Но слышу голос,
Он говорит мне: «Слушай, слушай, слушай»,
Он отдается эхом даже в пальцах
Он льнет, как шелк легчайший льнул бы к коже,
Он — порожденье сумрачных теней,
В пещере спавших многие столетья,
Пронизанных огнем, налитых ядом.
Так вот я для чего увидел сон!
Так вот я для чего пришел к пещере!
Змеиный голос шепчет в ухо мне:
«Узнай всю правду, слушай, слушай, слушай…»
«Услышь мой голос, он к тебе взывает
Из средоточия бури, сердца тьмы.
Мои неисчислимы легионы,
Отважны всадники, остры их копья,
Быстры драконы, мощно реют крылья,
И все-таки мы все обречены.
Не верь, не верь, что это лишь начало.
Мне ведомо, чем кончится сраженье,
Мне ведомо, где вскоре встречу смерть.
Прославленное войско мчится в небе
Навстречу гибели. Сверкают их доспехи,
Крыла шуршат, как листья на ветру,
Внизу мелькают сотни королевств.
А впереди — лишь острие копья,
Того, единственного, что сразит меня.
Великий Хума, ты отважный воин,
И я лечу, спеша тебе навстречу,
Но голос тьмы звучит из самой бездны
И повторяет, как всегда, одно:
Тебе не знать, тебе не знать победы,
Но и беспамятства тебе не знать, не думай
Под небом этим все предрешено,
И в смерти — жизни будущей зерно.
В легенде нет конца, и вновь на битву
Ты выйдешь, встретишь гибель, и опять
История о Хуме повторится.
Вновь вихрем налетят войска врага,
Вновь будут крики душу рвать на части,
И вновь копье в твою вонзится грудь.
Движение по кругу непреложно —
Как смена лета осенью, как то,
Что ночь рассвет сменяет поутру.
А битва… Что же, битва — столкновенье
Меж тьмой и светом, только и всего.
Не может быть одной бескрайней тьмы,
Но свет сплошной без тени невозможен…
Извечна их борьба, а мы летим
На грани света с тьмой. Качнется чаша
На мировых весах и вновь замрет:
Победа ль наша, пораженье ль наше —
По кругу мир идет».
Драконица кружила в поднебесье,
Крыла ее раскрылись, как цветок
Ночной во тьме, и ветер подымали.
Был мрак вокруг, кромешный мрак один,
Он пожирал малейший лучик света,
Клубился, рос и ширился окрест,
Как черный дым клубится над пожаром.
Драконица сама была как тьма,
Но мчалась, неуклонно мчалась к свету —
К сияющему рыцарю вдали.
К копью его, что впереди сверкало.
И яд бурлил под чешуей драконьей,
Когда летели в битву мы над бездной,
