, живой. Невероятно, но живой.

Алиса крепко обняла барона.

— Хвала богам! — выдохнула она, сжимая его еще крепче.

— Плевать мне на богов, — вскипел Шадамер. — Хвала тебе, Алиса. Это ты спасла меня. Я…

— Нет! — Алиса отпрянула от него. — Не говори так. Ни слова. Если ты жив, то почему я не умерла? Заклинание, которое я наложила…

Алиса вздрогнула, съежилась и уперлась спиной в переборку.

— Что со мной произошло?

Шадамер попытался ее успокоить, но рука, плечо и все тело Алисы вдруг одеревенели. Барон нехотя отодвинулся.

— Алиса… это все Бабушка… Ты что-нибудь помнишь?

— Бабушка… — промурлыкала Алиса. — Помню. Там было солнце и небо, как бирюза. Я лежала на траве. Она так вкусно пахла. Ко мне приходили боги. Они сказали… они сказали…

— Что? — нетерпеливо спросил Шадамер.

— Они сказали: «Зачем ты понапрасну тратишь время, пытаясь спасти этого нечестивца Шадамера?» — замогильным шепотом ответила Алиса и добавила: — Разве можно спасать барона, от которого воняет, как из выгребной ямы?

— Боги не могли такого сказать, — возразил обиженный Шадамер. — Неужели они употребляют такие слова?

— Нет, — сказала Алиса, очень осторожно отводя его руки. — Они так не говорили.

— Тогда что же они сказали? Что ты — героиня, спасшая жизнь замечательного и обаятельного барона Шадамера?

— Нет, этого они тоже не говорили. И вообще у меня с богами был конфиденциальный разговор.

Алиса прищурилась.

— Дамра, никак вы? И Гриффит здесь? Как вы сюда попали? Почему у меня кровать качается? И почему от меня самой благоухает отхожим местом?

— Мы — на борту оркского корабля, — объяснил ей Шадамер. — Удираем из Нового Виннингэля. Что же касается выгребных ям и отхожих мест…

— Как хорошо, что мы убрались из Нового Виннингэля. Я и сейчас вижу: вы улепетываете от стражи, а они гонятся за вами… если бы схватили — виселица, это уж точно. А то и плаха.

Алиса передернула плечами и откинула лезущие в глаза рыжие пряди.

— И ты больше ничего не помнишь? — спросил Шадамер.

— Гриффит, вот теперь я по-настоящему захотела есть, — торопливо сказала Дамра. — Ты говорил, что где-то здесь можно раздобыть хлеба.

— Пойдем, я отведу тебя на камбуз, — отозвался Гриффит. — Надеюсь, барон и Алиса не станут возражать.

— И я с вами, — сказала Алиса. — Жуть, до чего лопать хочется.

Шадамер поймал ее за руку.

— Алиса, нам нужно поговорить.

Алиса подняла голову, тряхнула ею, откидывая непослушные волосы, и посмотрела барону в глаза. Эльфы, воспользовавшись удобным моментом, удалились.

— Нам незачем говорить. И не о чем.

— Алиса!

— Что, Шадамер? — Она сжала его ладони в своих. — Я знаю все, что нужно. И все помню. Между нами ничего не изменилось.

— Нет, изменилось, — тихо возразил Шадамер.

— Нечему там меняться, — сказала она, опуская глаза.

— Алиса, ты ведь спасла мне жизнь. — Шадамер снова привлек ее к себе. — Из-за меня ты сама едва не умерла.

— И поэтому ты в меня влюбился, — фыркнула Алиса, стараясь высвободиться из его объятий. — Теперь ты мечтаешь провести весь остаток жизни рядом со мной. Наплодить кучу маленьких Шадамерчиков и вместе состариться.

— Да! — прорычал барон.

— Что? — вскинула брови Алиса.

— Именно так. Но только не маленьких Шадамерчиков. Маленьких Алисочек. Шестерых девчонок, таких же рыжеволосых, как их мамаша. И чтобы они изводили и мучили меня, никогда не делая того, что им велят. А еще… — Барон замолчал. — Правда, сначала придется уладить кое-какие пустяки. Во-первых, этот Камень Владычества. Часть, принадлежащая людям, теперь находится у меня. Гарет или его дух, уж не знаю кто… он говорил, что все четыре части Камня надо привезти в Старый Виннингэль. Ну, и еще кое-что. Дагнарус, Владыка Пустоты, наверное, уже напал на Новый Виннингэль, а нам приходится спасаться бегством. Но когда все это уладится…

— Я так и знала!

Алиса ударила его в грудь, пытаясь отодвинуть с дороги. Потом остановилась и серьезно, без тени ехидства, взглянула на него.

— Не думаю, что у нас получится.

— Обязательно получится. Гарет мне говорил…

Алиса криво усмехнулась и сжала пальцы в кулаки.

— Я не про Камень Владычества. Я про нас. Мы — как два магнита.

Алиса с видимым усилием старалась соединить кулаки, но они отталкивались.